Ты моя, девочка! (СИ)
— Жень, ты беременна? Серьёзно? Это же прекрасно! Так чего расстраиваться-то? Да нафиг они тебе сдались?
Да… Марин… Это прекрасно, но только для меня.
— Да, беременна. Пять недель. Но… — сглатываю ком в горле и вытираю слёзы с лица. Встаю со стула, нервно поправляю одежду. — Он не хочет. Даже не верит, что это его ребёнок. Он…"Или я, или малыш" — сказал он мне, Марин. Между нами всё кончено.
— Пиздец! Жесть! Да какие же они придурки, блин! И Алекс и Миша!
— Как ты увидела их, Марин? — не хочу говорить про Алекса, — То есть, где увидела?
— Да я же собиралась сегодня в больницу. На УЗИ. Выхожу из такси и вижу их. В обнимку посреди дороги. Я прям окаменела, Жень. — вытирает слёзы с моего лица и целует в лоб. — Они меня не заметили. Забудь про них. Это и к лучшему. А твой Гордеев… Он ещё пожалеет. Я уверена.
— Давай за работу. Я чуть позже за маминым анализом пойду. Прикроешь? — закрываю тему, про Алекса больше говорить не буду.
Подруга безусловно соглашается. Весь день не трогает меня и не спрашивает ни о чём. Словно избегает. И мне это на руку. Хочу тишины и спокойствия.
Часы проходят мучительно долго. Время будто остановилось. Считаю каждую минуту. К шести иду в больницу. Да и тут меня ждут неприятности.
— Что значит всё серьёзно? Насколько? — шумно сглатываю. Не отвожу глаз от врача, смотрю в упор.
— Я не стану вам врать. Да, всё очень серьёзно. В течение трёх дней, вашей матери нужна операция. Иначе… Исход будет фатальным. Но, для этого нужны большие деньги… Огромная сумма.
— Ка-какая сумма? Сколько? — трясусь от волнения. Такую новость я не ожидала. Надеялась на лучшее, но, увы… Жизнь часто несправедлива. А я — полная неудачница. Простая пешка, которую не жалко пожертвовать никому!
— Девятьсот тысяч на операцию, — ошарашивает меня врач. Прикрываю глаза и раз за разом сглатываю ком, стоящий поперёк горла. Становится трудно дышать. — И… Примерно пятьсот- шестьсот на реабилитацию. Тысяч, конечно.
Я упираюсь спиной в стену и пытаюсь прийти в себя. У меня в жизни таких денег не было, и откуда найду — понятия не имею. Еле стою на ногах, а в глазах темнеет.
Попрощавшись с врачом, иду обратно в ресторан. У меня нет шанса, кроме, как продать квартиру. И то, полтора миллиона не стоит. Но эти деньги я должна найти. Обязана! Любым путём. Любой ценой.
— Марин, где Андрей? — буквально вбегаю в помещение. — Срочно нужен.
— Я здесь, — раздаётся голос друга. — Что случилось?
— Андрюш, — не сдерживаю слёз, — Нужно срочно продать мою квартиру. У тебя же есть друг риэлтор? Попроси, пожалуйста, его.
— Жень, это не проблема. Но сначала скажи в чём дело. И… Перед новым годом, я не знаю, будут ли нормальную цену давать или нет.
— Маме операция нужна. У меня два дня. Даже не два, а один. Завтра я должна найти хотя бы миллион. — голос срывается, дрожит.
Я словно попала в ловушку. Моя квартира столько не стоит. Завтра пойду в банк. Возьму кредит. Но и там мне больше трёхсот штук не дадут.
Безвыходная ситуация. Тупик.
Мамино жильё продать не смогу. Да и как мне ей объяснить? Она никогда в жизни не согласится!
Хочу пойти домой и выспаться. Но с этими проблемами, мыслями о маме, я вряд ли усну. Да и шеф не разрешит рано выйти. Сегодня он словно с цепи сорвался. Орёт на всех, явно нет настроения. В принципе, как и у меня…
— Пожалуйста, можно я пойду сегодня домой пораньше? У меня мама больна. Завтра в больницу отвезу её, — то ли оправдываюсь, то ли отчитываюсь, но умоляюще смотрю на начальника, в надежде, что он всё-таки разрешит мне уйти раньше. Но он даже не слушает меня. Страх потерял, или же Алекс приказал, дабы меня рано не выпускали. Да. В данный момент я жду от него всё!
— Я сказал нет! — стальным тоном кричит, от чего вздрагиваю. Проходящий мимо парень поворачивается и странно пялится на нас.
— Что здесь происходит? — мягкий женский голос доносится позади шефа.
Я узнаю эту девушку — хозяйка этого заведения и жена успешного бизнесмена Артёма Гордина. Безумно красивая и милая. Несмотря на то, что мы ровесницы, она уже родила троих детей. Не всем везёт, как ей. Она любима и желанна…
— Вера Сергеевна, — шеф растерянно смотрит на гостью, — Вы что-то хотели?
— Я спросила, что здесь происходит? — недовольно смотрит на мужчину, — Вы сказали, у вас больна мать? — обращается ко мне.
— Да. Я хотела уйти немного раньше, — говорю я, слегка улыбаясь.
— Вы можете идти. Мать — святое. Её надо беречь, — говорит мне, затем поворачивается в сторону шефа, — А вы… Чтобы больше такого не повторялось! Не нужно быть таким жестоким. Не забывайте про принцип бумеранга! — приказывает девушка и маленькими шагами идёт к выходу. Неужели такие понятливые люди ещё есть?
Шеф ворчит, но я не обращаю на него внимания. Спешу домой. Да. Такси меня больше не ждёт возле ресторана. Я поеду на автобусе. Так привыкла к роскоши, что, даже вспоминая, как пахнет в автобусах, тошно становится. Но другого выхода нет. Деньги нужны как воздух.
Доезжаю до мамы и нажимаю на кнопку звонка. Она открывает дверь, но словно не рада моему приезду. Бросая на меня хмурый взгляд, идёт в гостиную. А я за ней. Смогу ли я пережить ещё один шок за сегодняшний день?
— Миша?!
Меня охватывает паника. Что здесь делает этот подлец?! Сидит и пьёт чай со сладостями. Что он наговорил мамочке? Господи… Она бледная, как полотно. Смотрю на бывшего мужа и прям расцарапать хочется его самодовольную ухмыльку. Как я жила с ним в одном доме и спала в одной кровати?
— Почему ты мне не сказала? — начинает разговор мать.
— Ч-что не сказала? — испуганно говорю я, не отрывая угрожающего взгляда от мужчины, которого готова буквально задушить.
— Что ты развелась с ним и его из дома выгнала. Что дома не появляешься. — холодным тоном бросает мама. Неужели она поверила этому лжецу? Предателю? А как же я? Да неужели я в этой жизни не достойна доверия? Любви. Уважения в конце концов?!
— Что… Что? — удивлённо распахиваю глаза, не верю своим ушам. — Мам, ты чего? Ты веришь его словам?
— Жень, ну сделал я глупость. С кем не бывает? Ну, прости ты меня, дурака. Я же смог бы всё исправить,
а ты сразу на развод подала. Ты… Нашла себе другого?
О, Боже. Мама разочарованно смотрит на меня, а глаза её наполняются влагой. Ей нехорошо. А самое ужасное — она верит каждому его слову. Мне обидно. Очень обидно. Но сейчас нужно успокоить маму. Оправдаться. Отрицать всю чушь, что несёт этот говнюк.
Спокойно Женя. Спокойно. Вдох. Выдох. Думай о женщине, которая тебя родила и воспитала. Не обращай внимания на него.
— Мам, это ложь. Клянусь. — делаю шаг к ней, но голос подонка заставляет остановиться.
— Что ложь, а, Жень? — усмехаясь произносит он. — Пойдём домой и снова будем мирной семьёй. Забудем прошлое, а?
Нет. Это явно сон. Кошмар какой-то. Да что с ним не так? Он пьян что-ли?
— Да заткнись ты, ублюдок! Что ты несёшь? — выкрикиваю я и готова кинуться на него и расцарапать его морду.
— Прекрати! — тихий голос мамы разрывает сердце. Всего секунда, и тело матери на глазах падает на пол тряпичной куклой.
— Мама! — кричу, бросаясь к ней, — Мама?! Мам?! Открой глаза… Мама?!
— Что с ней? — Миша спускается рядом на корточки, и взволнованно смотрит. Бесит! Как же он меня бесит!
— У неё сердце больное, сволочь! Скорую вызови! Тёту Аллу позови! Да сделай же ты что-нибудь в конце концов! — очередной крик вырывается с моего горла.
Я его ненавижу. Господи, почему у меня ничего не складывается в жизни?
— Мамочка… родная… очнись… — тихо шепчу я, вытирая слёзы, текущие ручьём по щекам. Кладу голову на её грудь, чтобы стук сердца услышать. Но нет. Не бьётся её сердце. Боже… Я готова на всё, лишь бы с мамой всё хорошо было… Лишь бы она дышала. Жила.
— Что случилось? — тётя Алла буквально вбегает в гостиную и округляет глаза, увидев на полу лежащее тело мамы. — Скорую вызвали? Как она так?