Продавец кондитерки 3 (СИ)

К моменту вступления русских войск в Тарутинский лагерь созданная в Калужской губернии система обороны надежно прикрывала от разорительной деятельности неприятеля северо-западные уезды. На границе были выставлены пикеты кордонной стражи, которые поддерживались отрядами самообороны под командованием кордонных начальников, дворян и чиновников. Цепь кордонов усиливали 10 батальонов Калужского ополчения и казачьи полки, почти равномерно распределенные на главных направлениях. На Новой Калужской дороге, в Боровске, находился егерский батальон с регулярными войсками и донскими казаками Комиссарова. Дорогу на Верею в Медынском уезде прикрывали батальон 3-го пешего полка под начальством майора В. В. Спафарьева и казаки Быхалова. В Юхнове, где сходились дороги из Вязьмы и Гжатска, находился другой батальон 3-го полка. Два батальона стояли в резерве в Мосальске, прикрывая уездный город. На дороге из Ельни располагался батальон 4-го пешего полка. Северо-восточнее от него стоял другой батальон, прикрывавший границу Мосальского уезда и поддерживающий связь с частями 3-го пешего полка. Два батальона 4-го полка находились в резерве в селе Спасском. Южнее, на границе Мосальского и Жиздринского уездов, в селе Песоченский Завод, стоял 3-й батальон 5-го полка. Тесное взаимодействие этих формирований обеспечило надежную защиту прикрываемых территорий от неприятельских партий. Когда кордонная стража была не в состоянии справиться с противником самостоятельно, на помощь ей приходили мобильные отряды казаков или части ополчения. Тем самым защитники Калужской губернии всегда имели возможность создать перевес в силах и разгромить любую по численности и составу партию.
К числу экстраординарных мер, направленных на поддержание порядка, относится решение губернатора, запрещающее выдавать жителям паспорта на выезд из Калужской губернии. В предложении Казенной палате, которое слушалось в присутствии 4 сентября 1812 г., это решение объяснялось следующим образом: «А на сих днях получил его превосходительство (калужский губернатор. — В. Б.) от Боровского, Медынского и Мосальского земских судов донесения, что тамошние поселяне, по случаю вторжения в пределы тех уездов небольших токмо партий мародеров, вместо защищения себя, семейств своих и домов, бегут из жилищ своих толпами, чем приводя в страх и других, удобно могут причинить всеобщее и по другим уездам в народе волнение». То есть Каверин, невзирая на угрозу мирным жителям со стороны вооруженного противника, заставлял людей оставаться в своих домах и всеми средствами защищаться от неприятельских партий.
В конце сентября борьба была перенесена на территорию пограничных уездов Смоленской и Московской губерний. В ней активное участие приняли кордонные отряды Мосальского и Медынского уездов, две роты ополчения и казачий полк Быхалова. Этот полк не только боролся с неприятельскими партиями вблизи калужской границы, но и совершил 11 октября партизанский рейд на коммуникацию противника, напав на Колоцкий монастырь. В этот период, помимо уничтожения противника, проводилось усмирение вышедших из повиновения крестьян, которые вместе с неприятельскими мародерами разоряли помещичьи усадьбы. Особый размах подобное явление имело в Ельнинском уезде.
Защищавшие границу войска на случай надобности были обеспечены серьезным резервом в губернском городе, где были сконцентрированы 11 батальонов ополчения (по четыре батальона 1-го и 2-го и три батальона 5-го полков) и еще регулярные войска численностью почти 2000 человек. Эти части, а также три казачьих полка (Тептярский и донские войскового старшины Андриянова 3-го и полковника Андриянова 1-го) были использованы для восстановления порядка в Рославльском и Ельнинском уездах Смоленской губернии и прикрытия от возможного нападения противника Брянского арсенала. Они действовали в составе «корпуса Шепелева», созданного по распоряжению Кутузова от 25 сентября 1812 г.
В Тарутинский период уезды Калужской губернии не были оккупированы противником, авангард Великой армии остановился на границе калужской земли, на реке Чернишне. Поэтому деятельность партизан, направленная на коммуникации и фланги противника, велась в основном в подмосковных уездах. Однако с возобновлением активной борьбы, когда Боровский, Малоярославецкий и Медынский уезды оказались в центре развернувшихся событий, действия партизан переместились в пределы губернии. В октябре, продолжая решать задачи «малой войны», на калужской земле противостояли противнику партии А. Н. Сеславина и Н. Д. Кудашева, а также части «летучего отряда» И. С. Дорохова.
 
В ходе «малой войны» на территории Калужской губернии и в южных уездах Смоленской губернии было убито и взято в плен более 4000 человек. Потери (убитыми и ранеными) среди крестьян, ополчения, казаков и регулярных войск, по имеющимся данным, составили около 200 человек. Данный факт указывает на успешное ведение боевых действий. При этом, как показывают источники, основная тяжесть борьбы с партиями противника лежала на казаках и отрядах самообороны. Последние в течение двух месяцев борьбы превратились в серьезную боевую силу. Если в августе партии мародеров с легкостью рассеивали кордоны, то во второй половине сентября — октябре эти же кордоны были способны уничтожать неприятельские отряды численностью до 100 человек. О том, как сделать из крестьян силу, способную успешно противостоять противнику, Каверин писал 6 сентября в отношении рославльскому предводителю дворянства: «…возбудить обитателей, могущих владеть оружием, к обороне себя, семейств, домов, веры и святых божиих церквей, составить поголовное вооружение, избрав к ним достойных вождей, дать им знаки, по которым могли бы они вдруг стекаться вместе к поражению злодеев. Звук колокола или выстрела и даже сигнал голосом и предворить то разорение и гибель народную, каковые внезапно постигают беззащитных. Постепенно потом можно будет надеяться, что корысть, из наших же земель и домов собираемая и увозимая злодеями, несомненно повлечет воинов наших за собою, а может быть и произойти из того ощутительный вред неприятелям, отечеству же знаменитую защиту, особенно когда вы удачно изберете к тому неустрашимых и благоразумнейших предводителей».
Особенной активностью отличалась деятельность отрядов самообороны в Мосальском уезде, где не было поддержки казаков, и вся тяжесть оперативных действий на пограничном пространстве легла на кордоны. О боеспособности кордонов можно судить и по их вооружению. Так, Боровский предводитель дворянства сообщал 4 ноября 1812 г. губернскому предводителю, что для защиты от мародеров первоначально поселяне вооружились пиками, но впоследствии почти все приобрели ружья, пистолеты, сабли, тесаки, а также порох и «прочего припаса». Косвенным подтверждением наличия значительного числа трофейного оружия служит факт передачи калужанами в конце XIX — XX вв. в музей ряда образцов огнестрельного и холодного оружия, состоявшего на вооружении Великой армии.
Значимость Калужской губернии в «малой войне» наиболее наглядно представлена в выполненных А. И. Поповым подсчетах боевых столкновений. По его данным в Смоленской губернии произошло более 60 боевых столкновений, Московской — более 20, Калужской — более 100. При этом больше половины этих столкновений пришлось на Мосальский уезд, около 40 на Медынский, более 10 на Боровский.
«Малая война» в силу своей локальности не может претендовать на решение стратегических задач. Она носит исключительно вспомогательный характер и своими успехами только облегчает выполнение задач «большой» войны. Анализ документов показывает, что в ходе «малой войны» на территории Калужского края с успехом была решена главная задача — предотвращено распространение неприятеля на незанятые территории вблизи его коммуникационной линии. Это произошло во многом благодаря активной деятельности губернской администрации, которая, применяя подчас жесткие меры, вплоть до запрещения жителям «прифронтовой зоны» покидать свои дома, сумела своевременно создать кордонную цепь по границе губернии, усиленную впоследствии охранительными казачьими отрядами и частями ополчения. Более того, предотвратив стремление неприятеля в Калужскую губернию, местные формирования перешли к активным действиям по соседству, особенно в южных уездах Смоленской губернии, сузив тем самым зону действий неприятельских мародеров и фуражиров вблизи своей коммуникационной линии. Таким образом в ходе «малой войны» оказалось прикрыто стратегически важное южное направление, где располагались продовольственные базы русской армии, Тульский оружейный завод и Брянский арсенал.