Пепел и Тьма
Тишина стояла такая, что было слышно только хриплое дыхание Лоры и мой собственный стук сердца в ушах.
— Бес! Бес, что с тобой⁈ — Первым очнулся тот, что с порезанной щекой. Он подскочил к Бритоголовому, опустился на колени, и принялся трясти его за плечо. Потом повернулся к Верзиле и испуганно произнес, — Он не дышит!
Паника, настоящая, липкая, охватила обоих «змеев». Увидеть, как их вожак просто падает замертво без причины, было, похоже, для этих парней страшнее любой драки.
— В лечебницу его! Быстро! Там, за углом, госпиталь Корпорации! Может, еще откачают! — закричал Верзила.
Забыв о нас, о драке, о претензиях на рыночную территорию, эти двое подхватили обмякшее тело Бритоголового — одно мгновение назад грозного и смелого, теперь просто мешок с костями — и, спотыкаясь, потащили его прочь.
Рынок буквально еще мгновение оставался в оцепенении, а потом снова взорвался обычным шумом, как будто ничего и не произошло. Люди торопливо возобновили свои дела, торговцы засуетились у прилавков, стараясь сделать вид, что не видели ничего необычного. Они спешно отворачивали лица, избегая смотреть в нашу сторону.
Лора, все еще тяжело дышала. Она опиралась о стену, прижимая руку к горлу, но уже была не столь бледной. Я подбежал к ней.
— Ты как? В порядке?
Она посмотрела на меня долгим, странным взглядом. Ее светлые глаза, обычно полные огня, сейчас были широко раскрыты и в них, где-то на самой глубине, плескался страх.
— Нормально… — прохрипела девчонка. — Что это… что это было? Как он…
— Слушай… Не знаю. Но одно скажу точно. Нам нужно уходить.
Мы быстро подхватили несколько банок консервов и пару пачек питательных батончиков с прилавка, от которого уже отошел испуганный торговец, и рванули к выходу с рынка. Гвардия Порядка могла нагрянуть в любой момент. Уверен, их привлекли крики или слухи о случившемся. А слухи здесь, на Нижних улицах, распространяются быстрее ветра.
Мы максимально ускоренно ретировались, смешавшись с потоком людей, выходивших с рынка. Шустрого догнали на полпути к докам. Услышав топот за своей спиной, он побежал еще быстрее, решив, видимо, что его вот-вот схватят «змеи».
— Стой! — Крикнул я ему, а то у пацана от страха мог случиться разрыв сердца.
Мой голос тормознул его. Шустрый замер и обернулся назад, наблюдая, как мы с Лорой приближаемся.
— Что случилось⁈ Я… я к Гризли бежал, как ты сказал! Хотел позвать помощь. Боялся за вас. А вы уже тут… Убежали, да? Смогли?
— Практически. — Коротко ответила Лора. — Да не стой столбом. Идём.
Обратная дорога в доки оказалась гораздо короче, чем оттуда. Видимо, мы слишком сильно торопились. Шустрый, выслушав наш рассказ о случившемся, никак не мог успокоиться.
— Серьезно⁈ Он просто… просто упал? Но как это возможно! — тараторил наш «брат», — Как будто… как будто его кто-то выключил, да? Вот ведь жуть! Разве такое бывает?
Лора молча игнорировала его вопросы. До самого цеха она не сказала больше ни слова. Шла, погруженная в свои мысли, время от времени бросая на меня короткие, изучающие взгляды.
Я же был в полном шоке. Руки мелко дрожали, хотя драки как таковой для меня почти и не было. В ушах все еще стоял предсмертный хрип Бритоголового, его глаза, уставившиеся в никуда.
Это я? Не может быть. Не мог жея́это сделать. Просто какое-то невероятное, жуткое совпадение. Он, должно быть, был болен. Сердце. Или еще что-то.
Однако ледяной страх уже пустил корни глубоко в душе. Та странная энергия, ненависть, которую я почувствовал, то дикое, неконтролируемое желание… Оно было абсолютно реальным. И оно сработало.
А потом переживания, которые точно были моими, смешались вдруг с мрачным, тяжёлым чувством удовлетворения, которое мне бы не хотелось идентифицировать как свою эмоцию. Я вдруг понял, что меня радует перспектива смерти Бритоголового. Радует! Внутри, где-то в районе груди словно завозилось нечто темное и злое.
От неожиданности я сбился с шага и едва не полетел носом вперед. Хорошо, Шустрый успел поймать меня за локоть.
И снова перед глазами встал сон. Некромант Леонид, запертый в ящике, беспомощный, пока его сестра, женщина-некромант, уводит гвардейцев в лес, жертвуя собой. Пепел, окутывающий горящую деревню.
Может ли этот сон быть не просто бредом измученного сознания? Может ли это означать, что в моей башке вдруг непонятным образом оказалась чужая память, эти чужие пугающе способности… Кого? Некроманта⁈ Да ну на хрен!
От этой мысли внутри все похолодело еще сильнее, чем от стылого воздуха Нева-Сити. Горечь во рту была теперь не только из-за пепла, но и от подступающего, удушающего страха перед самим собой. Кто или что я? Некромантия — зло. Не просто так их столь активно истребляли сто лет назад. Не за красивые глазки и добрые сердца.
Наконец, мы вернулись в доки, в относительную безопасность нашего логова. Гризли и остальные были на месте. Кто-то чистили оружие, кто-то играл в кости, кто-то курил самокрутку. Увидев нас, Гризли поднял голову, отрываясь от своего ненаглядного энергетического пистолета. Нашёл, блин, новую игрушку.
— Ну что, принесли еды?
Мы вывалили на ящик перед ним консервы и батончики. Лора, все еще бледная, но уже взявшая себя в руки, коротко пересказала, что произошло. О драке, о «Стальной змее», о том, как Бритоголовый упал замертво.
— Просто упал? — нахмурился Гризли. Тонкий шрам, украшающий его бровь, от этого стал еще заметнее. — Сердце, что ли?
— Не знаю, — ответила Лора, стараясь говорить ровным голосом. — Схватился за горло и упал. Пена изо рта…
Остальные члены нашей банды тоже выглядели потрясенными. Мгновенная смерть в драке — это одно. Всякое бывает. Иной раз не успеешь слова сказать, а тебе уже в бок вогнали «перо». Но вот странное, неестественное падение замертво — совсем другое.
— Жуть, — пробормотал Крыс, ерзая на месте. — Наверное, какая-то болезнь. Пепельная лихорадка, может? Только такая быстрая? Лора! Ну вас к черту! Идите все втроем обработайтесь химией. Там еще осталось. Вдруг заразу притащили с собой. Мало ли, что у этого мудака было.
— Или проклятие, — произнес вдруг кто-то из дальнего угла.
Все присутствующие медленно обернулись в сторону Сопли, который озвучил столь пугающую, но крайне нелепую мысль.
— Ты дурак? — Спросил дрогнувшим голосом Шустрый. — Всем известно, проклятия — это дело рук некромантов. Только они так могут. И потом, откуда тебе знать, как выглядит проклятие?
— Ну… Вообще-то я читал. Еще когда в приюте жил. У нас мужик историю вел, так он задолбал ею. — Буркнул Сопля, смутившись от столь пристального внимания к своей персоне. — И там было написано, да… Что некроманты использовали специальное проклятие. Они могли просто в секунду остановить человеческое сердце. Злодеи же. Вы чего…
Около минуты в помещении стояла гробовая тишина. Все члены нашей банды будто остолбенели. Мысль о том, что кто-то из нас мог оказаться рядом с проклятием некроманта вызывала оторопь у каждого.
— Или ты в жопу! — Рявкнул Крыс. Он первым не выдержал этой гнетущей паузы. — Какие, на хрен, некроманты⁈ Окстись. Их уничтожили около века назад. Не буробь.
— Ага… — Тихо буркнул Сопля и отвернулся. Но я услышал, как он тихо, практически себе под нос, добавил. — За что теперь и расплачиваемся.
— Да бред, конечно! — Гризли махнул рукой, пресекая плохие, опасные разговоры, — Уже давно не рождаются эти уроды.
Он отвернулся и задумчиво посмотрел на меня. Его взгляд был долгим, проницательным.
Я отвел глаза, уставившись на Болтуна, который выбрался на свободу и сейчас деловито умывался, сидя возле моих ног.
— Ладно, — наконец сказал Гризли, — Черт с ним. Похоже, какая-то новая разновидность Пепельной лихорадки. Хорошо, что для нас все обошлось без серьезных потерь. Тащите еду на кухню. Малек, останься.
Я сглотнул. Предчувствие чего-то тяжелого сжало грудь. Когда все разошлись, оставив нас одних у догорающего костра, Гризли посмотрел на меня в упор.