Последняя капля (СИ)

— То есть? — приподнял бровь хозяин кабинета. — Это были профессионалы?
— Да, и крайне высокой квалификации. Они практически не оставили никаких следов, а заодно устроили на базе ещё и пожар. Огонь, как мы полагаем, и уничтожил то немногое, что ещё можно было найти. Живых к нашему приезду там уже не осталось. Кто-то умер от ран, а остальные — я имею в виду курсантов — задохнулись в дыму пожара.
— Да и чёрт с ними! Такого добра отыщем ещё много. А вот эти нападавшие… Они действовали без поддержки изнутри?
А вот тут Енев несколько замялся…
— Нет… Полагаю, что таковая поддержка у них имелась. Это…
— Ваш начальник службы безопасности Юрай Кресс — говорите уж сразу!
— Но у нас нет прямых доказательств…
— Мы не в суде! — резко отпарировал собеседник. — И потом… как это — нет доказательств? А пистолет со следами его пальцев? Его же нашли на втором объекте, если я не ошибаюсь! Что, кстати, он вообще там делал в это утро⁈ А кто снял все деньги с его счетов? И когда всё это успели провернуть?
Димитр мысленно поперхнулся — шеф знает даже такие подробности? Но кто же успел ему доложить…
— Но… этого недостаточно… чтобы…
— Чтобы — что? Подать его в розыск, как свидетеля? Подали уже… и не только по официальным каналам! На его квартире, я имею в виду — официальной, мои парни разминулись с ним всего на несколько часов! Вы правы — он действительно профессионал высшей пробы! Впрочем, это уже не ваша забота… Где русский⁈
Енев ослабил узел галстука, дышать стало как-то… труднее, что ли…
— Пока его не нашли. Камера его пуста, тело среди погибших не обнаружено.
— Ну, если приходили за ним — то, разумеется, вы там никого и не найдёте. Что пропало с базы⁈
А вот это была крайне неприятная часть разговора…
— Часть оружия и боеприпасов. Деньги… наличные… несколько десятков тысяч евро и долларов.
— Что ещё⁈
— Все диски с серверов видеозаписи.
— Ну…
— Два ноутбука — Кресса… и мой…
— Со всеми записями в них… так⁈
— Да.
— Продолжайте… — хозяин кабинета сплёл пальцы рук и облокотился на них.
— Второй объект имеет признаки тщательного обыска, там не было пожара, и поэтому нам удалось обнаружить множество следов… отпечатки пальцев Кресса. А на дверном звонке в серверной имеется независимая память — в ней сохранилась его видеозапись. И есть время звонка — шесть часов пятьдесят пять минут. Прочие диски из серверной также утрачены. Вся охрана уничтожена — их было четверо. Оружие, судя по пулям и гильзам, соответствует похищенному из арсенала базы. Пистолет «Ругер-22», использовали его.
— Он, что — избавился и от него тоже?
— Нет, мы нашли там только «Глок-19», он закатился под ящик. Видимо, выбили в процессе борьбы. Застрелено было трое охранников, а четвёртому попросту свернули шею. Вот, тогда, скорее всего, Юрай оружие и потерял… — перевёл дыхание Енев. — И далее пользовался только «Ругером». В гараже отсутствует машина — «Мицубиси Паджеро», видимо он забрал и её тоже.
— Да? Он? Надо же… А на объект он как попал — пешком пришёл?
— С базы был угнан грузовой фургон, «Фольксваген». Мы полагаем, что на нём вывезли часть похищенного… и, вполне вероятно, что на нём же и подвезли Кресса ко второму объекту. Машина знакомая, она обычно привозила туда продовольствие, и у охраны не должно было возникнуть никаких вопросов.
— Всё?
— Да.
— Про жену этого русского и не спрашиваю — её, надо полагать, мы тоже более не увидим никогда…
Димитр потупился — сказать было нечего.
— Подведём итог! — хозяин кабинета пододвинул к себе лист бумаги и взял авторучку.
Енев облизал враз пересохшие губы.
— Операция «Лесной рассвет» провалена полностью, и руководство будет этим к р а й н е недовольно! Я даже не берусь предсказывать возможную реакцию…
На бумаге появилась ещё одна запись.
— В ваших рядах…
«Ага, уже в „ваших“… ну-ну…»
— … имелся предатель — ваш начальник службы безопасности. Не напомните мне — кто его к нам привёл?
«А вот это — удар ниже пояса…»
— О личности нападавших мы не имеем ни малейшего представления. Кто они, где их нашёл Кресс, и как было организовано нападение — мы, скорее всего, в ближайшее время не выясним. А спрашивать будут — и предельно внимательно! Он о ч е н ь обо многом знал! Представляете, с к о л ь к о нам предстоит теперь работы?
  
«Да уж…»
— Русский и его жена бесследно исчезли. Скорее всего, они теперь всплывут где-нибудь в Сибири… если вообще всплывут… Чёрт с ними, они не смогут о многом рассказать. И уж точно — ничего не докажут! Но в розыск их подать всё же необходимо!
— Задержать — и…
— Закопать где-нибудь. Отработанный материал… м н е они точно больше не нужны.
Полицейский инспектор переворачивает последнюю страницу, вдумчиво читает. Потом закрывает папку и озадаченно на меня смотрит.
— Ну… господин Афанасьев… я, как-то, даже и не могу сразу сформулировать свой вопрос… Что вы хотите от нас?
— Я? Помилуй, господи… А что я вообще тут могу х о т е т ь? Уж в данном-то случае… Мой долг — сообщить вам о произошедшем, а там уж дальше, пусть ваше ведомство предпринимает необходимые действия! Ладно, пусть похитили меня… но, моя жена-то тут вообще при чём? И где она⁈ Я, наконец, требую, чтобы её нашли!
— Ну… — инспектор пододвигает ко мне очень похожую папку, — тут мы можем вас несколько успокоить — ваша жена жива!
— И где же она⁈ Почему не пришла домой⁈
— А вы прочтите… там всё понятно будет…
Открываю папку, что у нас там…
Ага, аж полтораста километров отсюда… (молодец, Мария, правильно всё поняла!), и что это за контора такая…
— Это, господин инспектор, что за…
— Убежище для женщин, подвергшихся насилию.
— В смысле⁈ Её изнасиловали⁈
— Ну, такого заявления она не подавала, во всяком случае — сейчас. Её попросту выбросили из машины на окраине этого городка, вот, она и обратилась в самое подходящее (по её мнению) учреждение. Там есть круглосуточная полицейская охрана, внимательный персонал и медицинская помощь. И, да, в целом, она подтверждает ваши показания. Не волнуйтесь так, господин Афанасьев, ей там ничего не грозит! Кроме, разве что, повышенного внимания прессы… ну, тут мы бессильны…
Вытираю пот со лба, расстёгиваю ворот рубашки.
— Я должен её увидеть! Немедленно!
— Простите меня, но это невозможно. Её заявление принято полицией того города, проводится расследование по данному факту. И до принятия решения, выезжать оттуда она не может…
Великая сила полицейской бюрократии! Поистине, она не знает границ! Чтобы я без неё делал? Ведь никакого другого способа приставить к моей дражайшей половинке круглосуточную вооружённую охрану попросту не существовало. А тут — мало того, что сбежавшая от похитителей молодая женщина, так ещё и то самое «убежище для жертв насилия»! Я-то помню с какой помпой его совсем недавно открывали! Мол, сие есть неотъемлемая часть общеевропейских ценностей! Забота о преследуемых женщинах! Другой вопрос… что за полгода его существования, данное заведение, помимо корреспондентов всяческих газет, посетило всего пять-шесть человек… да и то, по незначительному поводу… А тут — такой подарок! Да её теперь пресса на руках носить будет! Молчу уж о руководстве данной сомнительной конторы… для него такой случай — попросту манна небесная!
— Ну… хорошо… А я её увидеть могу? Если туда приеду?
— Но и вашем случае есть некоторые ограничения… прошу понять меня правильно! Вы сделали очень серьёзное заявление, и мы, до окончания расследования, попросту не имеем права вас…
— Я арестован? За что?
— Нет, вы не арестованы! Что вы такое говорите? Но мы обязаны охранять ценного свидетеля! И, в связи с этим, к сожалению, вынуждены временно ограничить ваши передвижения…
Так…
Жить я могу по-прежнему, дома. Около которого, теперь должна постоянно дежурить полицейская машина.