Афганский рубеж 4 (СИ)

Войдя в штаб Центра, я сразу заметил, как всё изменилось. Появились новые подарки и грамоты на стендах. Доска почёта пополнилась новыми фотографиями. Даже меня отметили, как лучшего заместителя командира эскадрильи. Хотя я ещё ни дня в Торске не командовал.
Рядом ещё один стенд, где были отмечены те, кто погиб при исполнении воинского долга. И на одну фотографию здесь стало больше.
  
Я подошёл к ней и с грустью констатировал печальную для себя информацию.
— Старший лейтенант Казаков П. С., — прочитал я табличку под фотографией с датами жизни моего боевого товарища.
Тот самый Петруха, которого я тащил на себе среди песков, скал и гор Афганистана.
— Сан Саныч! — позвал меня знакомый голос за спиной.
Это был командир моего полка Тяпкин Андрей Фридрихович. Я подошёл к нему и поприветствовал.
— Рад твоему возвращению. Мы наслышаны, что тебе удалось сломать все традиции и устои в Шахджое, — улыбнулся полковник, но мне было не особо радостно.
— Задачу выполнил, домой вернулся. А тут такое, — повернулся я к фотографии Петрухи.
Тяпкин выдохнул и рассказал, что произошло. У Казакова начались осложнения. Видимо, блуждающие осколки по телу своё дело сделали.
— Месяц как похоронили, — ответил Тяпкин, когда мы стояли рядом с фотографией Петрухи.
— Семья? — спросил я.
— Жена и ребёнок получат двухкомнатную квартиру в Москве. Каким образом получилось так быстро им всё оформить, не знаю. Похоже, есть покровители у Казакова, которым он не безразличен.
Что ж, представители конторы держат слово. Это радует. А вот то что виновник смерти Петрухи не наказан — злит меня.
После разговора с командиром полка и беседы с Медведевым, меня «принудительно» решено отправить в отпуск. Этому я противиться не стал, поскольку голова и тело требуют отдыха. Некой перезагрузки после командировки и последних новостей.
Перед убытием на отдых я решил зайти в кабинет, который мы делим с командиром эскадрильи. Комэска сегодня отсутствует по личным обстоятельствам. Однако, войдя в кабинет, я обнаружил, что тут есть ещё кое-кто.
— Сан Саныч, а я вас жду! — воскликнул Виталий Казанов.
Вот как у них это получается! Я ещё сам не знал, что пойду к себе в кабинет, а он уже здесь. И уже чай пьёт!
— Что вы тут делаете? — спросил я, подойдя к столу.
— Дружеский визит.
— Понятно. То есть, просто пришли на КПП, попросили солдата пропустить вас к другу Клюковкину и вот так легко вошли в штаб эскадрильи? — поинтересовался я, хотя понятно, что у этих ребят есть ключ от всех дверей.
— Вот всё именно так и было. Точь-в-точь.
— Понятно, — ответил я и поставил портфель рядом со столом.
Казанов в это время сидел на диване, отпивая чай из кружки в красный горошек.
— У вас прекрасный чай. Могу и вам налить, — улыбнулся Виталий.
— Вы как бы в моём кабинете, товарищ Казанов.
— Я знал, что вы очень гостеприимны и позволил себе попробовать чай. Так вам налить, или как?
— Не откажусь, — ответил я, снимая с себя кожаную куртку.
Пока Виталик наливал мне чай, я внимательно посмотрел на него. Казанов слегка похудел, причёску изменил. Отрастил длинные волосы. Сильный загар, будто из Африки вернулся.
— Рад вас видеть, Александр, — протянул мне чай Виталий и вновь сел на диван, потирая колено.
— Не могу ответить вам взаимностью, поскольку не знаю цель вашего визита.
Казанов кивнул и поставил на чайный столик чашку. Он поправил воротник пиджака и отклонился назад на диване.
Лицо Виталика стало серьёзным. Я и не сомневался, что он здесь не только чай попить.
— Не буду вам говорить, что мне жаль Казакова. Всё равно не поверите. Блэк Рок встала поперёк горла мне, Римакову, вам, и ещё много кому. В Никарагуа и Гренаде нам удалось их щёлкнуть по носу.
Похоже, Казанов был в ссылке. В очень горячей точке планеты.
— Вы и там были? — удивился я.
— Ой, я это вслух сказал? — сделал удивлённое лицо Виталик.
Потрясающе играет свои роли этот разведчик. Сдаётся мне, что он хотел, чтобы я услышал про Гренаду и Никарагуа. Не зря в газетах упоминались наёмники.
— Не будем тянуть кота за всем известное место. Назревает большая игра. Афганистан перестал быть передовой противостояния с Америкой. За океаном наращивают денежные вливания в подобные Блэк Року организации для решения задач по ослаблению влияния Советского Союза и дестабилизации мирового порядка. Не нужно быть разведчиком, чтобы это понимать, верно, Саша? — спросил Казанов.
— Ежу понятно, что они будут везде.
— Торговля оружием, наркотиками, людьми и смещение неугодных режимов — список «любимых» дел Блэк Рок длинный. Однако теперь у них иная цель. И нам не справиться без специалистов, подобных вам. Готовы ещё поработать и заодно спросить вместе со мной и другими с Блэк Рок за наших товарищей?
На больное давит Виталик. Знает, что отказать не могу. Вот только нет у меня даже идей, куда контора меня опять хочет втянуть.
— Я весь во внимании.
— Тогда готовьтесь. Отпуск, а затем будем отправляться, — хлопнул в ладоши Казанов, подошёл ко мне и протянул руку.
Я её крепко пожал. Ещё бы узнать, куда Виталик меня тянет.
— Куда отправляться?
— Вы в этих местах ещё не были. Но там очень жарко.