Последняя капля (СИ)

— Вы пробовали призвать их к порядку?
— Каким, простите, образом⁈ Когда я говорю, они болтают, курят и занимаются своими делами. Им, что говори — что нет, одинаково фиолетово…
Теперь ещё и за «фиолетово» пояснить пришлось… вот, и дернул же меня черт за язык!
Кивнув, собеседник встаёт — и тотчас же в дверях появляется ещё один старый знакомый — Кресс.
Хм, а ведь никакого сигнала Енев не давал… и рук никуда не тянул… ни к какой кнопке — за нами постоянно смотрят? Значит — есть где-то камера, около которой сидит… ну, в данном случае, это один мой старый знакомый. Но, навряд ли, он там один… учтём и это!
Проходим по двору — в первый раз, кстати, раньше всё переходами топать приходилось. Что ж, кое-что полезное я и тут усмотреть успел.
Поворот, спускаемся вниз — вот и учебный класс.
На мой взгляд, оно больше напоминает столовую, каковой, скорее всего, ранее и являлось. Расставленные тут столы гораздо больше напоминают обеденные, нежели ученические парты. Ну, или студенческие… сейчас всё так смешалось…
Все мои, с позволения сказать, «курсанты» — уже тут. Стало быть, кто-то отдал соответствующий приказ и на эту тему тоже. То есть, кто-то тут умный есть… нас не только смотрят, но и слушают — причём, внимательно.
Мои конвоиры тактично оттянулись в сторонку и почти не отсвечивают. Видать, Кресс для них фигура крайне серьёзная.
— Так! — Енев останавливается около стола преподавателя. — Слушать всем! Переводить и растолковывать свои слова я не стану — и так поймёте…
Ого!
Он и таким может быть?
— Вы подписали контракт! И получили свои деньги! С этого момента — я ваш бог! Всем всё ясно⁈
Круто он, однако, завернул…
— Если тот человек, которому я поручил то или иное дело, вам что-то приказывает — вы должны всё делать немедленно! Сказали бежать — вы бежите. Лететь — летите! И — никаких вопросов! Всем всё понятно?
— Босс… — поднимается со своего места здоровенный смуглый мужик. — Зачем это всё? Мы и так всё умеем — для чего нам слушать этого…
И он кивает в мою сторону.
— Михаил, как вы оцениваете этого человека? — не поворачивая головы, спрашивает Енев.
— В каком качестве?
— Ну, он говорит, что всё умеет…
— Массивен, качок — это есть. Дыхалка слабая, курит. Соображает медленно, задумывается. Движения чуть заторможены — не знаю, почему… Как он стреляет, сказать не могу — не видел.
— Спарринг с вами он выдержит?
Оглядываю своего вероятного противника.
Да, массивен, но плечевой пояс у него развит лучше… железо тягал? А вот ноги — там уже не так всё очевидно…
— Какое-то время — да. Пять-шесть минут… потом, скорее всего, устанет — он не привык к длительным нагрузкам… Там я его и положу.
— Отлично! — босс делает жест. — Освободите место, столы сдвинуть к стенам!
— Прямо здесь? — скептически приподнял бровь здоровяк. — Но…
— Ты и в бою так будешь нос морщить? — внезапно подаёт голос Кресс.
Насколько минут — и импровизированный ринг подготовлен, народ весь раздался к стенам, освободив нам место.
Так… Драться, стало быть, будем? И гасить мне этого типа надобно сразу — времени на раскачку не будет. Не думаю, что какая угодно жестокость тут будет кем-либо осуждена, не похожа вся эта публика на рафинированных интеллигентов.
— Ну! — выкрик прозвучал резко — как выстрел!
Смуглый делает резкий прыжок… и проваливается в пустоту — меня на месте уже нет. А вот вдогонку по затылку ему прилетает очень даже ощутимо. Так что в кучу столов он влетает со всей дурью. И немалым своим весом…
Подскакиваю сзади и изо всех сил добавляю ему ногой по ребрам. Да, со спины… а вы чего ожидали?
Тут, знаете ли, не старинный джентльменский бокс!
В принципе, на этом спарринг можно было бы и завершить… но я вижу напряжённое выражение лица Енева…
…И плохо скрытую ненависть на лицах моих «курсантов».
Ах, так⁈
Здоровяк разворачивается — удар!
Это он мне в морду залепить старается. А вот это уже эмоции… удар не подготовлен, замах вообще никакой — просто со злости бьёт — лишь бы куда!
  
Соответственно, «лишь бы куда» и получилось — кулак просвистел мимо цели.
Которая, к тому же, внезапно… исчезла — это я вниз нырнул. А вот оттуда вылетел уже мой кулак… и клиент рухнул всем своим немалым весом на многострадальные столы. Полагаю, что три-четыре сломанных ребра (не считая всего прочего…) он точно заработал.
Поворачиваюсь спиной и, не торопясь, возвращаюсь к Еневу.
— А…
— Бой окончен. В лучшем случае, он сможет просто стоять на ногах через месяц. Но и то, с большим трудом. Как боец он не имеет больше никакой ценности — можете его отчислять.
— Ты его искалечил! — выскакивает из толпы ещё один «курсант». — Ты бил его в полную силу, как врага…
… Договорить он не успевает — трудно что-либо произнести разбитыми губами. Парень свернулся от боли на полу — я ведь добавил ему ещё и по рёбрам.
— Этого — тоже. Из них не получаться нормальные бойцы — они не умеют себя держать в руках. Про остальное я вообще молчу.
Кресс одобрительно кивает и из-за спины шефа показывает мне большой палец — оценил!
— Выбросить их за ворота! — в голосе Енева прорезались жёсткие командные нотки. — Собрать их вещи — и туда же! Никаких денег им не полагается — об этом позаботятся!
Полагаю, что эта парочка особо далеко не уйдёт… об этом, думаю, тоже есть кому «позаботиться»…
Телефонный разговор
— И как вы его оцениваете?
— Русский… Жесток, как и все они. Сентиментален — переживает за свою жену.
— Он будет на нас работать?
— Пока его жена в заложниках — будет.
— То есть, длительное его использование…
— Нецелесообразно, шеф. Он всегда будет изыскивать способ, чтобы ударить. Да, он спокоен — но это внешне. Не представляю, что там внутри — под маской нарочитого спокойствия, да и не хочу это знать. И потом… ведь есть уже разработанный план? Или что-то изменилось?
— Нет. Я кстати, посмотрел запись этой самой драки — он, действительно, был в это время спокоен! И это страшно! Как будто он сам написал сценарий данного боя — и просто следил за его исполнением. А как он ударил того, второго, парня… Словно ждал его выступления. По-моему, он даже успел прикинуть — кто именно проявит подобную горячность
— Он ему челюсть сломал.
— Не удивлён — бил он его с полного замаха, не сдерживался.
— Кресс считает его очень опасным противником! А его мнению в таких случаях я привык доверять.
— Что ж… тогда приобщите эту запись ко всем остальным. Это будет убедительным подтверждением остальных материалов. Хорошая, кстати, получилась картинка — русские совершенно не жалеют даже своих единомышленников! Как вы думаете — пойдёт?
— Отчего бы и нет? Вы очень точно нашли применение этим материалам!
Мне всё больше и больше кажется, что вся эта история является совсем не тем, что мне так настойчиво пытаются впарить. Начнём с того, что на занятия всем «курсантам» выдали… макеты оружия. И — только им! Мне не досталось даже и этого! Причём, на занятиях, нисколько этого не стесняясь, присутствовали и два моих конвоира. Правда, надо отдать им должное, вперёд не лезли, тихонечко у двери присели и затихли. И в объектив камеры заодно не попали…Прав я или нет, но у меня складывается нехилое такое убеждение, что всё это напоминает какую-то постановку, затеянную, кстати, весьма посредственным режиссером. Ибо нестыковки сценария не то, что видны — а прямо-таки в глаза лезут! Вы, голубчики что, так уж сильно хотите показать меня в качестве какого-то опереточного злодея? Каковой тренирует свою гвардию головорезов для каких-то неведомых (но, явно злодейских!) замыслов? Так у вас тут косяк на косяке!
Ибо эти, с позволения сказать, «головорезы», способны нагонять страх только на совсем уж затурканных обывателей. На среднеевропейских обывателей, наших такими сказочками не напугать. Думаю, что обычный срочник с калашом погонит их в пять минут — и очень далеко!