Девятнадцать сорок восемь Том II (СИ)

— Что по связям?
— С Орловыми там вроде как оказия вышла. На девку их покушались, а он рядом был. Вроде как подстрелили его, но так… царапина. Но точно ничего не известно. Может привирают.
— Еще есть, что?
— Нет. Кто знает — молчит как рыба. А кто не знает, тот херню несет всякую. Так, что? Можно сдать его?
Гудвин затарабанил пальцами по столу, взглянул на тарелку с сырными шариками, а затем на кружку с пивом.
— Люди Соколовых контакт оставили?
— Ага. Номер телефона.
— Значит звони, скажи инфа есть. Стрелку забей где-нибудь, чтобы народу поменьше. Как назначишь — сразу дай мне знать. Понял?
— Понял.
— Так чего стоишь? Топай, звони.
Чахлый тут же заторопился прочь, а Гудвин крикнул ему в спину:
— И Шкета позови!
Через минуту, к нему в в зал заглянул молодой парнишка.
— Звали Алексей Андреевич?
— Звал, Максимка. Заходи.
Парень прошел внутрь и уселся напротив авторитета.
— Максимка, садись справа или слева, но передо мной не садись, — скривился вор.
— Почему? Так ведь удобно?
— Лоб в лоб только бараны садятся или незнакомых людей так садят, если терки. Свои всегда с твоей стороны должны быть. Если, конечно, собеседнику перо под ребра сунуть не хочешь.
Парень смутился, взял свою толстую тетрадь и уселся сбоку вот Гудвина.
— Так, ты этого баклана видел, что сейчас выходил?
— Кожевник? Видел.
— Его тоже в нашу шайку-лейку записывай.
— Понял.
— Проверь, что у него с делами. Может приподнять его можно или работы подкинуть.
— Сделаем, — кивнул парнишка и принялся записывать в тетрадь заметки.
— Да, еще спросить хотел. Ты за Соколовых и Орловых что знаешь?
— В смысле? — растерялся парнишка.
— В прямом. У них вроде терки какие-то, а чего не поделили?
— Ну, так… Где-то провинились Соколовы. То ли на воровстве их поймали, то ли еще что, но император часть приисков отдал Орловым.
— Что за прииски?
— Золото. Для казны добывали. Вот император и решил, все в одну корзину не складывать и часть разрешений на добычу у Соколовых отобрал. А Орловы цветными металлами занимались. Причем сразу же руду перерабатывали. Вот им и поручили.
— Значит бабки не поделили, — кивнул Гудвин.
В этот момент, в зал заглянул Чахлый.
— Андреич, через два часа, в Кубе. Соколов младший сам будет.
— Водилу заряжай, — кивнул вор. — Я сам поеду. Всю инфу на фраера того мне с собой сделай.
— Понял, — тут же скрылся Чахлый.
— Соколовы и Орловы, — пробормотал Гудвин, взяв в руки сырный шарик. — Орловы и Соколовы… Интересная комбинация получается…
* * *
Как же мне хотелось отдохнуть. Просто полежать и ничего не делать. Не помню уже, когда такое в последний раз было. Только вот сейчас я точно не мог себе этого позволить. Всё разом навалилось, куча проблем, дохренища дел, и всё это приправлено нехваткой денег. Весь свой заработок я спускал на ремонт и организационные моменты для своей кофейни, а ведь у меня ещё был долг перед Васьком, который я обещал ему закрыть через пару недель.
Кстати говоря, как там он? Надо бы на днях позвонить ему и узнать как у него дела?
Выйдя на улицу и взглянув ещё раз на свою вывеску — «Фирсово счастье», мне слегка полегчало на душе, и я улыбнулся.
— Ещё немного… совсем чу чуть осталось и я начну обслуживать своих первых клиентов. — Проговорил я еле слышно. От осознания этого по моему телу побежали мурашки. Но мне было не страшно, а скорее волнительно. Какая же это всё-таки ответственность… и всё зависит только от меня.
Кстати, я договорился с Андреем Семеновичем, что как-нибудь зайду к нему в заведение на полдня или даже, может быть, на целый день, если выкрою время. Во-первых, мне просто объяснят все азы и самые главные моменты по управлению своей кофейней. А во-вторых я и сам понаблюдаю за одним из самых опытнейших барист в нашем городе. Думаю, подобный опыт мне будет очень полезен. Плюс я хотел попробовать под его контролем заварить несколько чашек кофе. Хотя я уже знал и умел, как это делается, но лишний взгляд со стороны точно не помешает.
 
В общем я стоял на улице и умилялся собственной кофейней и только одна деталь всё портила. Причем настолько что улыбка спала с моего лица, а уголки рта опустились вниз.
На крыше моего заведения, каким-то образом оказалась утка… Утка мать его!
— Ты чего там забыла⁈
Я собирался подобрать какой-нибудь камень, чтобы прогнать её, но в этот момент ко мне неожиданно подошел человек о спины и внезапно заговорил.
От неожиданности, казалось, моё сердце пропустило удар, но внешне я не проявил свой испуг.
— Доброго времени суток. — С легкой улыбкой на лице проговорил парень в строгом черном костюме, до блеска отполированных ботинках и с бабочкой на воротнике рубашки. — Позвольте представиться. Меня зовут Кирилл Евгеньевич. — Он немного склонил голову, буквально просто кивнув, и уставился на меня в ожидании ответа.
Я тут же оценил его внешний вид, но мой взгляд просто не мог не зацепиться за значок его герба на отвороте пиджака. Знатный род. Знакомый род…
Я не смог сдержать ухмылку на своем лице…
«Вешкин значит? Удивительно, и что же он здесь забыл? Неужели его отец для чего-то отправил?»
Тут же принялся анализировать я, но заметил, приподнятую в недоумении бровь аристократа. Он открыл было рот, для того, чтобы снова заговорить, но я опередил.
— Фирс Михайлович — представился я, как того требовал этикет.
— Приятно познакомиться. — Более широко улыбнулся он. — Искренне рад наконец-то встретиться с вами.
Да? Интересно даже, что же Вешкин старший тебе наговорил про меня.
— Взаимно — натянул я ответную улыбку на лицо. — Но… чем обязан?
— Я столько интересного про вас слышал. М-м-м… — задумчиво протянул он. — Знаете, вы как тот неуловимый Джо.
— Какой ещё Джо?
— Которого никто не мог найти. Знаете почему?
— Нет.
— Потому, что его никто не ловил, а он никогда не скрывался, — хохотнул Вешкин и добавил: — Ну, еще есть факт, что он просто никому не сдался.
— Не совсем понимаю, к чему вы это говорите… И что же вы слышали?
— Близкий друг Алисы Орловой, а ещё… кое-кто более близкий для Кэтрин Шолоховой. Удивительно, как вы успеваете везде. Но знаете в чем тут проблемка?
— Нет. — Просто и коротко ответил я. Но честно говоря его разговоры не могли не напрячь меня.
— В ревности. Да-да. Именно в ней. Знаете, бывает, когда любовь усохла, как не политый цветок, но корневище цело и желает возрождения… — Он снова сделал театральную паузу и не дожидаясь моего ответа продолжил. — А вы не просто полили корневище, прийдя с Кэтрин на представление. Вы еще и навоза туда подкинули… — слегка наклонившись, добавил Вешкин. — Но вы не подумайте, я не склочник и не желаю вам плохого… Я лишь сторонний наблюдатель.
— Скучно живется вам… — прокомментировал я. — Но я до сих пор не понимаю, зачем вы пришли и что вам от меня нужно?
— Вы правы… Скука. Скука — это вечный спутник не обделенных разумом людей, — кивнул он. — Ярких событий и новостей в нашем захолустье так мало, что приходится… их создавать.
Тут у меня наконец начало складываться понимание того, зачем он пришел. Он пришел развлечься.
— Вы… зачем вы в это лезете? — спросил я. — Вы собираетесь разрушить… мои отношения с Кэтрин?
— Я? Зачем? — фыркнул Вешкин. — Мне нет дела, ни до чужой похоти, ни до чужого влюбленного сердца. Однако… Кое-кому есть.
— Это кому же?
— Соколов Игорь Геннадиевич. Порядочный, умный, обеспеченный, но при этом жутко ревнивый, с замашками собственника в отношении всего и всех, молодой человек, которому… Есть дело до ваших отношений.
Тут-то до меня и начало доходить, куда меня втянула Кэтрин. Если этот Соколов, окажется редкостным говнюком, он принесет много проблем. Очень много проблем. И самое главное, я с ним ничего сделать не могу.