Найди меня

Они над ним смеялись.
— Я сказал, что, может быть, раскрою его. И я вовсе не хочу быть детективом. Я хочу, чтобы вы были детективом.
— Моя ставка полторы сотни долларов в час, плюс расходы. Как тебе?
— Я ищу такого, кто займется моим делом pro bono [10]. — Он видел такое в кино.
Мужчина засмеялся.
— Ты же хотел нанять стажера, — сказала секретарша.
  
Они все еще смеялись над ним.
— Тебе сколько лет, мальчик?
— Одиннадцать.
— Это больше похоже на детский сад. У меня никогда не было такого юного помощника, скажу тебе честно. Правда, Мирна?
— Нет. Никогда.
Детектив показал на конверт под мышкой Дэниела.
— Давай посмотрим, что у тебя там.
Дэниел вытащил все газетные вырезки и свалил их на стол. Мирна показала ему на массивный деревянный стул. Он уселся. Посидев немного, он отыскал в заднем кармане джинсов фото матери, которое сделал в тот вечер, и положил поверх вырезок. Из другого кармана он извлек лоскут красной ткани с розовыми цветами.
— Я думаю, что мою маму похитил Убийца Внутренней Империи, и хочу, чтобы вы ее нашли.
  
ГЛАВА 27
 
Ночь после шокирующего откровения Дэниела о его матери Рени провела в своем грузовике. Она могла бы поехать к матери, но с этим было связано слишком много всего. Дом. Осада журналистов. Мамина потребность опекать ее. Рени могла бы уехать из Сан-Бернардино в пустыню, но ее дом был в часе езды, а она слишком устала. Она, наверное, могла бы переночевать у Дэниела, если бы упомянула об этом, но не любила просить об одолжениях. Можно было найти гостиницу поблизости, но она была вымотана и не при деньгах, и любое из этих действий казалось тяжелее, чем просто ничего не делать. Поэтому она закончила тем, что купила еды и туалетных принадлежностей на заправке и остановилась на парковке у магазина, чтобы переночевать в машине.
Все оказалось не так уж плохо. Ее пикап был старый, с широким плоским сиденьем-диваном. Согнув колени, со скатанной курткой под головой, она забылась на несколько часов беспокойным сном, хотя его то и дело прерывали птичьи крики. Интересно: жизнь в городе меняет биологические часы птиц. Городские спят меньше, чем дикие.
В перерывах между сном она доставала телефон и искала информацию о матери Дэниела. Нашлось совсем немного из-за отсутствия интереса прессы и давности события. Когда рассвело, Рени поехала в ближайшую библиотеку, дождалась открытия и начала поиск в архиве, заряжая пластиковые катушки в проектор для микрофильмов. Все равно информации очень мало. Статья об исчезновении Элис Варгас. Мутная копия снимка, который показал ей Дэниел, вместе с другим, сделанным примерно в то же время, где Дэниел стоит перед матерью, а ее руки лежат на его плечах.
«Как мне это платье?»
На фото они оба казались счастливыми. Дэниел, с его глубокими темными глазами, казался старше своих лет. Дело, похоже, расследовали не слишком активно. Типичная ситуация, когда исчезает человек, особенно одинокая взрослая женщина. Соседи некоторое время помогали искать Элис, а потом пожитки выставили на аукцион, съемный дом сдали другим жильцам, а Дэниела передали в опеку.
Рени набросала четвертаков в машину, и принтер выплюнул копии статей и портрет Элис Варгас. Если Рени причастна к ее исчезновению в ту ночь, может, хоть фото в конце концов разбудит память.
В библиотеке она успела воспользоваться туалетом, где почистила зубы щеткой и пастой, купленными на заправке. Осмотрев себя в зеркале, отметила круги под глазами и несколько морщинок, которых, она готова была поклясться, еще неделю назад не было. А мама, пожалуй, была права насчет ее волос. Она выглядела так, словно ей наплевать на себя. Тем не менее она приложила все усилия, чтобы не выглядеть так, будто провела ночь в машине. Пальцами она причесала волосы и снова заплела их в косу, вымыла лицо и вытерлась коричневым бумажным полотенцем, грубым, как магазинный пакет.
Снаружи небо было темно-синим, а утренний воздух по-калифорнийски свежим. При его прикосновении она почувствовала, что кожа высохла и загрубела после двух ночей недосыпания. А еще оно послужило напоминанием выпить воды, купленной на заправке. Калифорния незаметно высасывает соки из человека.
Несмотря ни на что, утренняя прохлада позволяла не думать о грядущих переменах. Через пару часов мир уже не будет прежним. Этот день принесет перемены.
Было еще рано, от Дэниела никаких вестей, и она отыскала кафе в стиле ретро, напоминающем о шестидесятых, который последнее время стал популярным в здешних местах. Винтажный знак снаружи не обманул — внутри ждали бирюзовые кабинки с мягкими диванчиками, светильники в виде золотых звездочек, свисающие с потолка. Прямо-таки декаданс — сидеть тут ранним утром. Здоровое меню, однако, шло вразрез со стилем. Ничего жирного и вредного, только органическое, от местных поставщиков. Даже у кофе, когда его подали, был привкус здоровья.
Здоровье.
Вот уж что ее сейчас не волновало.
Попивая свежевыжатый апельсиновый сок с теплым ломтем хлеба с бананом и авокадо, она листала распечатанные в библиотеке статьи, отмечая совпадения и расхождения, которые могли указывать на ошибки.
Фото Дэниела с матерью, запах кофе и завтрака, видимо, разбудили какие-то клетки мозга. Спящий нейрон проснулся и сработал. Ускользающее воспоминание медленно возвращалось…
— Как мне это платье? — спрашивает мама. Рени с отцом завтракают, и она еще так мала, что болтает ногами, не доставая до пола.
— Красивое, — говорит Рени с ложкой хлопьев во рту.
Отец бледнеет.
— Сними это.
— Почему? — Мама Рени кружится перед холодильником, затем становится в позу журнальной модели, закинув голову и положив руку на бедро.
— Где ты это взяла? — спрашивает он.
— Нашла в твоем кабинете. Подумала, может быть, ты оставил его там для меня.
— Сними немедленно!
— Ты бываешь таким занудой.
Сидя за столиком кафе, Рени старается удержать воспоминание. Она заново проигрывает его в уме. Это вправду случилось? Неужели отец оставил в доме платье жертвы? Может, именно поэтому потом, когда его арестовали, никаких трофеев не нашли? Может, после случая с платьем он стал осторожнее. Бессмыслица какая-то. Ведь платье обнаружили вместе с телом.
Из задумчивости ее вывела эсэмэска от Дэниела. «Иду к коронеру на вскрытие тела из пустыни». Она недоверчиво смотрела на экран телефона, вспоминая, как твердо он отказал ей в просьбе присутствовать при вскрытии тела отца.
Она ответила: «Нет».
Он ответил вопросительным знаком.
«Подождите меня. Буду через несколько минут». В качестве пояснения она добавила: «Вам нельзя — это может быть ваша мать».
Она оставила чаевые и затолкала копии в сумку. Она уже открыла было дверь, но вернулась, завернула остатки хлеба в салфетку и только потом зашагала к своему грузовику.
По дороге к коронеру она позвонила матери и спросила о платье.
— Да, я смутно помню то утро, как твой отец разозлился.
Вспомнив о буйном характере деда, Рени спросила:
— Он когда-нибудь бил тебя?
— Твой отец? Нет! Никогда! А почему ты спрашиваешь о платье? — В ее голосе звучала тревога.
— Не говори Морису, это пока закрытая информация.
Морис иногда бывал сплетником.
— Мы, видимо, нашли платье, которое было на тебе в кухне в тот день. Оно было похоронено вместе с телом, о котором ты скоро услышишь.
Мать охнула.
— Значит, я могла надеть платье одной из жертв Бена? Это просто ужас. А нам-то казалось, что чудовищнее уже некуда…
    
ГЛАВА 28
 
Если найти слово «мумия» в словаре, первая статья будет о египетской процедуре мумификации. Могут даже приводиться подробности об извлечении органов, использовании кедрового масла и пчелиного воска, канифоли, пряностей и опилок и оборачивании тканью. Но слово «мумия» означает также тело, сохранившееся и высохшее естественным образом, как это, лежащее на столе из нержавеющей стали под яркими, не оставляющими теней лампами.