Самый лучший комсомолец. Том пятый (СИ)
Теперь можно и в почти уже и не родной совхоз: во-первых — отвык за время пребывания в больнице, во-вторых — скорый отъезд нашептывает в спину «скоро тебя здесь не будет». Так-то немного жаль — «Потемкинская деревня» у меня получилась почти волшебная, и жить здесь очень хорошо, до коммунизма буквально рукой подать. Многие колхозники коммунизмом свою жизнь и считают — Хрущев же говорил, что коммунизм это когда есть квартира, машина, телевизор и полный холодильник. А именно так этот и подшефные колхозы и живут!
Прямо по приезде, не заходя домой, заглянул к Леопольду Васильевичу. Поздоровались.
— Как там уборка урожая?
— Потихоньку начали, — отчитался он. — Но с зерновыми возникла проблема — я тебе завтра насчет нее звонить собирался. Хорошо, что ты сам приехал.
— Какая?
— Никаких интриг — совершенно обычный бардак, — заверил он. — Какой-то гений решил, что мы заявленного урожая не соберем, и велел всем соседям сгрузить в наши зернохранилища все, что не влезло в их собственные.
— И нам теперь складывать некуда?
— Некуда.
— А потом за рубежом зерно покупать приходится, — вздохнул я и выкатил решение. — У нас — элитные сорта повышенной урожайности, а у них — стандартное зерно. Давайте выкупим его у них по госцене и переработаем на комбикорм — его, в свою очередь, выкуплю у нашего совхоза я, для нужд разворачиваемого на Дальнем Востоке свинопитомника и ряда питомников подшефных.
— Заберешь, значит, Аркадия Викторовича? — грустно спросил он.
— Заберу, — подтвердил я. — Он здесь как я — всё сделал, поэтому потенциал простаивает. На Востоке с мясом беда, и местный опыт там масштабировать сам бог велел.
Со свиноводом уже оговорено — он с днем рождения поздравлять приходил. Жена его привычно не очень довольна — только в люди, считай, после премьеры кино выбьются, в богему, а тут раз — и в «ссылку», но успокоилась путевкой на неделю в Японию — в октябре поедет, с детьми и внуками.
А вечером, после приветственного ужина в кругу семьи, по «Времени», в компании крайне таинственного и молчаливого деда Паши посмотрели репортаж о крупных забастовках в Польше, где правительство решило немного покачать лодку, увеличив закупочные цены, что подняло цены для конечного покупателя. Поляки такого не оценили. Комментарий товарища Громыко:
— Это — внутреннее дело независимой Польши, и никаких юридических оснований в него вмешиваться у СССР нет.
Значит на днях покажут мою документалку с очевидным посылом: «никто так не вредил простому поляку, как его собственная власть». Это ни на что не повлияет, так, народу повод побухтеть на беспокойных соседей — польский вопрос быстро не решится, и у меня контроля над ним нет. Буду просто наблюдать.
— Скоро дойдет до массовых погромов, — высказал я догадку.
— Я к этой операции отношения не имею, — поюродствовал дед Паша. — Громыко же вон сказал — не вмешиваемся.
Далее показали нарезку кадров с эвакуированными на всякий случай Советскими туристами и гражданами — среди них затесались мои Сокольнические соученики с параллели. Просто повезло — из ГДР они прилетели штатно, учеба же скоро.
* * *
Закрытый просмотр законченного первого сезона «Наруто» прошел без сучка и задоринки. Присутствующие представители Shueisha сразу же согласились прямо так и пустить мультик в эфир в ближайшее время, а вот Советским ребятам пока не покажу — новому каналу нужны «эксклюзивы». В Корею аниме тоже заберут — в их версии имена героев стилизованы под корейские, а сеттинг пойдет — у азиатов много схожих моментов в мифологии: вся она была изначально китайской.
За пока отсутствующую японскую озвучку я спокоен — партнерам успех аниме нужен чуть ли не больше, чем мне — не сильно-то, справедливости ради, они на мне навариваются, вот и горят желанием увеличить продажи журнала и мерча. Вместе с пленками выдал японцам обещание на Дальнем Востоке слепить что-нибудь еще. И ведь слеплю!
Осень — это не только финальная фаза битвы за урожай, но и целая череда праздников. Первый из них, понятное дело, День Знаний, который совместили с формальным прощанием со мной — я же типа здешний ученик. На будущие праздники тоже загляну, но уже как «гражданское лицо». А еще готовятся пакеты документов для моего поступления сразу во ВГИК, Гнесино, Суриковское и МГУ — на кибернетику. Везде, понятное дело, заочно и не торопясь — до совершеннолетия как раз осилю их и пойду на юридический и исторический факультеты МГУ. По всем предметами не меньше кандидата наук должен в итоге иметь!
«Киноферму», кстати, демонтировать не стали, переоборудовав в почти полноценный парк развлечений — с парочкой каруселей, горками, качелями и «где полазить». Ребятам нравится!
Неменьше им понравилась и массовая раздача подарков — мелочь, но Первому сентября в эти времена неподдельно радуются — в школе интереснее чем дома сидеть — и немножко усилить эту радость не помешает. Всем по японскому «гем энд вотч»!
Далее был праздник самодельный, в виде фольклороориентированного (Фурцева была в восторге) Праздника Урожая, затеянный в честь окончания жатвы. Урожай — моё почтение, таких показателей в этих краях никто и близко не показывал — уродилось почти в пять раз больше чем в прошлые годы. Зернохранилища забиты, часть зерна уже продана государству, а в Хабаровск отправилось несколько составов с комбикормом — все нужное для изготовления своими силами в «Потемкине» есть. Отбыл и Аркадий Викторович, командовать постройкой свинарников. Заодно попрощались с растолстевшими и оттого красивыми корейцами: мультипликаторами и отработавшими «вахту» строителями — месяц побудут дома и приедут в новую студию в городе-сказке в обновленном составе. Отъелись и их дети, но они уехали домой в конце августа, вместе с пейнтболистами. Может и увидимся с ними еще когда — Джуён достаточно разумен, чтобы построить карьеру и однажды встать где-то у подножия Кимова трона.
За Первым сентября у нас следует третье — День победы СССР над милитаристской Японией. Его в эти времена особо не празднуют, поэтому обошлись самодеятельностью на патриотические темы — кружковцы из ДК начали готовить их еще летом.
Ну а в долгий «безпраздничный» период до седьмого октября — Дня конституции — мы с Олей решили прокатиться на Алтай.
— Вот мы с тобой летим, а там поляки начали склады и магазины громить, — поведал я певице в самолете.
— Покатались бы на танках как в Чехословакии и все! — ответила она то же, что и 99% населения СССР.
Кто поляков любит?
Второй визит в деревню староверов прошел гораздо бодрее прошлого: здесь появилась вертолетная площадка, а в лес и вдоль улочек, на которых прибавилось новостроек, от блестящей куполами — тремя! — белокаменной церкви уходила асфальтированная дорога. Появилось и сельпо — на вертолете прилетели с товарами для него: соль, спички, крупы, яблоки и конфеты с пряниками. Была и одежда — костюмы и три типа скромных, темных платьев. И настоящий (по словам постоянно перевозящего блага цивилизации вертолетчика) хит — женские платки.
Удаленный поселок, вертолетчик… Паззл сошелся — по возвращении с Алтая надиктую «Мимино» и отдам старшим товарищам, пусть занимаются.
— А вы бы хотели в большую авиацию? — спросил я в наушники.
— Да ну, — отмахнулся пилот. — Это же другое совсем — вертолет он маневренный, маленький, надежный. А там — здоровенная махина с десятками людей. У меня и жена здесь, в поселке — нам квартиру дали. Нет уж, мне здесь хорошо.
Староверы приняли нас приветливо — а чего им, все что я обещал — сделано. Даже электричество протянули! Вот и репатрианты из Бразилии, сбежавшие туда еще при царе. Да, по-португальски я умею! Свадьба? Конечно останемся — это ж какой праздник!
На свадьбе — просто офигеть! — никто не пил, зато охотно угощались омлетом из страусиных яиц и шашлыком. Последний не из птичек, а обычный — страус мясо дает специфическое, из него шашлык не очень, но другие блюда из страуса отведали. Яйца и тушки на праздник честно покупали через филиал «Потемкина» в поселке — здешние не воруют. Честно покупался и местный пасечный мёд — на него и налегали, прямо вкусный.