Вся Правда (ЛП)

Он вырывается, и я отступаю назад, когда он поворачивается лицом к бесконечным зданиям и их огням.
Его плечи горбятся от напряжения, и я не знаю, как улучшить ситуацию — не то чтобы я должна.
— И? — вместо этого я выдаю.
— Хорошо.
У меня вырывается вздох, когда я пытаюсь обуздать свои хаотические чувства. Если он оставит меня в покое, я смогу сосредоточиться на поисках Рейны.
Потом, когда я верну ей жизнь, я заплачу любую цену, которую Ашер потребует от меня.
— Но ты делаешь это не в одиночку, — продолжает он.
— Что?
Он оборачивается, выражение его лица менее взволнованное, чем раньше. Все напряжение покинуло его, сменившись расчетливой жилкой.
— Мы в этом вместе.
Мои брови хмурятся.
— Почему ты хочешь мне помочь?
Он достигает меня за две секунды и обхватывает рукой мою шею.
— Потому что ты принадлежишь мне, мой ужасный монстр.
  
Глава 11
 
Рейна
Мы остаемся на ночь в моей квартире после того, как Ашер отказался от моей миллионной попытки заставить его уйти. Он даже позвонил Иззи, сообщив, что я проведу ночь с друзьями.
Друзья. Пф, неважно.
Ашер, наверное, последний человек, которого можно было бы считать моим другом.
Я шпионю за ним, когда он моет посуду на кухне — без использования посудомоечной машины. Затем он кладет остатки макарон с сыром в кастрюлю и убирает ее в холодильник.
Серьезно, почему он продолжает делать для меня подобные вещи? Это только заставляет меня чувствовать себя еще более тревожно.
Я ухожу туда, где проснулась, и закрываю дверь. Она так похожа на мою комнату в доме Алекса, только в этом шкафу полно кожаных юбок и брюк, последних модных сумок и обуви.
Со вздохом я ложусь на кровать и смотрю в потолок. Мой телефон и сумка лежат на тумбочке. Ашер, должно быть, принес их, когда привёл меня сюда.
Я открываю Инстаграм, а затем набираю сообщение.
Рейна Эллис: Ты здесь?
Его ответ следует незамедлительно.
Cloud003: Для тебя, всегда.
На моих губах появляется улыбка. Я сейчас так нуждаюсь в друге, и не хочу беспокоить Наоми или Люси длинной историей так поздно.
Конечно, я могла бы позвонить Джейсу, но эта анонимность придает мне много смелости.
Рейна Эллис: Сегодня я стояла на краю крыши и угрожала покончить с собой. Я не хотела, ты же знаешь. Только хотела поторговаться за что-то другое, но пока стояла там, что-то продолжало тянуть меня. 
Cloud003: Ты поддалась этому? 
Вот что мне в нем нравится. Он не осуждает меня, когда я говорю о подобных вещах.
Рейна Эллис: Нет, иначе я бы не переписывалась с тобой прямо сейчас *смайлик с высунутым языком* 
Моя попытка пошутить проваливается.
Cloud003: Но ты думала об этом.
Рейна Эллис: Да, но в то же время нет. 
Cloud003: Как так? 
Рейна Эллис: Не могу этого объяснить. Со мной был кто-то еще, и, стоя там, я почувствовала странную свободу и рассказала ему то, что держала в секрете девять лет, то, чего больше никто не знает, то, что, я думаю, я бы никогда не сказала, если бы не стояла на краю. Есть что-то такое освобождающее в том, что тебе больше нечего терять.
У него уходит несколько секунд на ответ.
Cloud003: И какова была его реакция?
Я прикусываю нижнюю губу. Не хочу рассказывать ему об Ашере или о моей двойной личности, но в то же время хочу продолжить разговор с ним.
Он приносит мне спокойствие.
Рейна Эллис: Ему это не понравилось. 
Cloud003:Что ему не понравилось?
Рейна Эллис: Что я стола на краю и угрожала спрыгнуть.
И тут меня осенило.
Гибель Арианны. О Боже мой — Арианна умерла точно так же, и я просто повторила сцену перед ним.
В глубине души я думала, что ему будет все равно, но тот взгляд, который он бросил на меня, был полной противоположностью равнодушию.
 
Он был на грани самого себя.
Рейна Эллис: Черт. Думаю, что причинила ему боль. Что мне делать? 
Cloud003: Почему ты спрашиваешь меня? 
Cloud003: Мне не нравится, что ты говоришь о других парнях, моя шлюха. 
Я закатываю глаза.
Дверь с грохотом распахивается.
Я вздрагиваю, прижимая телефон к груди, как будто Ашер мог увидеть мою переписку с Джейсоном. Я имею в виду, это не измена. Мы друзья.
Так какого черта я прячу телефон?
Нет, я этого не скрываю.
Я просто не хочу, чтобы Ашер видел, что я писала о нем.
Он закрывает дверь, запирая нас обоих в комнате, и прислоняется к ней. Мягкий свет лампы отбрасывает тень на его потемневшие черты, делая их почти пугающими.
Вычеркните. Они пугают.
Хотя я чувствую себя легче теперь, когда он знает, что я не Рейна, Ашер все еще один из злодеев в моей истории, если не самый опасный.
Меня не тянет к другим злодеям. Я не сжимаю бедра, увидев их, как какая-нибудь влюбленная старшеклассница.
— Что... — мой голос звучит хрипло, и я прочищаю горло. — Что ты здесь делаешь?
Он не отвечает и вместо этого направляется ко мне. Его шаги медленные, размеренные и наполнены такой сексуальной энергией, что она разливается в воздухе и затягивается петлей вокруг шеи.
Я крепче прижимаю телефон к груди, словно он может спасти меня от захвата Ашера и телепортировать меня отсюда.
— Что ты делала?
Его вопрос рассеивается, как дым без огня, непроницаемый и удушающий.
— Ничего.
Мой голос звучит оборонительно и слишком громко, даже для собственных ушей.
— Да?
Внезапно он оказывается рядом со мной, и мне приходится поднять глаза, чтобы посмотреть на него.
Его тепло волнами разливается по моей коже, и я не могу отвести взгляд. Я ничего не могу сделать, кроме как пялиться как идиотка.
Когда я погружаюсь в его транс, он протягивает руку и выхватывает у меня телефон. Его брови хмурятся, когда он изучает экран, но нет никаких других признаков его настроения.
Я, наконец, вытряхиваю себя из ступора и выдергиваю телефон обратно.
Но уже слишком поздно. Должно быть, он видел ник или, что еще хуже, последние несколько строк моей переписки с Джейсоном.
Мои уши и лицо пылают от стыда. Неужели это должно быть так мучительно?
— Ты мне изменяешь, Рейна?
Его вопрос подобен пощечине. Моя щека горячая и покалывает там, где его воображаемая рука ударила меня.
— Н-нет.
Мои губы дрожат при этом слове.
Хотя я, возможно, и изменяла раньше, сейчас я этого не делаю и никогда больше не сделаю.
Какого черта я изменяла? Был ли это еще один способ оставаться отстраненной и не сближаться с Ашером? Потому что я знаю — уверена — я что-то испытывала к нему в прошлом.
Эти сильные чувства не возникли из ниоткуда. Они увеличивались на протяжении многих лет, и когда я наконец освободилась от амнезии, я просто выпустила их на волю.
Я позволил им поглотить меня заживо.
Он наклоняется так, что все его тело наклоняется ко мне.
— Почему я думаю, что ты изменяешь?
— Что тогда насчет тебя? — я прикрываю свое невежество, выпячивая подбородок. — Разве ты мне не изменял?
— Нет.
— Думаешь, я поверю в это?
— Мне все равно, во что ты веришь. У меня нет ни времени, ни энергии, чтобы сосредоточиться на ком-то другом.
Мое сердцебиение учащается, когда до меня доходят его слова. Он только что признался, что у него есть время и энергия только для того, чтобы сосредоточиться на мне.
Даже если это самый ужасный тип фокуса.
 
— Даже не в Англии? — бормочу я.
— Даже не в Англии.
Ну, черт. Как у него хватает силы заставлять мой пульс биться так сильно и быстро? Это проклятие?
Или, может, это что-то более сильное, что я отказываюсь признавать.