Как нагадать жениха и проблемы (СИ)

Ну, сейчас я покажу тебе, страшная одинокая женщина…
– Ох, она будет гораздо старше вас… Внешность смотрим?
– Разумеется, – в его голосе слышались задорные нотки. – Как же я по-другому свою судьбу найду?
– Так-так… – я выложила в ряд сразу десять бессмысленных карт и принялась их «расшифровывать», умоляя себя не рассмеяться. – Блондинка. Фигура у нее будет пышная. Очень, я бы сказала. В раза четыре больше моей. Глаза немного раскосые, один – зелёный, второй – голубой. Нос с горбинкой, тонкие губы и усики…
– Усики?
– Да. Маленькие над губой. А может и большие. Кто знает. Карты ведь лишь общее описание дать могут.
– А еще какие у нее отличительные черты?
– Бородавка на носу.
– Вы описали мою мечту, Агата. Жаль только, что она блондинка, – заявил Нэйтан, и я посмотрела на него с изумлением.
– Вас что, смущает только цвет волос?
– Разумеется. В остальном – мечта. Мне нравятся необычные женщины.
Я смотрела в его насмешливые глаза, совсем не удовлетворенная его реакцией. А когда его губы тронула широкая улыбка, я не выдержала и тоже усмехнулась.
– Не поверили?
– Ни на миг. Я знаю, как на самом деле выглядит моя невеста, – его заинтересованный взгляд скользнул по моему лицу. – Она шатенка. У нее вздернутый носик, лишенный всяких бородавок. Красивые губы, над которыми нет никаких усиков. Огромные зелёные глаза и очень соблазнительная фигурка.
Моя улыбка медленно сползла с лица. Этот подлец описывал меня.
– И как же ее зовут?
– Агата Ксавье. Но она почему-то представилась мне Агатой Грин, – этот наглец наслаждался моей растерянностью. – А ещё она написала обо мне мерзкую статейку в газете и испортила мою репутацию.
– Я… я… могу написать опровержение, – я поняла, что нет смысла юлить.
Нэйтан Лоури прекрасно все знает. И, вероятно, прогулка мимо моего дома была совсем не случайной.
– Люди верят плохим новостям, а не хорошим. Никто в ваше опровержение не поверит. Тем более, вы вроде как уволены?
– По вашей вине!
– Не по моей, а по своей… Эту статью писали вы, а не я.
– Я могу написать такое опровержение, что все поверят! – убеждала я, злясь на то, что весь мой план полетел коту под хвост. Знала бы, даже на порог этого типа не пустила!
– Меня не интересует опровержение, – в глазах Нэйта вспыхнуло недовольство. – Вы станете моей невестой, Агата Ксавье. И будете самоотверженно любить меня во всех публичных местах.
– Ни за что! – от переизбытка эмоций я вскочила на ноги.
Нэйтан последовал моему примеру. Как только мы оказались лицом к лицу, я поняла, что он выше меня на полголовы.
– Тогда вы не вернете свое рабочее место, и вас не возьмут ни в одну газету.
– Возьмут!
Он насмешливо выгнул свою бровь, и я прочитала в его глазах издевательское «ты действительно так думаешь?».
– Ты станешь моей фиктивной невестой и исправишь то, что натворила, Агата. А я верну тебе твою любимую работу и, ко всему прочему, помогу раздобыть настоящие сенсации, а не жалкие сплетни.
Дверь в комнату открылась, и на пороге с подносом в руках появилась Элиза.
– Вот ваш виски со льдом, Нэйтан, – объявила моя подруга.
Нэйтан шумно вздохнул и, ухмыльнувшись, заявил:
– Я просил его не для меня, а для сеньоры Ксавье.
  
Глава 3
 
Нэйт
Сам не понял, как это произошло. Но смеяться из-за этой ситуации хотелось в голос. Я держался. Изо всех сил. Даже когда Агата протянула своей подруге уже опустевший стакан и попросила принести ещё.
– Жажда замучила? – хотелось почему-то довести эту любительницу сенсаций до состояния дергающегося глаза.
Что я, в принципе, и планировал сделать в ближайшие три недели.
Ещё полчаса назад, возвращаясь из клуба, я и не думал о том, чтобы заглядывать «в гости» в такое время. Уж тем более к этой мастерице сенсаций.
Ее адрес и имя я узнал в редакции ещё в обед, а вот заявиться к ней подумывал только завтра днём. Чтобы понять, кто натравил на меня прессу. Или это было исключительно желанием Агаты Ксавье? А там бы я уже решал вопрос с ее работой.
  
Но «судьбоносный» ботинок, хорошенько «поцеловавший» меня в лоб, заставил мой мозг заработать в другую сторону. Когда я понял, по какому адресу нахожусь, чуть не расхохотался от этих превратностей судьбы. Статейкой не задела, ботинком добить решила? Что ж…
Кто из этих двух девиц и есть та самая журналистка, понять не составило труда. Имени «Агата» было предостаточно. Но когда эта хитрая лиса, зная, кто перед ней стоит, пригласила меня на гадание, я не смог отказать себе в удовольствии повеселиться.
Агата наворачивала круги по своей маленькой комнатке, кружась вокруг одинокой свечи, словно ведьма. Иногда останавливалась, от возмущения открывала свой милый ротик и… тут же закрывала. Тыкала в меня пальцем, беззвучно глотала воздух, и снова продолжала свои головокружительные обряды.
– Я смотрю, кто-то прямо на глазах учится сперва думать, а потом принимать решения, – объявил, рассматривая ее скучное зелёное платье с высоким воротом. – Что ж, мышка, сама впустила в свой дом кота, поэтому терпи. Судьба штука жестокая.
Агата Ксавье, конечно, была хороша. Красива. Я уверен, она отлично об этом знала и умело этим пользовалась. Вот только я видел много красивых женщин… А с таким знатным нравом встретился впервые. Это и заинтриговало.
– Договор! – вдруг выпалила Агата с выражением «сжечь мерзавца!» и ткнула в меня пальцем.
– Какой ещё договор? Разве ты должна меня бояться? – я все же рассмеялся. – Или ты сама не веришь в то, что написала в своей статье? Судя по ее содержимому, мы смело можем быть подружками.
– Очень «смешно», – буркнула она и бросилась к своему столу. – Обхохочешься просто.
– Хохотать я буду ближайшие три недели.
– Сколько?! – на меня уставились очаровательные глазки.
– Три-четыре недели. Через четыре дня Новый год, и это будет наш первый публичный выход. А дальше нам надо продержаться ещё пару недель, чтобы все поверили, что у нас все по-настоящему.
– У-у-у, – то ли обреченно, то ли волнительно взвыла Агата и бросилась писать свои договорные «мемуары».
Глядя на ее сосредоточенное личико, я улыбнулся ещё шире. Ей богу, будто не фиктивной невестой собирается стать, а душу мне свою продает.
Я подобрался к ее столу и тоже взял ручку и чистый лист. Ну, сейчас посмотрим, кто из нас лучше договор составит.
– Это зачем?
– Завещание писать буду, – ответил, смеясь, и развалился прямо на полу возле гадальных карт. – Вдруг ты решишь меня убить, и моя семья подерется за мой женский гардероб.
– Будете издеваться, сеньор Лоури, я откажусь. Лучше пойду работать посудомойкой, – фыркнула Агата.
– У меня в клубе хорошо платят, если что. Там рабочие руки всегда нужны, – не унимался я, выводя ровные буквы.
Потому что знал. Не откажется. Раз она решила пригласить меня в свой дом, да ещё и завуалированно попыталась сообщить, что «кто-то» очень сожалеет об этой статье, значит, мечтает вернуть любимую работу.
Агата злобно буркнула что-то себе под нос, а я пристально посмотрел на ее скрюченную над столом фигурку.
– Наряды мне вы покупать будете, или я сама должна выглядеть соответственно? – поинтересовалась она деловито.
Она что, действительно, там серьезными фразочками швыряется? Так строго подошла? Что ж… Моя душа, в отличие от чьей-то, требует веселья. Поэтому хитростью брать придется.
– Мои будешь носить, – объявил я, усмехаясь, и дописал в свой договор ещё один важный пункт.
Через десять минут мы стояли друг напротив друга, как на дуэли. В разных концах комнаты, держа в руках «бумажное оружие будущих пыток», а точнее договора.
– Читаем по очереди, – предложила Агата. – Каждый имеет право оспаривать пункты, до тех пор, пока мы не придем к взаимному соглашению.
– Тогда, как в самых розовых девичьих мечтах, мы состаримся вместе, Агата. В этой самой комнате, – добавил я, заведомо зная, что к полному соглашению нам вряд ли удастся прийти.