Опасный собственник (СИ)

С водителем ему повезло. Индус без лишних слов развернулся и вскоре уже пристроился в хвост к серебристому седану.
Мысль о том, что любимая женщина сейчас находится в компании своего рогатого мужа, сводила с ума. Они сидят совсем близко… А если этот хмырь начнёт распускать руки, пользуясь тем, что его ещё не лишили статуса супруга?!
Всё ясно. Шатурин следил за Яной, вероятно, даже установил прослушку или нанял частного детектива. А потом подловил жену в отеле, где ещё не остыла кровать после ночных утех.
Бедная Яна… Она, конечно, пылает от стыда, чувствует свою вину перед этим козлом. Вот поэтому и дала себя уболтать и согласилась поехать с Марком.
Стас не отрывал взгляд от мелькающего впереди автомобиля. Сжимал в руке телефон и боролся с желанием немедленно набрать Яне. Нет, нельзя. Возможно, этот звонок ей навредит, ведь сейчас Шатурин наверняка в бешенстве. Он сгорает от ревности, но тщательно скрывает свою злость, чтобы реализовать какой-то план.
Что он задумал? Куда везёт Яну? А если он ей что-то сделает?
Глупая доверчивая малышка… Как же она попалась!
  
24
 
ЯНА
- Ох, ты и навернулась, сестрёнка! – с порога заявил Серёжа.
Спустя две недели после нападения, я всё ещё находилась в одной из частных клиник в пригороде Лондона. Сегодня младший брат приехал меня навестить – папа отпросил его из школы, причём удалось это с трудом: дисциплина в заведении стоит на первом месте, и неважно, что сестра ученика загремела в больницу.
- Ян, расскажи, как всё произошло! В вас кто-то врезался? Или вы сами влетели? – Глаза брата горят, он жаждет технических подробностей.
- Серёж, не хочу об этом вспоминать. Сразу голова начинает болеть, - совершенно честно призналась я.
Действительно, о том, что случилось, лучше бы поскорее забыть.
Но не получается.
Версия для детей – Серёжки и Леночки - а также для всех коллег и персонала: мы с Марком попали в ДТП. Папа намерен стереть из любых источников информацию о лондонском происшествии, корпоративные айтишники постоянно мониторят сеть и удаляют упоминания о нашей семье.
Сотрудники «Мелмакса» больше никогда не увидят в офисе топ-менеджера Шатурина, по легенде он будет лечиться за границей (нет, будет гнить в тюрьме). Наверное, многие коллеги вздохнут с облегчением и постепенно моего мужа забудут.
Но я, к несчастью, не смогу забыть Марка. Не знаю, как долго придётся бороться с воспоминаниями… Меня преследуют мысли, и едва закрываю глаза, сразу вижу перед собой горящее ненавистью лицо мужа, чувствую его железную хватку.
Снова по секундам переживаю весь тот кошмар… Голова наливается жгучей болью, в висках пульсирует… Две оплеухи, которыми меня наградил Шатурин, повлекли сотрясение мозга. В дополнение к этому – трещина лучевой кости, многочисленные ушибы, содранная кожа на коленях и ладонях. Но это уже мелочи, могла бы гораздо серьёзнее переломаться, когда улетела на голый бетон.
Да что там! Могла вообще погибнуть.
Марк бы меня живой не отпустил.
Сейчас он в камере, идёт разбирательство. Шатурин обещал отправить за решётку моего отца, однако попал в собственную ловушку. Как говорится, не рой другому яму.
Марку, как и мне, потребовалась медицинская помощь, так как несостоявшегося убийцу сильно отметелил Стас. Я этого не видела, потому что в момент появления моего спасителя была без сознания. Судя по сбитым в кровь костяшкам на руках Стаса, Шатурину досталось капитально…
В клинике у меня огромная палата со специальным оборудованием, ванной комнатой и мебелью для посетителей. Несколько дней назад я начала намекать, что пора бы и честь знать – сколько можно сидеть в четырёх стенах, надоело!
Самое главное – ужасно соскучилась по дочке. Впервые мы с Леночкой расстались так надолго. Сначала звонила малышке только по телефону, не хотела пугать ребёнка своим видом. С левой стороны висок и скула у меня были чёрными, по челюсти разлился багровый кровоподтёк…
Но вот уже три дня выгляжу более-менее, и мы с дочкой пообщались по видеосвязи. Закончив разговор, едва не разревелась. Это невыносимо - находиться так далеко от моей крошки!
  
- Пап, пора мне ехать домой… Ну сколько можно здесь торчать?
- Цыц! - возмутился папа в ответ на моё нытьё. – Останешься в больнице, пока врачи не отпустят.
- Учитывая стоимость моего пребывания, они не отпустят меня никогда. Я для них золотая рыбка, приносящая фунты стерлингов. Глупо выпускать на свободу такого выгодного пациента.
- Поговори у меня! – Папа никак не может простить, что я приехала в Лондон тайком и без охраны. Моя неосмотрительность едва не стоила мне жизни.
Отец берёт меня за руку, сжимает ладонь:
- Яна, ты представляешь, что бы со мной было, если бы этот подонок тебя…
Отворачивается, не может договорить, глаза краснеют, челюсти сжимаются. Наверное, только мне позволено видеть отца в момент слабости. Мне стыдно, что я так потрепала ему нервы…
Папуля всё ещё в шоке. Он не только дико переволновался за мою жизнь, но и поражён тем, что не раскусил Шатурина.
- Как я мог! Считал себя знатоком человеческой натуры, а сам пригрел на груди змею! – сокрушается отец. – Даже подозрения не возникало, что этот ублюдок водит меня за нос.
- Марк тот ещё актёр.
Дни тянутся, я пытаюсь работать удалённо, но уже через полчаса голова начинает гудеть, как медный колокол. Зато в каждом дне есть безумно приятный момент. С замиранием жду, когда дверь откроется и в палату войдёт милый Багрицкий. Обычно он приезжает около трёх, раскидав дела. Стас появляется, и каждый раз это как откровение, как награда…
*****
Я наивно полагала, что папа не знает, кто отец Леночки. Во время моей беременности он только один раз спросил, не нужно ли промыть мозги будущему папаше. Я отказалась, и больше этот вопрос не поднимался, поэтому решила, что тема навсегда закрыта.
Какая я глупая!
Сейчас выяснилось, что папа давно знал о причастности Багрицкого. Безопасники «Мелмакса» это установили без особого труда, у отца даже имеется ДНК-тест, сделанный пять лет назад – сразу после рождения Леночки.
- Пап, так ты поэтому не хотел сотрудничать с Багрицкими?
- Первый раз я отказал, потому что их предложение меня не заинтересовало. А вот когда узнал, из-за кого ты грустишь и плачешь, тогда, конечно, твёрдо решил не иметь никаких дел с холдингом Багрицких. Ты же прорыдала всю беременность, Яна!
- Папуль, все беременные слегка неадекватны, - улыбаюсь.
- Да нет… Видимо, всё дело в том, что ты никогда не переставала любить Стаса. Я вижу, как ты на него смотришь…
- Я очень его люблю, пап!
- И он тебя спас, Яна… Я этому парню по гроб жизни обязан.
- Стас хочет подать документы на установление отцовства и записать Леночку на своё имя.
- Что-то мне подсказывает, что он не только нашей малышке хочет дать свою фамилию, - хитро усмехается папа. – Вижу, Стасик даже кольцо успел подарить…
- Наверное, он и с тобой поговорит на эту тему. Попросит моей руки. Вот только я ещё не развелась с… мм… Марком.
Даже имя произносить противно, выталкиваю его с усилием. И снова по телу бежит озноб – вижу склонённое надо мной лицо убийцы и вспоминаю, какой испытала ужас в тот момент. Самой страшной была мысль, что мой ребёнок останется сиротой…
Папа понимает, что я чувствую, он ласково гладит меня по руке.
- Ты очень быстро получишь развод, дочка, я всё организую. Какое счастье, что интуиция подсказала Стасу вернуться обратно! Когда он рванул в отель, я уже был в бизнес-холле, готовился к выступлению на конференции. А если бы Стас поступил так, как вы с ним запланировали? Дождался бы перерыва, потом подошёл бы знакомиться…
- Тогда Марк точно успел бы меня прикончить…
- Я доверил ему самое ценное – свою дочку! И получил нож в спину. – Папа в ярости сжимает кулаки, становится ясно, что он разорвал бы предателя на куски, если бы тот сейчас был рядом. - А ведь ты пыталась меня предупредить, Яна… Ты рассказала о его двуличии… Но я отмахнулся…