Долгорукий. Суетолог Всея Руси. Том 2 (СИ)

— Печёная картошка в мундире, как она есть, — сказал я, — Запах мощный и отчётливый, прямо как в измерении Тёмного Бога. Нет никаких сомнений, мы в ключевом измерении, которое принадлежит князю Пушкину.
Правда, оно совсем не похоже на то, что я видел раньше. Впрочем, почему бы и нет? По идее, ключевое измерение может выглядеть как угодно. Нельзя исключать, что весь этот странный вид — это влияние князя Пушкина. Он всё-таки человек вдохновения. Ну или, по крайней мере, у него предок такой был.
— Какое красивое место! — Вера с любопытством оглядывалась по сторонам. Впрочем, в глубине её голубых глаз чувствовалось некое опасение. Я бы сказал, внутри Веры боролись две противоположности. Ей явно нравилась красота этого нового места. В то же время она опасалась всех тех неведомых существ, которые вполне могли скрываться за густыми зарослями.
Да, Мила тоже с любопытством оглядывалась. В отличие от Веры, она была полностью уверена в своих силах. Любопытства и интереса в её глазах было куда больше:
— Папа много рассказывал о ключевом измерении, но я никогда не видела его своими глазами, — добавила княжна Мила.
— Что ж… всё когда-то бывает в первый раз, — сказал я, глубоко вдыхая воздух.
Здесь и правда было очень много странных ароматов, в основном растительных. Но были и отдельные животные запахи. Однозначно в этих местах вполне может водиться что-то опасное.
Подтверждая наши мысли, из соседних кустов послышались пронзительные крики. Крики немного напоминали обезьяньи, как будто кричит целая стая. Но были более низкие и гортанные.
Мурзик зарычал, его шерсть на загривке встала дыбом. А хвост встал торчком. В тёмных зарослях показались чьи-то красные глаза. Очень много красных глаз. Такое ощущение, что рядом с нами находилась целая стая каких-то зверей. И настроены они были очень и очень агрессивно.
— Чё, вас давно не кормили, — поинтересовался я, — Сейчас накормим, не переживайте.
Глубоко вдохнув и набрав полную грудь воздуха, я изо всех сил дунул. Порыв ураганного ветра проделал широкую просеку в лесной чаще. Высоко в воздух взлетели стволы деревьев, ветки, листья, какие-то растения. Среди них виднелись силуэты мохнатых отвратительных тварей с красными глазами и острыми когтями. Они визжали и дергались, не понимая, что с ними происходит и откуда этот порыв ураганного ветра. Всех их я сдул и отправил куда-то, в общем, на другой конец ключевого измерения. Ну… ибо нефиг.
Мурзик резко опустил задницу на землю и в шоке посмотрел на меня, наклонив голову набок.
— Я даже не сомневалась, — с улыбкой произнесла Мила.
Девушка с умилением смотрела на меня.
— Ну, можно было бы с ними хотя бы поговорить для начала, — пробурчала Вера. Она расслабленно выдохнула, но выглядела не очень довольной. Всем своим видом осуждала насилие, — Может быть, они хотели мирно с нами поговорить?
— Честно говоря, сомневаюсь в этом, — ухмыльнулся я, после чего посмотрел на Мурзика, — Давай, пушистый, чуешь что-нибудь? Князя Пушкина или Настю? Какого-нибудь другого человека?
Мурзик принюхался, некоторое время бегал туда-сюда вокруг нас, нюхая воздух. После чего громко тявкнул и быстро пробежал в сторону просеки, которую оставил мой мощный выдох.
— За ним, — скомандовал я.
Мила и Вера побежали следом за мной.
  
Глава 27
 
В глухой чаще…
 
Какое-то время Мурзик вёл нас по лесу. Чем дальше мы шли, тем сильнее менялось окружение. Деревья с пышной листвой постепенно сменились на деревья причудливых форм — с гибкими, извивающимися стволами, переплетенными между собой, словно змеи. Некоторые стволы были усеяны наростами, похожими на морщины или узловатые мускулы. А листва на ветвях переливалась всеми цветами радуги.
Кое-где между стволами виднелись развалины каменных сооружений, поросшие мхом и лианами. Словно остатки древней цивилизации, забытой в глубинах леса. Хотя откуда в Ключевом измерении цивилизация? Это все-таки не совсем полноценный мир, не приспособленный для жизни.
 
В зарослях мелькали странные существа, похожие одновременно на птиц, ящериц и даже обезьян. У них были длинные мускулистые хвосты, крылья с перепонками и вытянутые морды с острыми клыками. Эти твари издавали резкие крики и то исчезали в чаще, то вновь появлялись где-то рядом, провожая нас любопытными взглядами.
Под ногами вились толстые корни деревьев, местами обнаженные на поверхности. Некоторые из этих корней слабо светились, пульсируя, точно вены гигантского существа. А еще они издавали едва слышный, гулкий звук, напоминающий биение сердца.
В воздухе витали голубоватые споры гигантских грибов. Прикосновение этих спор вызывало легкое покалывание кожи. А над поверхностью ручья, протекавшего неподалеку, парили светящиеся насекомые с длинными хвостами, похожими на нити. Хотя… это скорее у них такие яйцеклады… Дед что-то рассказывал о насекомых, способных такой штукой пробить кору дерева и отложить там свои личинки. Впрочем, я в этом не силен.
В целом атмосфера этого леса была одновременно завораживающей и настораживающей. Здесь явно таились неведомые опасности, но и чудес хватало.
Постепенно начало смеркаться — на землю ключевого измерения опустилась ночь.
Мы прошли довольно большое расстояние. У меня сложилось ощущение, что это ключевое измерение довольно-таки большое — в разы больше измерение Тёмного Бога.
— Мила, можешь спросить у Тутанхамона, что это за Ключевое измерение? — посмотрел я на рыжеволосую девушку, — Может быть, он что-нибудь интересное знает?
Мила на мгновение задумалась, её взгляд стал как будто бы отсутствующим, но уже спустя пару секунд она покачала головой:
— Нет, он какой-то неразговорчивый. Отмалчивается. Когда я сидела в темнице, он вроде бы стал разговорчивый и много рассказал мне о моих способностях. Благодаря этому мне удалось выбраться и даже сражаться на равных в подземелье с той сильной огненной аномалией с шестью руками. Но теперь он молчит, как воды в рот набрал.
— Ну что ж… у всех нас есть свои причины молчать, — кивнул я, — Хочет молчать, пусть молчит.
Шло время, на небе сияла огромная серебряная луна. Мурзик продолжал уверенно вести нас в одном ему известном направлении.
Я всё опасался, что сейчас, когда наступит темнота, из своих логовищ выползут всякие монстры и аномалии, и мне придётся с ними разбираться. Но пока что всё было на удивление тихо и мирно. Возможно, мой мощный выдох отбил у местных обитателей желание связываться с нами. Ну да это и к лучшему.
Меньше возни — меньше проблем, меньше волнений за девушек и Мурзика. Я, конечно, сильный, но всё-таки не настолько, чтобы успеть везде. Девушки и Мурзик, конечно, и сами могут за себя постоять, но тем не менее. Всякое может случиться, и лишний раз лучше не рисковать.
— Мурзик, ты точно знаешь, куда мы идём? — не выдержав, спросил я.
Мурзик задорно гавкнул в ответ, продолжая вынюхивать одному ему заметные запахи.
— Ох… надеюсь, мы уже близко! — вдохнула Вера, — Я уже устала.
— Могу понести тебя на руках, — предложил я.
Взглянув на девушку, я отметил, что она и правда выглядела уставшей.
— Я тоже устала, можно меня тоже на руках понести? — быстро сказала Мила.
Да, задали они мне задачку. Если я обеих буду нести на руках, куда мне девать топор, фонарик? Если фонарик я могу в теории передать Мурзику, тот парень достаточно умный, чтобы им пользоваться и не потерять его. Но куда топор девать? Между полужопий зажать или в зубах нести?
Мои размышления прервал негромкий гавк Мурзика. Он остановился, глядя куда-то в пространство прямо перед собой. Я проследил за его взглядом и увидел неприметный домик, замаскированный среди деревьев.
Его стены были сложены из темного тесаного бревна, местами покрытого мхом и лишайниками. Крыша крыта соломой, которая уже местами проросла мелким кустарником.
Вокруг дома рос невысокий плетеный тын из гибких ветвей. В некоторых местах он обвалился, но в целом выглядел достаточно крепким, чтобы не пускать незваных гостей. Рядом виднелись следы огорода, заросшего сорняками.