Пепел и Тьма

— Любыми средствами, что есть в этом мире, следы Охотника не вылечить, — произнесла она, выпрямляясь. Её взгляд снова был прикован ко мне, он стал жестким и проницательным. — У меня есть подозрение, Малёк… Похоже, я знаю, кто ты. Знаю, что ты заинтересовал кое-кого крайне опасного. Вызвал у него интерес настолько огромный, что этот кое-кто даже начал вдруг присматривать за тобой.
  
Мое сердце сжалось. Она говорила о Палаче. О том самом, кто убил Волконского и Суворова. Это было очевидно. Но как она узнала?
Единственный, кто мог ей рассказать, был сам Палач. А это означало, что он доверяет Катрин.
Но это ладно. Это можно пережить. Вопрос в другом. Слова Катрин так же означали, что Палач каким-то чудесным образом догадался о моей связи с некромантией. Вот почему, как только я описал Охотника и назвал свое имя, Катрин сразу поняла, кто перед ней.
— Единственное, что может помочь, — голос хозяйки борделя стал ниже, она почти перешла на шепот. — Это слюна Охотника. В идеале, он сам должен зализать рану.
Я почувствовал, как внутри всё похолодело. Слюна Охотника? Она серьёзно? Заставить эту тварь зализать рану Лоры? Нет, Катрин правда очень особая женщина. С великим приветом. Как она представляет себе это? Охотник — тварь из Безмирья, а не домашняя кошечка.
Это было немыслимо. И опасно. Очень опасно.
— Но… как? — выдавил я. — Он… он не здесь. И я не могу его вызвать.
Катрин приподняла бровь, и в её глазах промелькнула насмешка, смешанная с чем-то вроде вызова.
— Послушай, Малёк… Я не буду сейчас выяснять детали, но одно скажу точно. Охотник никогда не приходит сам по себе. Его приводит Хозяин. В Нева-Сити нет некромантов. Тем более такого уровня. Иначе я бы об этом знала. И не только я. Гончие вычислили бы его достаточно быстро. Значит, некромант появился совсем недавно и он слишком… мммм… неприметен. Ну и еще, конечно, скрывать не буду, о тебе я только пару дней назад слышала от нашего общего знакомого. Ты понял, о ком я. Так что… Насчет внезапного появления Охотника — брось. Не люблю когда мне врут. И да, естественно, его точно не стоит вызывать сюда. Это погубит всех. Но… Ты можешь отправиться в Безмирье, Малек. Пинесешь лекарство оттуда. В конце концов, моя племянница пострадала по твоей вине. И я знаю, что это так. Уж кто-то, а Лора точно не некромант.
Она резко оторвала широкий кусок ткани от своего платья, не заботясь о том, что рвет вещь, в которую одета. Протянув его мне, Катрин добавила:
— Возьми это. Иди в Безмирье. Найди Охотника. И принеси его слюну. Это единственный шанс для Лоры.
  
Глава 18
 
Я принял из рук Катрин протянутый ею кусок ткани. Мягкий, приятный на ощупь, он совершенно нелепо смотрелся в моих руках. Впрочем, как и поставленная передо мной задача.
Слюна Охотника? Это какой-то сюрреализм, честное слово. Я — недоделанный некромант, получивший эти способности из-за рокового стечения обстоятельств, да еще в комплекте с голосом давным-давно умершего мужика, который иногда кажется не совсем нормальным. А мне предлагают отправиться в Безмирье, чтобы добыть слюну у твари, способной разорвать в клочья сотню «Мальков». Звучит как анекдот, только мне что-то совсем не смешно.
— Но… как? — в моём голосе проскользнула откровенная неуверенность, которую я даже не собирался скрывать. — Как туда попасть? Это же не просто в какой-нибудь развлекательный клуб наведаться, где вход по пропускам или клубным картам. Так-то речь идет о Безмирье. То есть, о другом, совершенно другом мире.
Катрин прищурилась, её взгляд стал ещё более цепким, словно она пыталась прожечь во мне дыру.
— Об этом позаботится твой друг, — сказала она, а потом просто взяла и ткнула пальцем прямо мне в голову. — Тот, что сидит внутри. Он наверняка разбирается в подобных путешествиях.
Около нескольких секунд я смотрел на эту женщину, открыв рот. Она знает! Знает о Леониде.
Зашибись у меня секрет выходит. Как минимум двое в курсе того, что я в себе таскаю дохлого некроманта. Уверен, хозяйке борделя о моих «особенностях» рассказал Палач. Больше некому. Он, видимо, тот ещё болтун. И про нашу встречу поведал Лориной тетке, и про свой интерес, и про Леонида.
Какая интересная, однако, жизнь у хозяйки борделя Нижних улиц. Высокородные к ней приходят за информацией, убийцы, чтоб потрындеть о прошедшем дне.
Но зато теперь, по крайней мере, понятна причина интереса Палача. Вот почему он мне помог. Вот почему предупредил на рынке насчет похода к доктору. Убийца просто каким-то образом узнал правду о некроманте.
Видимо, в ангаре я именно этим и привлёк его внимание, даже несмотря на деревянные доски, которые нас разделяли. Палач почувствовал Леонида во мне. Так, получается? Может, дело в Таланте? Палачи взаимодействуют с Тенями, а это вроде как тоже часть не совсем нашего мира. Тени.
— Слушай меня внимательно, Малёк, — голос Катрин стал твёрже. Она произносила слова, будто чеканила шаг на плацу. — Безмирье — это не увеселительная прогулка по парку. Ты должен быть готов ко всему. Никто не собирается отправлять тебя туда вслепую. Пойми, у нас просто нет другого выхода. Раны, нанесенные Охотником может вылечить только Охотник. По-другому не бывает. Сейчас на кону стоит жизнь человека…
Я посмотрел на Лору. Её дыхание было очень слабым, лицо бледным, почти прозрачным. Рана на плече пульсировала. Это было видно невооружённым взглядом. Гной стал ещё гуще. Время уходило.
Судя по всему, Лора была на пути к тому, чтобы стать прекрасной иллюстрацией к учебнику по некромантии. А подпись возле картинки будет следующая:«Как по незнанию и скудоумию скормить своего единственного друга твари из Безмирья».
— Да, хорошо. Единственный выход. — произнёс я, не узнавая собственного голоса. — Но… честное слово, понятия не имею, как это сделать. И то… Ну… Про что ты говорила… Оно просыпается само́, когда ему захочется.
Вообще, я хотел сказать о некроманте. О том, что мы с ним живем, как соседи, чьи границы разделяет высокая ограда. Но предмет моих сомнений решил обозначиться сам.
«Мальчишка! Слушай меня внимательно!» — рявкнул Леонид в моей голове, и я чуть не подпрыгнул на месте.
Что за дурацкая манера появляться настолько неожиданно?
— « Есть один способ. Но он… болезненный. Ты не являешься некромантом по рождению. И в этом проблема. Несмотря на некоторое слияние, которое между нами произошло, это был лишь начальный этап. Сам ты грань не перешагнёшь. Не сможешь. Но… Пожалуй, я могу помочь. Ты должен оказаться между жизнью и смертью. Только тогда я смогу провести тебя в Безмирье. Только так граница между мирами станет достаточно тонкой, чтобы мы смогли пройти. Ты должен будешь разрезать себе руку. Сам. Сильно. Достаточно, чтобы кровь текла ручьём. Тогда, в момент, когда твоя жизнь будет висеть на волоске, я отправлю тебя в Безмирье. А эта женщина и карлик должны будут контролировать твое тело. И да… Имей в виду…Если ты умрёшь там, ты умрёшь и здесь.»
Я почувствовал, как по спине пробежал холодок. Звучит как очень хреновый, безумный план. Но другого выхода не было. Разрезать себе руку? Прекрасно. Ещё немного, и я стану идеальным героем для какой-нибудь трагической баллады.
— Он говорит, нужно разрезать себе руку и дождаться момента, близкого к смерти, — сообщил я Катрин, не уточняя при этом, кто «он». Зачем грузить людей лишними деталями?
Впрочем, хозяйка борделя сразу всё поняла. Она молча кивнула, посмотрела на меня долгим внимательным взглядом, а потом велела Климу принести всё, что необходимо. Видимо, она уже привыкла к таким вот «необычным» способам решения проблем.
  
Карлик вышел из кабинета, но уже через пять минут вернулся обратно. В руках у него была коробка, похожая на походную аптечку, только, судя по всему, для очень специфических походов.
Он открыл её, и я увидел внутри набор тонких, острых инструментов, похожих на скальпели, и несколько флаконов с прозрачной жидкостью. Даже не хочу знать, зачем Катрин держит при себе подобные штуки.