Самый лучший комсомолец. Том пятый (СИ)
А неплохо! Вид тоже нравится:
— В этом ресторане хорошая кухня и приличная музыка, — прокомментировал выбор места Куросава.
Само собой, на кухне тоже имеются КГБшники и сотрудники охраны дворца — Император оказал огромную честь, одолжив кадры. А заодно это попадает в газеты, немного поправив пошатнувшуюся после моего выступления в Будокане репутацию спецслужбы.
Наш стол очень разумно располагался вне зоны поражения люстр и близко к сцене, подальше от окна. Все равно вид не очень — пара рядов крыш высоток на противоположной стороне улицы — дальше все скрывает смог.
— Мне немного неловко, что человек вашего возраста оплачивает счет, — заявил Куросава, вполне решительно открывая меню.
Формальность.
— Мне известно, что в вашей стране считается неприличным для людей меньшего ранга приглашать куда-то старших. Позвольте мне оплатить счет в качестве извинений.
Подошедшая официантка записала наш заказ — дяди кушать не будут во избежание массовых отравлений. Куросава наклонился над столом и с заговорщицким видом поведал:
— В этом ресторане работал официантом писатель-неудачник по фамилии Нагаяма. Осенью шестьдесят восьмого года он похитил из жилого дома какого-то американца с военной базы пистолет и полсотни патронов. Из него он застрелил четверых. Девятнадцать лет — а уже столько ярости, — он удрученно покачал головой.
— Нарушать законы нельзя, — похвастался я твердыми моральными принципами.
Заказ принес почему-то официант-мужчина с крайне знакомой внешностью. Совсем молодой и еще не заимел нервный тик! Профессионально поставив на стол рамен, суши, тонкацу и тушеная картошка с мясом и овощами. Вот у япошек с «пожрать» все хорошо — еще бы, при режиме максимального экономического благоприятствования со стороны первой экономики мира. Не будь Лучшая Корея обложена санкциями похлеще нас, там бы тоже голода не было. А мы вот сами себе сельское хозяйство зачем-то поломали, теперь механизированным звеном тащить приходится.
— Как вам музыка, Китано-сан? — спросил я официанта, сверившись с бейджиком, когда он закончил сервировку — Куросава решил приголубить коньячка, которого Такеши ему принес целую бутылку.
Сосредоточенно наливая коньяк в бокал, он ответил:
— В месте с плохой музыкой я бы не работал.
— Знаешь себе цену, а? — поощрительно фыркнул Куросава.
— Это хороший ответ, — одобрил и я. — Будет ли уместно пригласить Китано-сана поужинать с нами?
— Уместно — мне нравятся люди с сильным характером, — не подкачал Акира.
Потому что такие встречи — судьба.
Глава 16
Утро второго дня в посольстве началось привычно — с чтения телефонированной с Родины выжимки из свежей «Правды», среди которых обнаружилось эхо старой доброй «инфобомбы», который Виталина за кофепитием под печеньки прямо в номере (душа покоя просит — напряженный вчера был день, а сегодня будет еще тяжелее) мне и зачитала:
— Прошел год с тех пор, как группа Советских археологов под руководством докторов исторических наук А. Ф. Клавдиевича, М. И. Федорова и Л. Н. Байкалова во время изысканий в долине расположенной в Эфиопии реки Аваш обнаружила скелет доселе ненайденного вида древнего человека-австралопитека. Академией Наук СССР было принято решение не сообщать о находке широким массам до получения результатов радиоуглеродного датирования — этот высоконаучный процесс, за открытие которого в 1960-м году американский физико-химик Уиллард Франк Либби получил Нобелевскую премию, занимает ровно год. Сегодня мы наконец-то с гордостью можем заявить: Советские археологи отыскали недостающее звено человеческой эволюции, возраст которого более трех миллионов лет. Новый вид получил название «австралопитек афарский», сам скелет, который совсем скоро можно будет увидеть в Государственном Историческом музее, тоже получил собственное имя — Валентина, в честь прославленной космонавтки Валентины Владимировны Терешковой, — Виталина прервала чтение и хихикнула. — Бедная Терешкова — то робот, то скелет.
— Иногда человек становится государственной торговой маркой, — развел я руками. — Будем надеяться, что она видит в этом свою великую миссию по служению человечеству, — откинувшись на стуле, я, привычно делая вид, что не причем, потянулся с довольным видом. — Как же наша археология последнее время гремит на весь мир! Надо бы усилить парой-тройкой десятков грантов на раскопки у нас и на чужбине.
— Записать? — спросила девушка.
— Не, в Москве заморочимся, промеж командировок.
Кивнув, Вилка продолжила чтение:
— С опережением плана почти в два раза ученым из закрытого НИИ удалось сконструировать и собрать опытный образец первой Советской компактной — весит всего одиннадцать килограммов — ЭВМ, способной производить до полумиллиона математических операций в секунду. После запуска ЭВМК-1 — «электронно-вычислительная машина компактная — 1» в серийное производство для применения в университетах, школах и — экспериментально — для оптимизации бухгалтерского расчета и обработки статистических данных. Помимо компактной, ученые разработали и старшую версию машины, занимающую площадь в четыре квадратных метра, способную производить до четырех миллионов операций в секунду. Последней в скором времени в порядке эксперимента будут оснащены предприятия с целью изучений методов автоматизированного управления производством.
— Вот это хвосты товарищам кибернетикам накрутили! — развеселился я от этакого прорыва. — Осталось дождаться, пока изобретут совместимый с ним принтер, и можно пересаживаться с печатной машинки на актуальные современному человеку технологии.
— Гудит поди, — поморщилась Виталина.
— И ведь скорее всего гудит, — поморщился и я. — У нас любят, чтобы грелось, жрало электричество и гудело — позволяет осознать мощь. Но мощь в самом деле нешуточная — это же половина производительности БЭСМ-4. Натурально техномагию изобрели.
— Может в лагеря за многолетнее распыление сил на несовместимые друг с другом проекты не хотят? — ухмыльнулась девушка.
— Правильная мотивация — залог эффективности, — гоготнул я и признался. — Собирая высоконаучных товарищей в кучку, я рассчитывал на что-то подобное лет через пять. Но раз они смогли раньше, значит нужно масштабировать. Это тоже в Москве, в институт к ним поедем.
— Может закажешь сразу своего любимого бога-машину? — подколола меня Вилка.
С улыбкой кивнув — понял — я вздохнул:
— Это как с космосом — совершив первые шаги, человек вошел во вкус и всерьез рассчитывал за пару десятилетий освоить как минимум Солнечную систему, но мы уперлись в комплекс неразрешимых пока проблем: обитаемых миров поблизости нет. Венера — кислотная раскаленная клоака, ядро Марса — мертво. Без технологий изменения климата планетарного масштаба — для Венеры — либо оживления марсианского ядра нам там делать нечего. Для дальних, межсистемных перелетов у нас тоже пока никаких перспектив. Луна — бесполезна, поэтому дед согласился свернуть лунную программу, позволив пиндосам рвать жилы. С ЭВМ будет так же — сколь маленькими и мощными бы ни были составляющие, бесконечно их добавлять нельзя. Придется ждать нового технологического рывка и долго совершенствовать то, что есть.
В дверь постучали.
Быстро сменив халат на рубашку и брюки — Виталина не менее быстро влезла в юбку и блузку — я открыл.
— Доброе утро, Олег Александрович, — поздоровался с послом. — Как думаете, сколько долларов может стоить разработка и запуск серии космических беспилотных аппаратов для путешествия к дальник уголкам Солнечной системы и за ее пределы?
С такими-то компами, мне кажется, будет толк.
— Доброе утро, — поприветствовал он нас в ответ и дипломатично (ха!) слился. — Извини, я слабо знаком с бюджетами космических программ.
А еще можно запустить грядущую портативку с функционалом китайского «тетриса» из 90-х в космос и попросить поиграть космонавта. Это ж какой вкусный «кейс»! Ждем, когда произведут хотя бы сотню миллионов и делаем.