Гнев смертных (ЛП)

Я нахмурилась, глядя на отметину на своей ладони, и мой гнев на Идун снова усилился. Теперь ее мерзкая магия вбивала клин между мной и моей сестрой. Этой богине придется чертовски за многое ответить.
Я смотрела в огонь, погрузившись в свои мысли, пока Магнар готовил нам еду.
Мой разум продолжал цепляться за выражение глаз Фабиана прямо перед тем, как он укусил меня в нашем сне. Я знала, что поступила правильно, заставив его понять, почему мы никогда не сможем быть вместе, заставив его увидеть правду о нас. Он должен был понять, что Идун просто играла с нами, играла с нашими эмоциями для собственного мерзкого развлечения. Он был порождением ночи. Моим заклятым врагом. Моим хищником… Так почему же я чувствовала себя такой виноватой?
Он монстр. У него нет чувств, так что ты не сделала ничего плохого.
Но почему мне показалось, что это ложь?
Я снова погрузилась в бесконечный круговорот своих мыслей, в то время как Магнар продолжал готовить в тишине.
В конце концов, он протянул мне миску с едой, и я набросилась на нее, как голодный зверь, даже не потрудившись взглянуть. Он пересел к костру, и я даже не могла винить его за дистанцию между нами, пока в моей груди нарастало разочарование. Почему он хотел быть рядом со мной, когда все, что я делала, это отталкивала его? Я была в гребаном беспорядке и не была уверена, как, черт возьми, я собиралась его исправить. И смогу ли я вообще.
Джулиус снова появился с Монтаной на буксире, и я нахмурилась, поняв, что она отсутствовала гораздо дольше, чем требовалось, чтобы пописать. Теперь я была и дерьмовой сестрой. Хотя она выглядела спокойнее, и тяжесть, которая, как я видела, давила на нее, немного исчезла из ее взгляда. У Джулиуса было веселое выражение лица, и у меня возникло ощущение, что он и был причиной ее улучшившегося настроения. Я смутно задумалась, не перерастают ли их отношения во что-то большее, чем дружба, но я не видела никаких реальных признаков, указывающих на это. Хотя, возможно, это то, что ей было нужно — отвлечься от связи с Эриком Бельведером.
— Прости, если я тебя расстроила, — сказала я, когда Монтана села рядом со мной, принимая еду из рук Магнара со словами благодарности.
— Дело не в этом, — ответила она, не отрывая глаз от еды.
Между нами повисло молчание, и я неловко поерзала.
— Ты же знаешь, что всегда можешь рассказать мне все, — мягко настаивала я.
Она взглянула на меня, темные волосы обрамляли ее лицо. — Просто трудно правильно объяснить все, что произошло. Я обещаю, что постараюсь, но сейчас так много всего происходит и…
— И нам нужно идти. — закончил за нее Джулиус. — Я знаю, вам двоим нужно время, чтобы поговорить по душам. Вероятно, заплетая друг другу косы… и принимая ванну вместе… пока я могу наблюдать, а могу и не наблюдать…
Магнар запустил миской в затылок Джулиуса, и она с глухим стуком ударилась об пол.
— Ты болен, — обвинила я, но не смогла удержаться от смеха, когда Джулиус одарил нас волчьей ухмылкой.
— Ну, последнее, возможно, просто предложение. Но я готов, если вы готовы. И в любом случае, нам нужно двигаться. — Он отправил в рот остатки еды и отошел, чтобы закончить укладывать наши припасы в сумки.
Монтана рассмеялась, обменявшись со мной удивленным взглядом, и тоже поспешила доесть свою еду, и я ухмыльнулась. Джулиус был прав, что бы ее ни беспокоило, пока с этим придется подождать. Нам нужно было убраться подальше от этого места, пока кровососы нас не обнаружили.
Магнар подошел ко мне и протянул Бурю. Я слегка улыбнулась ему, снова принимая тяжелое оружие. Хотя я скучала по Фурии. Этот клинок каким-то образом стал частью меня, и не важно, сколько раз я брала в руки Бурю, он всегда будет верен Магнару.
— Приветствую тебя, Сновидица, — промурлыкал Буря в моей голове, и я улыбнулась, когда он попытался найти со мной связь. Я предполагаю, что это странно, что я хотела сблизиться с клинками Магнара, но у меня было странное чувство, что ему небезразлично их мнение обо мне.
Джулиус первым вышел из здания, которое мы использовали в качестве убежища, и я пошла в ногу с Монтаной, в то время как Магнар прикрывал тыл.
  
Мы перешагнули через защитные руны на пороге, и Магнар уничтожил их, используя Венома, чтобы перечеркнуть линии на камне. Я почувствовал, как защита, которую они обеспечивали, исчезает с моей кожи, и по телу побежали мурашки, когда меня обдало прохладным ночным воздухом.
Джулиус побежал, и мы поспешили за ним, пока он прокладывал путь через руины к реке. Шум воды звал нас вперед, убеждая, что мы не заблудимся, а над головой мерцал лунный свет.
Я настроилась на ощущения от Бури, но не могла обнаружить ничего приближающегося. Казалось, пока мы были одни.
Мы завернули за угол, и внезапно перед нами открылась река. Я замерла, и мой рот открылся, когда я увидела огромную полосу воды. Я никогда раньше не видела ничего подобного, и стремительный поток заставил мое сердце сделать кувырок в груди. Конечно, Джулиус не хотел, чтобы мы пытались переправиться через нее.
Я посмотрела на него в поисках ответа на охвативший меня ужас, который продолжал нарастать в моей грудной клетке, но Джулиус продолжал двигаться к берегу. Он осторожно огляделся по сторонам, затем стянул толстый брезент с гребной деревянной лодки, которая была спрятана на берегу.
— Нет, — выдохнула я, мой голос прозвучал так слабо, что никто из остальных меня не услышал, но я все равно уперлась.
Джулиус подтолкнул крошечную лодку к реке, и Магнар бросил в нее свой рюкзак, прежде чем помочь ему.
Лодка опустилась на воду, неуверенно покачиваясь на течении, пока Джулиус удерживал ее на месте.
— Ты уверен, что это хорошая идея? — Спросила я, пока Магнар помогал Монтане забраться внутрь. — Эта лодка очень маленькая, а воды здесь чертовски много. Что, если мы свалимся за борт?
Я думала, что мне удалось довольно хорошо скрыть свою панику, пока я говорила, но один взгляд Магнара сказал мне, что он видит меня насквозь.
— Садись в лодку, — скомандовал Магнар, и я была поражена силой, которая подчинила меня его воле.
Если какая-то часть меня и думала, что он больше не будет использовать эту силу после того дерьма с дождем, то все подобные мечты были разбиты вдребезги, когда его воля окутала меня, и я снова оказалась во власти его слов.
Гнев вспыхнул во мне, и я уставилась на него, когда мое тело начало двигаться без моего согласия.
Я сделала шаг вперед, затем уперлась пятками в берег реки, заставляя себя остановиться. Губы Джулиуса дрогнули в улыбке, пока он наблюдал за мной, а на моем лбу выступили капельки пота, когда я сосредоточила всю свою силу на том, чтобы остаться на месте, отказываясь сдаваться.
Яростные слова, которые я хотела выплюнуть в адрес Магнара, жгли мне язык, пока шли секунды, и мои конечности дрожали от усилий оставаться прикованной к месту.
Глаза Магнара сверкнули огнем, и я яростно стиснула зубы, когда мое предательское тело сделало второй шаг. Мои пальцы против моей воли вцепились в край лодки, но я отказывалась сдвинуться с места хоть на дюйм.
Принуждение давило на меня все сильнее, и мое тело дрожало и медленно продвигалось вперед резкими движениями, пока я, наконец, не уступила его хватке и не прыгнула в лодку.
Монтана смотрела на меня широко раскрытыми глазами и взяла за руку, когда я села рядом с ней, безмолвно спрашивая, все ли со мной в порядке.
— Хорошо, — сказал Магнар, и я не смогла сдержать прилив гордости от того, насколько мне удалось противостоять его команде. Но я все равно бросила на него тяжелый взгляд, когда устроилась на судне, выглядевшем весьма небезопасно.
Я выдохнула и попыталась прокрутить в голове то, что мне только что удалось, фиксируя, что именно я сделала, когда сопротивлялась ему, и стараясь запомнить это на следующий раз. Мне так не нравилось, что моя судьба не зависит от меня, и я была полна решимости разорвать узы, связывающие меня.