Возвращение Безумного Бога 8 (СИ)
Она покосилась на Вадима и охранников, которых медики уже вынесли на свежий воздух и оказывали им первую помощь. Хмыкнула мрачно… да-а-а… дела…
Виконтесса досадливо цокнула. Похоже, выкрутиться не получится. Придется Дарье и Вадиму во всем признаваться дяде, уповая на его милость и понимание… Они упустили ценного пленника.
Додумать Милена не успела. Снаружи послышался шум моторов, хлопки дверей. Отрывистые команды, лязг оружия. И вот уже в проеме дверей возникли внушительные фигуры гвардейцев в полном боевом облачении.
— Именем Императора! Всем оставаться на местах! — рявкнул один из них, выступая вперед.
За плечом бойца маячила до боли знакомая физиономия со щегольскими усиками и надменным прищуром глаз. Генерал-губернатор Горовой собственной персоной, чтоб ему пусто было!
Милена непроизвольно втянула голову в плечи. То, что надо! Влипли так влипли!
Ну, была не была! Кривотолкова решительно двинулась навстречу вошедшим. Прочистила горло и хрипло произнесла:
— Ваше Высочество! Генерал! Господа офицеры! Прошу прощения, у нас тут небольшое… недоразумение приключилось. Дичь непредвиденная!
Генерал смерил ее недоверчивым взглядом. Красноречиво приподнял бровь, обводя глазами разгромленный зал.
— Недоразумение? — процедил он сквозь зубы, — Хороши у тебя недоразумения… Милена, да⁈ Особняк едва по кирпичику не разнесло!
Милена сглотнула. Опустила взгляд, кусая губы.
Но тут за спиной генерала раздался негромкий, полный холодной ярости голос:
— Отставить.
Из-за широких спин гвардейцев степенно выплыла знакомая фигура, затянутая в безукоризненный камзол. Бледное, породистое лицо, тонкие губы, отточенный жест руки, небрежно поправляющей рукав… Император Александр V собственной персоной!
Милена замерла, не веря собственным глазам. Ох ты ж ешкин кот! Сам Государь пожаловал, и так скоро!
Не успела она и рта открыть, как из-за плеча Императора показалась еще одна физиономия — хмурая, раздосадованная. Дядюшка Дмитрий, легок на помине! И судя по перекошенной роже, явно не в духе…
Кривотолков быстрым шагом пересек разгромленный зал. Подлетел к Милене, впившись пальцами в плечи.
— Ты в порядке? — отрывисто бросил он.
— Д-да, дядюшка… — пропищала Милена, словно мышь в лапах кота.
Кривотолков тряхнул ее как куклу, прошипел в лицо:
— Тогда какого дьявола тут стряслось?
В его глазах плясало неподдельное бешенство. Милена невольно сжалась, хлопая ресницами. Попыталась вывернуться из железной хватки, пролепетала сбивчиво:
— Дядя, все не так! Я не виновата, честно! Это все Лисовский! Он с катушек слетел, начал крушить все подряд! Дарья, Вадим и Вольди пыталась его скрутить, но куда там! Он же как бешеный зверь! А больше сильных бойцов в особняке в эту ночь и не было, даже тётушки Илоны… все разъехались по делам…
Кривотолков оторопел. Отшатнулся, будто от пощечины. Его лицо стремительно краснело, наливалось кровью, словно перезревший помидор. Он сделал несколько глубоких вздохов, явно силясь обуздать клокочущий в груди гнев.
А потом снова впился взглядом в перепуганную племянницу. Процедил тихо и страшно:
— Фома сбежал? И бардак тут он устроил? Так я тебя понял, да?
Милена судорожно кивнула. Затрепетала, словно пойманная в силки пташка.
— А ну-ка, милая, поведай — как это вышло? Почему Лисовского не усмирили? Где была охрана, куда смотрели печати и артефакты защиты? Где Дарья и остальные?
Голос князя сочился неприкрытым сарказмом. Он смерил Милену уничижительным взглядом, явно не ожидая вразумительного ответа. Одаренная побледнела еще сильнее, сглотнула. Теребя дрожащими пальцами прореху на рукаве, она залепетала:
— Мы сделали все, что могли! Я… поддерживала сражавшихся… — на самом деле Милена была занята тем, что убегала от чудовищ, призванных Фомой. Самого Лисовского она видела лишь пару раз, — Бойцы били Фому со всех сторон, гасили, как могли! Я сама на него с Даром кидалась, думала, уж в этот раз укрощу! А он… он будто невменяемый был, глаза пустые, стеклянные… И такая мощь от него исходила, такая ярость слепая! Любые атаки — что об стенку горох!
Горовой скептически хмыкнул. Обернулся к Императору:
— Ваше Величество, разрешите обратиться? По-моему, здесь все ясно как день. Небось, довели беднягу, вот он и озверел.
И генерал смерил Кривотолкова тяжелым, многозначительным взглядом. Тот дернулся, будто от удара хлыстом. Нервно облизнув губы, выдавил:
— Да кто ж знал, что он так с катушек слетит? У нас тут, чай, не пансион благородных девиц! Опасного преступника упрятали, нужно было принять у нему сдерживающие меры!
Император поморщился. Устало потер переносицу и, не глядя на спорщиков, бросил:
— Хватит. Скажи мне лучше, Дмитрий — как он вообще умудрился сбежать? Неужто ваши хваленые подвалы не выдержали?
Кривотолков затравленно огляделся. Заметался, силясь подобрать слова:
— Кхм… Ваше Величество, тут уже надо разобраться…
Император молчал. Пристально смотрел на князя немигающим взглядом. Потом повернулся к генералу:
— Что скажешь, Горовой? Какие-то соображения будут?
Генерал-губернатор задумчиво поскреб подбородок. Медленно покачал головой:
— Чует мое сердце, неспроста Фома с цепи сорвался… Небось, накопилось у мужика. Столько лет мучился, сила проклятущая жгла изнутри — тут кто хочешь слетит с катушек! Особенно, если его как следует… простимулировать.
И Горовой вновь стрельнул глазами в сторону Кривотолкова. Тот аж позеленел от злости.
— Вы уж определитесь, господа хорошие! — прошипел он сквозь зубы, — То я виноват, то сам Фома с ума сошел на почве своих бзиков! И так плохо, и этак нехорошо! Что мне теперь, наизнанку вывернуться?
Император примирительно поднял руки:
— Спокойно, Дмитрий. Никто тебя ни в чем не обвиняет. Просто хотим разобраться, что творится в твоих владениях.
Он сделал паузу. Окинул орлиным взглядом полуразрушенный зал.
— И сейчас нам надо кое-что прояснить. Первое: куда мог направиться Лисовский после побега?
Дарья, кашляя и щурясь, вынырнула из-за поднявшегося смога. Поправила растрепавшиеся волосы и чертыхнулась сквозь зубы.
Вот ведь чертовщина! Весь особняк практически до основания разнесло, в пыль разметало роскошные интерьеры! А все из-за кого? Из-за проклятого Фомы, чтоб его черти в аду жарили!
Дарья в сердцах пнула обломок лепнины. Тот жалобно хрустнул и развалился на куски. Н-да уж, хорошенькая вечеринка вышла… Куча времени уйдет на восстановление, это как пить дать. И ладно бы просто ремонт — так ведь еще и перед Императором ответ теперь держать! Мало ему было, видите ли, пленного Фомы, так он теперь и за сам факт разрушений с Кривотолковых спросит…
Дарья еще не видела Императора, но видела гвардейцев. Их золотую форму ни с чем не спутаешь. А где гвардейцы — там и Император…
От этой мысли Дарья скрипнула зубами и яростно сжала кулаки. Ну, Костик, ну удружил, паразит! Мало того, что в особняк пробрался, едва не спалившись, так еще и Фому упустил! Чтоб тебя твоя же Бездна сожрала, остолоп ушастый!
Или же… он намеренно позволил ему уйти? Он ведь показывал портальную магию в битве с Соколовой… Черт, черт, черт…
Виконтесса тряхнула головой, прогоняя непрошеные воспоминания. Сейчас не время и не место ударяться в рефлексию. Надо срочно найти дядю, в красках обрисовать ему всю «радужную» картину последствий и начинать разгребать завалы. А то как бы Император еще что похуже не удумал…
Если у Дарьи все удасться… если она приведет дядюшке Безумова, который будет полностью покорен ее Дару… Дарья аж зажмурилась от удовольствия, как кошка при взгляде на сметану…
Да, ее Дар как правило носил лишь временный эффект. Однако был способ сделать его постоянным…
— Дарья! — раздался вдруг знакомый голос. Резкий, с едва уловимыми нотками беспокойства.
Виконтесса вздрогнула. Медленно обернулась, втянув голову в плечи. И застыла, не веря своим глазам.