Маг: Начало. Школа. Архимаг. Грандмастер

Тот понял, что я хочу, и мы в его кабинете серьезно поговорили на эту тему. После четырехчасовых переговоров, давшихся тяжело нам обоим, мы скрепили сделку рукопожатием. Заключалась сделка вот в чем: он меня учит, после чего я начинаю делать или ремонтировать серьезные артефакты, которые де Курье сам делать был не в состоянии. И он их продает, как свои поделки, я же со своей стороны клятвенно пообещал, что никто не узнает, что он нарушил местные законы и учил меня магии. В этом мире частные учителя магии существовали, но немного, так как в Академию таких учеников, прошедших обучение на стороне, не особо принимали, даже если они были дворянами высоких рангов. Учил меня маг именно магическому конструированию, готовя к поступлению на факультет Артефакторики. Да, я сделал свой выбор, куда поступать.
На третий месяц моего пребывания в замке к де Курье прибыл его старый друг и старший брат жены мастер меча Виктор ле Он. К моей радости, учеников тот не имел и пока просто путешествовал, решив заглянуть на огонек к сестре и зятю. Ох, как я крутился вокруг обоих, клятвенно обещая, что смогу осваивать две учебы сразу! Это я уже потом узнал, что маг с мастером договорились так насесть на меня с учебой, чтобы я сам попросил снизить темп. Не дождались и были вынуждены все закручивать и закручивать гайки, усиливая тренировки и обучение, но я держался, хотя на третий месяц меня шатало, когда я шел по коридору. А как иначе? В шесть утра подъем и тренировки тела и суставов, потом лекция в кабинете мага, снова тренировки, обед, лекция и практика в лаборатории, тренировки и практика. А спать я ложился в полночь, и так каждый день без выходных. Только одно радовало – резко подскочившие результаты освоения магии, в боевом искусстве таких успехов не было, там я просто тренировал тело по специальным методикам, махать железками меня стали учить только год спустя после начала тренировок.
Надо добавить, что о том, что маг учит меня магии, не знала не только его жена, но и другие ученики. Вообще никто, кроме нас двоих. Мы просто разыграли представление, что у меня случаются проблемы с Даром, и все эти месяцы, переходящие в годы, мы искали решение этой проблемы. Ученики видели, что я, например, пытался магичить, а ничего не получалось, и спокойно приняли это, даже сочувствовали. У них таких проблем не было. Ширма действовала отлично, никто ни о чем не подозревал.
Еще добавлю, что за эти годы замок я так ни разу и не покидал, вернее, территории вокруг замка, а вот маг, надавав мне заданий по практике и теории, с учениками часто отлучался, работая по заявкам. Причем приходили эти заявки голубиной почтой, так как нормальной связи в этом мире не существовало. Вроде до битв Древних магов такая связь была, но сейчас она отсутствовала. Многое потерял этот мир, утратил многие знания с той битвы. И до сих пор не мог восполнить. Хотя мне казалось, что это все искусственно – захотели бы, вернули все на прежний уровень, книги по магии Древних были в наличии.
Что-то я опять в сторону ушел. Так вот, после года обучения я понял, что деградация магического искусства после Древних магических войн была глубже, чем я думал. В библиотеке мага были книги Древних по магоконструированию, да и вообще литературная белиберда – все это вперемешку стояло на нескольких полках в отдельном спецхранилище. Эти книги маг собирал с момента окончания Академии, и на данный момент их было у него пятьдесят шесть штук. Из последней своей поездки он привез еще одну, выкупленную у старьевщика. Это была книга «Создание магических иллюзий для второго курса Дембрской Академии Магии». Сама эта Академия пропала лет семьсот назад, во времена тех битв. Ученики и преподаватели защищали город, где она находилась, и погибли вместе с ним. Кстати, тот город был где-то в Пустошах, так что, скорее всего, книгу нашли поисковики.
Сам де Курье языка Древних магов, на котором были написаны книги, не знал, но я им владел. Я не говорю, что во всей Тории не было владеющих этим языком, просто маги не любили делиться знаниями. Сам же де Курье знал, что означают семь закорючек, что это за слова, ну а дальше я за полтора года смог выучить язык. Среди книг оказался древний букварь, он-то мне и помог. Де Курье об этом даже не подозревал… Были причины для того, чтобы скрывать от него свои умения, и он до сих пор искренне считал, что я в знаниях крепкий подмастерье, даже до мага еще не дотягиваю. Но его и это удовлетворяло. За эти годы он привез мне около двух сотен артефактов и амулетов Древних, некоторые я ремонтировал, восстанавливал, другие пришлось создавать заново, так как магические линии были в большей части стерты и я не всегда мог опознать, что передо мной – боевое оружие или, например, защита от комаров. Изучение плетений Древних и дало толчок к освоению конструирования и выводу моих умений на более высокий уровень.
 
Думаю, стоит пояснить, когда повеяло прохладой в наших с магом отношениях, о чем он, похоже, даже не подозревал. Все оказалось просто. Я был увлекающейся натурой и за два года освоил все, что дал мне маг, фактически пройдя частным образом часть обучения в Академии, но сравнивать не надо – там крепко поставлено теоретическое обучение, а мне давали в основном то, что нужно для работы на благо мага и много практики.
Так вот, через два года я создал свой первый, собственноручно сконструированный артефакт. К тому времени я уже понял, что все маги – математики, кто-то хороший, а кто-то плохой. Думаю, по этому определению можно догадаться, что уровень знаний магии напрямую зависит от освоения математики. Так что я могу сказать, что де Курье неплохой маг, но плохой математик. Данный уровень – его потолок, выше он уже не поднимется. А учить его… После того, что он сделал, я категорически не хотел, чтобы он знал, и с тех пор тщательно, с маниакальным упорством скрывал, что продолжал совершенствоваться. В этом мне помогали его частые отлучки на подработку.
В общем, когда я радостный и довольный собой показал собственноручно сделанный артефакт магу, тот искренне изумился и попросил показать, как он был сделан, до последней магической нити. Я без задней мысли показал, о чем потом очень жалел, но чуть позже, поразмыслив, решил, что это даже хорошо, маг показал мне свою суть.
Кто-то скажет, мол, я ему обязан жизнью и умениями, отвечу так: был обязан, но он сам сказал мне, что я теперь ему ничего не должен. Поясню подробнее. После года жизни в замке де Курье, когда я только-только начал восстанавливать артефакты Древних, набивая руку, он принес мне полуразрушенный артефакт, буквально умоляя вернуть его к жизни. Мол, он принадлежит очень уважаемому человеку, которого было бы неплохо иметь в друзьях. Я тогда осмотрел артефакт и уверенно заявил, что не смогу его реанимировать. Вот тогда маг и надавил на мои моральные чувства, напомнив, как спас меня и помог во всем. Я понял, что если не скину с себя это ярмо, то он так и будет в сложных ситуациях напоминать об этом, но сделать ничего не мог. Вернуть к жизни этот артефакт я был не в состоянии, не с моими умениями. Тогда маг, понимая мои терзания, пообещал, что если я верну артефакт к жизни, то он перестанет считать, что я ему что-то должен. Думаю, теперь ясно, что я взялся за эту работу. На то, чтобы вернуть артефакт к жизни, мне потребовалось пять месяцев и огромное количество бессонных ночей, но я смог это сделать, и маг, держа в руках работоспособный артефакт, клятвенно сообщил, что я ему ничем не обязан. Вот так вот.
Теперь по поводу созданного мной артефакта. Что было дальше, мне рассказала Люси чуть позже. Она думала, что это разработка де Курье, и искренне этим гордилась. Маг смог с моих пояснений разобраться, как я сделал артефакт, сам создал два и, собравшись, внезапно укатил из замка. Вернулся он только через две недели, вот тогда я и узнал основные правила Учитель – Ученик. Так вот, все, что имеет ученик до того, как поступит в Академию, включая его мысли и планы, принадлежит Учителю. То есть де Курье, сам не поняв до конца, что сделал, просто украл у меня мою же разработку, добрался до Академии и за неделю сдал дипломную работу на мага-артефактора, благополучно ее защитив и повысившись в чине, чем очень гордился. Меня он даже не поблагодарил, видимо, ему это и в голову не пришло.