Атомный пирог (СИ)

— Погоди, — ответил Элвис. — Сейчас ещё одно, последнее упражнение.
Ладно, последнее — так последнее.
Он ушёл в дом и вернулся оттуда, неся клетку с кроликом. Положил её на ветку дерева.
— Подстрелишь?
Я опешила:
— Зачем это?
— Считай, ты на охоте.
— Но ведь я же не на ней… Я добывала этого кролика специально для тебя…
— Стало быть, я могу им распорядиться по своему усмотрению.
— Он девочка…
— Ты тоже.
— Он живой.
— Это просто еда! Ты каждый день съедаешь в сэндвичах куски таких, как он. А тут распереживалась!
— Ну… Я вроде как сроднилась уже с ним… Знаешь, чего мне стоило заполучить его?.. Зачем ты вообще мне велел привезти его, а?
— Для проверки.
— Для какой ещё проверки?
— Годишься ли ты для задания. Ава, война идёт. Наш враг ни перед чем не остановится. В эти дни решается судьба земного шара… а ты всё ещё боишься убить ничтожного кролика!
Я задумалась. Ну что ж. Всё справедливо. Кролик куплен на его деньги… Кролик это мех и мясо… И кролик не так важен, как благосклонное отношение Элвиса к моей персоне. В конце концов, этот белый ком волос вовсе не друг мне! У него даже имени нет. И как я сегодня намаялась из-за него!..
Я прицелилась в клетку и нажала на курок.
Выстрел. Визг. Звук удара об землю.
Клетка упала. Бело-красное тельце всё еще находилось внутри неё. Из-под клетки на траву что-то текло: что это было, я догадывалась, но разглядывать подробно и выяснять не стала.
Элвис сказал:
— Не так страшно. Ведь верно же?
— Да.
— А смогла бы ты вот так же убить Сталина?
Я малость растерялась:
— Ты о чём?
— О нашем секретном задании. Ты бы сумела избавить планету от этого полоумного?
Я немного помолчала.
— Ты серьёзно?!
— Серьёзнее некуда.
— Но он же… там… в Москве…
— Если это главная проблема для тебя, то можешь считать, что она уже решена. Пошли в дом. Я расскажу тебе подробности.
  
37. Я узнаю детали плана
 
Мы сели за стол.
— В общем, так, — сказал Элвис. — Через три недели в Москве будет проходить парад физкультурников. Знаешь, что это такое? Атлеты в трико с портретами главных коммунистов, странные фигуры из людей, мотоциклисты, стоящие на голове и везущие транспарант… И ещё там будет атомная бомба.
— Бомба?!
— Просто муляж. Понятия не имею, почему, но коммунисты очень любят, чтобы у них на парадах, кроме военной техники и огромных портретов Сталина, ехали макеты атомных бомб. Вот первого мая, к примеру, такая была.
— А, кажется, я видела… в газете… Вроде, круглая такая?..
Мне вдруг вспомнился тот невероятно далёкий день из прошлой жизни, когда мы с Джоном вернулись с концерта и беседовали с папой. Неужели с тех пор всего месяц прошёл?.. Если бы я тогда знала, что ожидает меня в ближайшее время, наверно, с ума бы сошла!
— Да, округлая. Так вот. На предприятии, где изготавливают эти макеты, нам удалось завербовать несколько человек. Они подготовили полую внутри бомбу с откидывающейся верхней частью… Ну, типа как шкатулка, понимаешь? Крышка открывается по нажатию педали внутри. Тому, кто будет в этой бомбе, надо будет лишь дождаться момента, кода она поедет мимо Сталина, стоящего на трибуне Мавзолея…
Элвис на секунду остановился и внимательно посмотрел на меня: вероятно, убедиться, что я врубаюсь. А потом он сказал:
— … открыть крышку и выстрелить.
Я немного помолчала, надеясь увидеть в его глазах признаки того, что всё сказанное это шутка. Не нашла их. Попыталась осознать, что происходит. А потом спросила очевидное:
— И это должна буду сделать я?
— Да, Ава.
На миг мне показалось, что я совершенно не знала того, с кем жила последние три дня. Элвис Пресли, который до сих пор казался мне исключительно источником удовольствий; весёлый паренёк, способный радовать бессмысленными песнями, нелепыми движениями, томным взором из-под девичьих ресниц; тот, кто создан для визга и для поцелуев, теперь звал меня на войну. Звал убить. Звал погибнуть. Звал, быть может, прославиться как героиня.
 
Впрочем, разве я не знала и раньше, что знакомство с лучшим-в-мире-исполнителем — это главное событие моей жизни? Разве не чувствовала, что за пустыми, по мнению взрослых, песенками про целовашки и обнимашки, кроется нечто великое, важное, ценное? Неужели я думала, что в момент, когда стране и всей планете грозит опасность, величайший из американцев отсидится в сторонке? Конечно же, нет! Жить как раньше больше невозможно. Если у меня не получится убить Сталина, то я, вероятно, погибну. Но если я не попытаюсь этого сделать, то погибну наверняка.
Так что я ответила:
— Понятно.
— Ты готова?
— Кто-то должен это сделать… — Я вздохнула. — Не знаю, почему именно я. Но кто-то должен же…
— Внутри бомбы мало места, — сказал Элвис. — Нужен кто-то маленького роста. То есть, девушка. У тебя есть все качества: воля, решимость и искренний патриотизм…
— Но, Элвис, я в него не попаду! Выбери какую-нибудь девочку из стрелкового клуба! Ты ведь знаешь, что я только что стреляла в первый раз. Думаешь, я сумею в него попасть на ходу, взволнованная, дезориентированная, только что вылезшая из коробки?.. Мне за три недели ни за что не научиться!
— Не волнуйся. У тебя будет оружие, с которым легко можно позволить себе промазать на пару футов!
— Огнемёт?
— Практически. Атомный пистолет. Он стреляет маленькими ядерными зарядами. Они разносят всё вокруг в радиусе пары десятков ярдов. Так что мы можем быть уверены, что место Сталина не займёт тут же кто-нибудь из его прихвостней: ты одним махом уничтожишь всё Политбюро. Так что можешь даже и не целиться!
— А как же я сама? Меня этот взрыв не убьёт?
— О, конечно же, нет, не волнуйся! У тебя будет пара секунд от выстрела до взрыва, чтобы спрятаться обратно в макет. Сам макет будет изготовлен из аполлония и свинца — от радиации они тебя защитят, а взрывная волна и так не достанет.
— А потом что?
— Потом будет паника. Я воспользуюсь ею и подлечу к твоей «бомбе» на вертолёте. Подцеплю тебя и унесу в безопасное место. До этого я буду наблюдать за парадом с высотного здания и подам тебе сигнал, когда ты будешь ехать мимо Мавзолея.
— Сигнал?
— Да. В муляже зажжется лампочка. Ты ведь сама не сможешь оттуда видеть, когда окажешься возле Сталина.
— А, — сказала я растерянно. — Ну да…
План был ясный как божий день и пугающий, словно ворота Ада.
— Вся эта тема с кроликом была для того, чтобы проверить меня, да? — тихо проговорила я. — Смогу ли я убить живое существо?
— Да.
— А перед этим? Ты специально сказал мне неправильный код! Хотел узнать, смогу ли я переступить через закон!
— В том числе. И как ты справишься со сложной ситуацией.
— Я справилась?
— Как видишь. В ином случае задание бы ты так и не узнала.
На секунду я почувствовала злость: да как он мог?! Я, что ему, игрушка?! Но злость тотчас сменилась гордостью: я прошла! Для того, чтобы спасти землю, супергерой выбрал именно меня! Моя жизнь больше не будет жалким прозябанием в пригороде с родителями, я больше не буду считаться неустроенной девушкой без жениха, и мне не придётся ломать голову над поисками работы! Если я и погибну — то с честью! Лучше быть растерзанной коммунистами на Красной площади, чем задохнуться в бункере с родоками или подохнуть от лучевой болезни!
Поддавшись неясному порыву, я бросилась к Элвису и обняла его. Он отстраняться не стал. Сказал только:
— Я тебя не принуждаю. Знай, ты можешь отказаться. Мы найдём другую девушку.
— Никаких других девушек! — тут же ответила я, словно речь шла не о ликвидации тирана, а о танцах.
Элвис мягко рассмеялся:
— Ты особенная. Как же я правильно сделал, что выбрал тебя.
Моё сердце забилось с удвоенной частотой!
— А когда мы… ну… когда Сталин исчезнет… И все заживут хорошо… Ты ведь будешь всё так же дружить со мной? Будешь, ведь правда?