Роковой свидетель

– Стоило бы выяснить, почему Вики легла в кровать так рано, – сказал Питерсон. – У нее были гости?
– Она одета, – заметила Мосс, указывая на синие джинсы Вики, белые носки и пропитанный кровью свитер. Эрика снова повернулась к гостиной и кивнула.
– А что скажете насчет орудия убийства? – спросила она.
– Пока рано говорить конкретно, – сказал Айзек. – Длинное острое лезвие. Колотые раны нанесены хаотично, но уверенно и точно.
Эрика обвела глазами кухню. Там было чисто и аккуратно, но яркий свет показал рваный грязный линолеум и паутину на потолке. На стойке лежала на боку подставка для ножей.
– Здесь не хватает одного ножа, – заметила она.
– Оружие мы пока не нашли, – молвил Айзек.
Эрика, Мосс и Питерсон отступили назад, когда в маленькую гостиную вкатили металлические носилки, на которых лежал черный мешок. Два криминалиста аккуратно подняли тело Вики и положили на его блестящую поверхность, осторожно повернув на спину. Тело безвольно пошевелилось, волосы разметались, и Эрика наконец увидела ее лицо, аккуратное, как личико фарфоровой куклы, но быстро коченевшее и застывшее в жуткой предсмертной гримасе: оскаленный рот, широко распахнутые глаза.
– Я проведу вскрытие сегодня вечером, – проговорил Айзек, – и сообщу вам как можно скорее.
– Спасибо.
Эрика в последний раз обвела глазами квартиру и пропитанный кровью матрас. Затрещал пластик, застегнулась молния мешка, погребая тело Вики в блестящей черноте. До чего же хрупка наша жизнь, подумала Эрика. Что чувствовала Вики, в последний раз входя в эту квартиру? Счастлива ли она была? Печальна? Испугана? Могла ли она знать, что уедет отсюда в черном паталогоанатомическом мешке?
 
6
 
Эрика, Мосс и Питерсон вслед за носилками прошли по короткой подъездной дорожке к черному фургону-катафалку, припаркованному рядом с белым фургоном подкрепления. Сняли комбинезоны, сложили в пластиковые пакеты для судебно-медицинской экспертизы.
– Можешь организовать поиск орудия убийства? – обратилась Эрика к Питерсону.
– Да. Я соберу команду, чтобы проверить все сады поблизости, – и он направился к фургону подкрепления.
– А ты, – Эрика повернулась к Мосс, – можешь пойти со мной, чтобы поговорить с Тесс? Нам надо убедиться, что она будет на месте, пока это, – она указала на катафалк, – не уедет отсюда.
– Не вопрос, – согласилась Мосс. Двое молодых полицейских, которых Эрика попросила допросить соседей, вышли из здания ей навстречу.
– Мэм, похоже, сегодня тут только один сосед, – сказал тот, что повыше.
– Хорошо. Как вас зовут? – спросила она.
– Констебль Робби Грант, – назвал себя тот, что повыше, с очень гладким и очень бледным лицом.
– Констебль Амир Абиди, – представился второй, темнокожий, такой же юный и симпатичный. Когда он кивнул и улыбнулся, из-под воротника его рубашки стал виден край татуировки. – В многоквартирном доме три этажа, – он показал на вход в здание. – По три квартиры на каждом. В первой квартире Вики Кларке, во второй Чарльз Уэйкфилд, в третьей две сестры, София и Мария Ивановы, обе врачи-стажеры, но сейчас там никого нет.
– Ивановы? – удивилась Эрика.
– Они из Болгарии. На втором этаже наверху живет пожилая дама, миссис Уэнтворт. Она живет одна в четвертой квартире, прямо над Вики. Говорит, что сегодня вечером ничего не видела и не слышала, в восемь легла спать.
– Она очень плохо слышит и немного не в себе. Нам пришлось как следует поколотить ей в дверь, прежде чем она нам открыла, – добавил Робби.
– Она сказала нам, что квартира номер пять, та, что над Чарльзом Уэйкфилдом, пустует, а в квартире номер шесть, напротив, живет бизнесмен по имени Рэй Фонтейн. Он большую часть года в отъезде, работает в Китае, – доложил Амир.
– Хорошо. А что скажете насчет верхнего этажа? – поинтересовалась Эрика.
– Он весь – пентхаус, принадлежит Генриетте Болдерстоун, хозяйке всего дома. Там никто не открыл.
Эрика наблюдала, как криминалисты осторожно загружают тело Вики в фургон, чтобы отвезти в морг. Мосс и Питерсон стояли возле машины подкрепления, рядом застыла Тесс, не сводившая широко раскрытых глаз с тела сестры. Кто-то накинул ей на плечи одеяло.
  
– Молодцы, ребята, – похвалила Эрика Амира и Робби. – Если сможете перепроверить всю эту информацию, будет здорово.
Было около одиннадцати вечера, но дорогу перегородили полицейские машины, и во всех домах поблизости горел свет.
В фургоне подкрепления было тепло и тихо. В одном углу стоял столик, так что получилось что-то вроде зоны отдыха. Мосс скользнула в кабинку к Эрике, и теперь обе смотрели на Тесс, которая сидела напротив, сжимая в руке пластиковый стаканчик с чаем.
– Спасибо вам за терпение, – нарушила тишину Эрика. – Хотите еще чаю?
– Это уже третий стакан. Что вы делаете с моей… – Ее голос сорвался, она закрыла глаза, и по щекам покатились слезы. – Моей сестрой? – договорила она хриплым шепотом.
– У нас отличная команда криминалистов. Они сейчас работают в квартире. Наши офицеры говорят с соседями и осматривают территорию. Скоро мы все отправимся в участок и будем проводить уже более полноценное исследование. – Постаралась успокоить ее Эрика. – Вы не против ответить на пару вопросов? Я понимаю ваше состояние, но, как мы выяснили, впоследствии люди могут забыть важные подробности. – Мосс взяла коробку салфеток и протянула ее Тесс. Та взяла одну, вытерла глаза, кивнула. – Сегодня вечером, проходя мимо этого дома, я услышала ваш крик. Сколько времени вы находились в квартире сестры, прежде чем обнаружили ее тело?
– Сразу же, как только приехала. Повернула ключ в замке, открыла дверь, включила свет и… – Она сглотнула, распахнула глаза еще шире. – Увидела ее, лежащую там, и закричала. Я не кричала так уже… Не знаю, кричала ли вообще когда-нибудь.
Эрика сочувственно кивнула.
– Услышав ваш крик, я посмотрела на часы. Было где-то восемь пятнадцать.
– Да. Я вышла из дома около восьми. Я живу за углом.
– По дороге вы не встретили кого-нибудь из соседей или знакомых?
– Нет.
– Входная дверь была взломана?
– Нет. Я открыла ее своим ключом.
– Вики не говорила, что боится за свою безопасность или что-нибудь в этом роде?
– Что? Нет… Нет. – Тесс покачала головой.
– Насколько хорошо она знает своих соседей по дому?
– Они все – пожилые люди. По возрасту к Вики ближе всех девушки, которые живут напротив. Сестры из Болгарии. Вики с ними не особенно общается, но это тут единственная молодежь.
– Мария и София Ивановы?
– Да. Они обе работают в больнице посменно, а Вики много времени проводит дома, поэтому ей часто приносят посылки для них. Мать присылает им вещи из Болгарии. Так Вики с ними и познакомилась.
– Что вы можете рассказать нам о Чарльзе Уэйкфилде, который живет по соседству? – спросила Эрика. Тесс подняла на нее глаза. Повисла тишина, и Эрика задумалась, слышала ли Тесс шум снаружи, когда его арестовали.
– Он странный человек. Вики несколько раз говорила мне, что он подслушивал у нее под дверью.
– А она не говорила, что он делает что-нибудь, что могло бы угрожать ее безопасности? – Эрика старалась не говорить слишком прямо. Тесс опустила глаза и задумалась.
– Нет… – промолвила она наконец. – Нет. Она просто сказала, что он немного странный. Жуткий.
– Что вы о нем знаете?
– Не так много. Он живет один… – Тесс прищурилась. – Думаете, это сделал он?
– На данном этапе все под подозрением, – сказала Эрика. – У Вики был молодой человек?
Тот факт, что о ее сестре говорят в прошедшем времени, по всей видимости, задел Тесс, и она не сразу ответила.
– Да. Шон. Шон Макавити. Они то сходились, то расходились еще с тех пор, как окончили колледж шесть лет назад. Он живет в Форест-Хилле.
Эрика помялась, размышляя, стоит ли задавать следующий вопрос, учитывая, каким жестоким было убийство и в каком состоянии Тесс, но все же решилась: