Эволюционер из трущоб. Том 4 (СИ)
— Похоже, он выбежал из вон того дома. — Артём указал пальцем на следы, отчётливо виднеющиеся на грязи.
— Идём посмотрим, — сказал я и, проходя мимо Артёмовской твари, мазнул по её запёкшейся шкуре клочками шерсти.
Эх, нужно было в доме взять полотенце, да пропитывать его всей кровью, которую найдём в округе. Стоять! Я вернулся к гвардейцу, оторвал кусок его окровавленного кителя и услышал голос Ут:
«Обнаружен образец ДНК. Желаете ознакомиться?»
— Желаю, — шепнул я.
— Чего желаешь, господин? — усмехнулся Прохоров, направляясь к дому.
— Желаю, чтобы ты не задавал вопросов, — хмыкнул я в ответ.
Женский голос снова зазвучал в голове:
'Образец содержит следующие доминанты:
«Крепкая рука»,
«Дар предвидения»,
«Чтение мыслей»,
«Внушение»,
«Следопыт»,
«Плоскостопие»,
«Менталист»,
«Контроль маны».
Понятно. Менталист долгое время выживал в зоне, а потом его обнаружили. Боевыми навыками он не обладал, вот и погиб бесславно. Хотя, он всё-таки смог убить одну тварь, а это уже не мало. Впрочем, кого я обманываю? Конечно, мало. Даже мы одолели троих, причём без особого труда. Но мы-то Архаровцы! Зараза, и на меня отцовская пропаганда сработала?
Выбросив шерсть, я пробежался по тварям, вскрыл их грудные клетки мечом, достал Слёзы Мироздания, после чего провёл по ранам куском кителя, пропитав его кровью. Затем отправился в дом, из которого выбежал гвардеец.
Ну, что я могу сказать? Забираю свои слова обратно. Бился он достойно. Доски в полу были раскурочены, и из дыр торчали три трупа червей, похожих на того, которого ребята убили в погребе.
— Смотри. Похоже, он здесь жил, — сказал Артём и указал на вешалку у входа.
На ней висели солдатские жетоны. Огромное количество жетонов. Навскидку их было две или три сотни. Немного левее, в углу, разместилось копьё с полутораметровым древком, и армейский нож воткнут в дверную раму по самую рукоять.
— Копьё моё, — заявил Прохоров и взял обновку, прислонив вилы к стене.
Я подошел и прикоснулся к вилам, отправив их в хранилище. Могут пригодиться. Как минимум, для того, чтобы картошку выкопать.
— А где вилы? — удивился Артём, ведь прошло всего мгновение, а они исчезли прямо у него на глазах.
— В целости и сохранности, — ответил я, подошел к ножу, заставил его отправиться в хранилище, и двинул в глубину дома.
— Опять твои секреты, — буркнул Прохоров и последовал за мной.
Соседнюю комнату боец использовал в качестве спальни и вёл пагубный образ жизни. Окна заколочены и зашторены. Диван разложен и усыпан обилием бутылок. Кисловатый запах перегара въелся в мебель и стены. В дальнем углу стол, на котором стоит подсвечник, залитый толстым слоем воска.
Посмотрев направо, я увидел самодельный самогонный аппарат. Рядом стоял пластиковый контейнер с пророщенным зерном. Видать, пытался сделать солод для самогона. Хотя, что значит, пытался? Судя по ароматам, у него очень даже получилось. Самоубийца. От самогонки вонища на всю округу. На что он надеялся? Что упьётся до смерти — до того, как его загрызут? Лучше бы уходил отсюда. А это что?
На столе в дальнем углу комнаты лежала тетрадь, исписанная корявым почерком:
«Все братишки полегли. Остался я один. Славку вчера схоронил. Червяк грызанул прямо в ногу, ну Славка и сгнил за пару часов. Всё. Мотострелковый полк уничтожен в полном составе. А я… А что я? Хромым отсюда уже не выберусь. Повсюду твари. Страшно…»
Прочитав это, я почувствовал, как по спине пробежал холодок. Насколько же обречённым чувствовал себя этот боец? На его бы месте я всё равно попытался выбраться. Лучше смерть на пути к шансу выжить, чем ожидание неминуемой гибели. Был у меня знакомый друид, который говорил «Между жизнью и смертью, всегда выбирай жизнь.». Хорошее жизненное кредо. Ему я и пытаюсь следовать.
Продолжив чтение, я нашел ещё пару занятных строк:
«Связь потеряна. Барон Богданов мёртв. Повсюду твари. Отступая из Кунгура, сержант Марков заманил монстров на склад боеприпасов, а после подорвал его. Отважный был мужик. Добрый. Жаль его. Но я ему благодарен. На шум сбежались монстры со всей округи, а мы смогли утащить тяжело раненных Кольку и Петруху на окраину Исаковки. Даст бог, отсидимся тут пару дней, а потом пойдём дальше».
Выходит, что отсидеться не вышло. Впрочем, это не отменяет храбрости бойца.
— Нашел что? — спросил Артём, заглянувший в комнату.
— Только пророщенное зерно. Заберём. Это лучше, чем ничего.
— А у меня рюкзак, — похвалился Прохоров, демонстрируя добротный тридцатилитровый армейский рюкзак.
— Красавец. Жаль, он не набит тушенкой, — улыбнулся я.
— Да. От тушенки я бы сейчас не отказался. Идём дальше?
Я кивнул, и мы направились центр деревни. В небе мелькнула тень, которую я сперва почувствовал и лишь потом увидел. Схватив Прохорова, я оттащил его к близлежащему дому и затаился.
— Что там?
— Не знаю. Какая-то пакость в облаках, — ответил я, всматриваясь в небеса. — Обыскиваем вон тот магазин — и уходим отсюда как можно быстрее.
— Я тебе с самого начала говорил… — начал было ныть Артём, но сам себя заткнул. — Надеюсь, там есть еда.
— Всё, идём. Вроде, улетел.
На бегу я призвал Галину, снова заткнул ей рот и вытянул из неё всю ману. Как раз хватило на запуск Всевидящего Ока и осталось на три или четыре ледяных иглы. Просканировал здание магазина снизу доверху — никого. Отлично. Значит, у нас есть шанс найти хоть что-то.
Вход в магазин был заперт рольставнями. Странно. Хозяева закрыли, или как? Призвав ледяную иглу, я направил её на навесной замок, и он с лязгом отлетел в сторону. Подняли рольставни и наткнулись на разбитые окна, перевёрнутые стеллажи, следы когтей на стенах и полу. Это обнадёживало. Если стеллажи перевернули твари, то есть шанс что какая-нибудь банка консервов да закатилась куда-нибудь.
— Я на склад, — тут же выпалил Артём и побежал в приоткрытую дверь слева.
Я же стал заглядывать под стеллажи и — о, чудо! Продовольственный бог одарил нас своими благами! Кукурузные палочки, посыпанные сахаром, две банки тушеной фасоли, солёные огурчики, тушенка говяжья, свиная и куриная. Каждой всего по одной банке, но это уже невероятно много. А ещё я нашел пачку риса.
Не понимаю, почему гвардеец сюда не наведывался? Тут ведь полно еды. Ну, не сказать, что прямо-таки полно, но она здесь есть. Я стащил рюкзак со спины и стал запихивать в него добычу, когда краем глаза заметил шоколадку, лежащую на полу под кассой. За ней я нырнул щучкой! Вытащил, и любовно прижал к себе. «Лилюшка» — так называлась шоколадка.
— Как же давно я не ел сладкого.
Уложил шоколадку поверх тушенки, закинул рюкзак за спину и услышал истошный вопль Артёма.
— А-а-а! Помоги!
Глава 23
Я услышал шипение, как будто прокололи автомобильную шину. Протяжное, громкое. Бросив рюкзак, я поспешил на склад, по дороге обнажив меч. Пройдя через приоткрытую дверь, я замер. Воняло палёной шерстью или чем-то похожим, а вот видно ничего не было. Ни Артёма, ни того, что издавало шипение. Только непроглядная пелена впереди.
Чёрная дымка поглотила половину склада, и за ней совершенно ничего не было видно. Зато было слышно. Слышно, как Артём рычит, как о бетонный пол лязгает что-то металлическое, и шипение. Постоянное, яростное, наполненное злобой.
— Да быстрее, твою мать! Меня сейчас прикончат! — снова заорал Артём, и я рванул через непроглядную тьму.
Сделав пару шагов в глубину чёрной дымки, я оказался на противоположной стороне склада. Здесь было хоть что-то видно из-за того, что свет проникал через дырявую крышу. На полу лежал Артём, держащий перед собой копьё. Его вены на предплечьях вздулись от натуги, ведь было непросто удерживать в вертикальном положении огромную паучиху, висящую на острие.
Тело паучихи лизало пламя, но тварь не желала помирать и неистово молотила костяными лапами, пытаясь попасть по своему обидчику. Её лапки заканчивались острыми крючьями, похожими на гарпун. Артёму приходилось нелегко. Он вертелся, как юла, стремясь избежать удара. Мудрый малый. Если такая лапка его загарпунит, то через пару мгновений и остальные лапы тут же вопьются в тело жертвы.