Возвращение Безумного Бога 8 (СИ)

Впрочем, ключевое слово — публично.
— Они явно все рассчитали, — процедил я сквозь зубы, — Поняли, что Светлана теперь не станет в полную силу бить по тем, кого считает своими. Вот и воспользовались ее благородством, паскуды!
Тем временем Светлана на арене из последних сил отбивалась, пытаясь найти лазейку в стане врага. Но тщетно! Кривотолковы работали слаженно, блокируя все возможные действия. Соколова была вынуждена лишь защищаться, не имея возможности в полную силу ударить в ответ.
Из-за ран (особенно той самой первой — от спицы) она стремительно слабела.
Комментатор голосил не своим голосом, живописуя происходящее:
— Поразительная картина, дамы и господа! Похоже, Светлана Соколова попала в безвыходную ситуацию! Удары сыплются со всех сторон — от ее же друзей и соратников! Она не знает, куда деваться! Что за подлый трюк со стороны Кривотолковых! Я должен быть беспристрастным, но у меня внутри все кипит от такой подлости, уж простите!
Откуда-то сбоку в него прилетел, пробив стекло, бутерброд с сосиской. Видимо, кто-то из болельщиков не сдержал эмоций. Комментатор взвизгнул и плюхнулся на пол, комично загораживая лицо руками.
— В адрес Кривотолковых несутся проклятия, гнилые помидоры и недоеденные бутерброды! — возопил он уже откуда-то с пола, по инерции продолжая комментировать происходящее, — Народ не одобряет их методы! Трибуны негодуют! Почему молчат судьи?
И правда. Большая часть зрителей вскочила с мест, размахивая кулаками и выкрикивая ругательства. Откуда-то сверху полетели пустые бутылки и огрызки яблок. Охрана едва успевала сдерживать напор разъяренной толпы.
— Судью на мыло! Дисквал Кривотолкам!
— Нечестно, чтоб вас! Это уже не поединок, это избиение!
— Позор! Верните наши деньги! Мы платили за честную битву!
Самые ярые фанаты уже пытались прорваться на арену, но их быстро скручивала охрана и оттаскивала подальше от места событий. Но толпа все равно ревела, требуя справедливости.
Я же хмурился, лихорадочно размышляя. Сражение зашло в тупик. Светлана попала в идеальную ловушку: поддаться нажиму Дарьи и ударить в полную силу — значит предать собственные принципы. А не бить — полная капитуляция.
Расчет Кривотолковых оказался верен. Нужно было срочно что-то предпринять, но что? Вариантов было не так много.
Внезапно меня осенило. А что если… Рискованно, конечно, и вряд ли это сильно понравится моим ученицам и дочерям. А Айсштиль так и вообще может перестать со мной разговаривать… Но другого выхода я не видел.
— Настя! — отрывисто бросил я, поворачиваясь к ней, — Сможешь наложить на меня заклинание невидимости? Причем самое мощное, какое только сможешь?
Девушка от удивления аж заморгала. Эмми тоже недоуменно приподняла бровки. А Айсштиль только скептически хмыкнула, всем своим видом выражая: «Ну-ну, и что ты задумал, Эстро?»
— Эээ… Костя, ты чего удумал? — протянула Настя, — На фига тебе невидимость? Хочешь втихаря оттуда свалить?
Эмми и Сахаринка тоже с любопытством уставились на меня, ожидая ответа.
Я лишь загадочно усмехнулся. Склонился к Насте и шепнул на ухо:
— Просто сделай, о чем прошу. Остальное — мои заботы. Времени в обрез, каждая секунда на счету!
Настя неуверенно пожала плечами, но послушно закрыла глаза и начала бормотать слова заклинания. Через несколько секунд мое тело окутала едва заметная голубоватая дымка. Черты лица поплыли, тело сделалось полупрозрачным. Еще чуть-чуть — и я окончательно слился с пространством, став невидимкой. Да, ученица и впрямь подналегла на мощь чар!
— Ну все, готово! — выдохнула Настя, утирая пот со лба. Нелегко ей далась эта магия, как я погляжу, — А теперь колись давай, что задумал!
Я чмокнул ее в щеку и ничего не ответил.
— Костя! — испуганно ахнула Эмми, пытаясь нащупать меня, — Ты где? Что ты задумал вообще?
Я легонько сжал ее ладошку и шепнул:
— Не бойся, рыжик. Я быстро. Ты пока присмотри тут за девчонками. Не поминайте лихом! Скоро вернусь!
И с этими словами, не дожидаясь расспросов, я сорвался с места. Лишь на бегу услышал, как Эмми возмущенно вскрикнула вслед:
  
— Костя, стой! А ну вернись!
— Костя, что за дела? Вернись! Или мы тебя вечером с Аськой и Лилькой толпой изнасилуем! — поддержала Настя, но ее голос утонул в реве трибун.
Только недовольный вздох Айсштиль настиг меня, слегка отрезвив. Будет мне потом «взбучка», ох будет! Ну ничего, авось переживу как-нибудь…
А пока надо спешить. Выиграть для Светланы немного времени. И плевать, что турнирный регламент летит ко всем чертям!
Промчался вдоль рядов трибун, распихивая локтями удивленных зрителей. Те шарахались в стороны, испуганно вертели головами. Кажется, все-таки заметили неясную тень, скользящую мимо них.
Дымка невидимости почти полностью скрывала меня от посторонних глаз. Разве что легкое мерцание воздуха выдавало мое присутствие — и то, только если специально приглядываться.
Сердце бешено колотилось, в висках стучало. Но я упрямо бежал вперед, лавируя меж возбужденных болельщиков. Благодаря чарам невидимости никто не обращал на меня ни малейшего внимания!
Служебные коридоры, лестницы, переходы — все пролетало мимо, сливаясь в пеструю круговерть. Я на одном дыхании преодолел разделяющее пространство и в мгновение ока очутился у ворот, ведущих прямиком к элитному сектору — где располагались ВИП-ложи…
Оставалось лишь переступить порог — и Кривотолковы огребут по полной…
  
Глава 20
 
Я бы хотела кое-что спросить…
 
Князь Дмитрий Кривотолков, облаченный в роскошный черный камзол с серебренным шитьем, восседал в своей VIP-ложе, словно император на троне. Его суровое лицо с резкими чертами озаряла довольная, почти торжествующая улыбка — хитроумный многоходовой план по нейтрализации Светланы Соколовой работал как идеально отлаженный часовой механизм. Каждая деталь, каждый нюанс этой изящной шахматной комбинации приносил князю истинное интеллектуальное наслаждение.
— Превосходно, просто превосходно, — мерно произнес он, смакуя каждое слово. Князь неспешно отпил глоток элитного французского коньяка пятидесятилетней выдержки из изящного хрустального бокала, — Взгляните, как растерянно мечется наша княжна…
Сидящий по правую руку от князя виконт Вадим, одетый в элегантный темно-синий сюртук, слегка поморщился, словно от зубной боли, но тут же сдержанно произнес:
— Действительно, молодежь сегодня превзошла все ожидания! Особенно впечатляет слаженность и командная работа. Видно, что не зря тренировались.
Несмотря на бодрый, жизнерадостный тон, виконт все еще выглядел несколько помятым и потрепанным после недавней стычки с грозным Фомой Лисовским. Под левым глазом аристократа еще отчетливо желтел обширный синяк, а правую руку он старался лишний раз не напрягать, опасаясь потревожить едва затянувшиеся раны. Впрочем, неприятные ощущения не мешали ему с азартом и вниманием следить за захватывающим действом, разворачивающимся на арене.
— Ах, полюбуйтесь на нашего дорогого Олежку! — звонко, словно колокольчик, воскликнула Илона Всеволодовна, надевшая сегодня белоснежное шелковое платье с причудливой золотой вышивкой, — Как ловко он зашел с фланга! И удар поставлен безупречно. Чувствуется твоя кровь, любимый…
Помимо этих троих в помещении находилось еще несколько человек из рода Кривотолковых, а также слуги.
Князь самодовольно усмехнулся:
— Да, паренек наконец-то взялся за ум и проявил себя. А ведь еще совсем недавно только и делал, что прожигал жизнь по клубам да модным ресторанам. Я уж думал, никогда не выбью из него эту дурь…
— Ваша строгость и требовательность явно пошли юноше на пользу, мой князь, — вкрадчиво вставил слово Вадим, — В последнее время он неизменно демонстрирует завидное упорство и рвение в тренировках. И впечатляющие результаты этих трудов, как мы видим, налицо.
— О да, бесспорно — с материнской гордостью протянула Илона Всеволодовна. Ее глаза сияли счастьем.