Печать Сансары (СИ)

Возможно, смелость пришла ко мне естественно, даже если я потратил годы, пытаясь скрыть ее. Слишком долго я оставался в стороне, наблюдая, как другие приходят и уходят, не осмеливаясь вторгаться в их жизнь, за исключением случаев, когда это необходимо для моей работы. Если бы я продолжал держаться подальше, результат был бы не лучше, а, возможно, и хуже.
Мучительные события прошлого года заставили мою сдержанность по-новому взглянуть на меня. Жизнь была слишком коротка, слишком легко заканчивалась, чтобы так волноваться о таких вещах. Я бы не стал убегать от такой мелочи, как разговор, как бы это ни было больно.
Боль молчания ранила бы так же глубоко и еще более непоправимо.
— О, ты вернулся. Должен ли я быть удостоен чести? Я так понимаю, ты спас мир.
В голосе Арна было явное преимущество, и я не мог не чувствовать, что заслужил это.
— Ничего такого драматичного.
Арн покачал головой.
— И ты меня не пригласил?
— Я думал, ты ненавидишь насилие и хаос. Не лучше ли оставаться дома и не беспокоиться об этом?
— Возможно, если бы не то, что я знаю, что ты там с этой сумасшедшим Юриком, с которым всегда околачиваешься. Кто знает, в какие безумные схемы он втянул тебя на этот раз?
— Что ж, тебе больше не о чем беспокоиться, — резко сказал я. — Он умер.
Рот «третьего» открылся, но он только выглядел пристыженным и ничего не говорил.
Я медленно дышал в тишине, пытаясь сдержать свое горе. Сколько бы времени ни прошло, этого было недостаточно, чтобы избавиться от сожаления.
— Мои соболезнования, — наконец пробормотал он. — Я знаю, что ты был близок.
— Спасибо, — глухо сказал я, потому что именно это вы и делали в подобных ситуациях. — Я… Я знаю, что был с тобой менее чем откровенен. Я не могу извиниться, потому что все, что я делал, было по необходимости. Но я никогда не хотел, чтобы это вызвало у вас беспокойство или вред.
— Мой друг участвует в тайных заговорах и спасает мир на стороне, но, увы, мне не разрешено знать правду для моей же защиты, — Арн сказал это легкомысленно, но не смог скрыть горечь в голосе. — Твой «первый» мне тоже ничего не скажет.
— Мне выделили землю недалеко от окраины города, — сказал я, меняя тему. — Значит, мы будем соседями или достаточно близко жить. Если вам когда-нибудь понадобится моя помощь, вы можете обратиться ко мне. Я найду занятие как можно скорее и планирую отплатить вам за всю вашу помощь во время моего исследовательского проекта. Я не смог бы этого сделать без вашей щедрости, и я не неблагодарен.
— Тебе не нужно об этом беспокоиться, — сказал Арн.
— Но я хочу. Я знаю, что ваши книги не приносят такой прибыли, как вы надеялись, и этого едва хватает, чтобы прокормить вас, не говоря уже о мне. Я ценю жертвы, на которые вы пошли, чтобы приспособиться ко мне, виртуальному незнакомцу.
— И я ценю вашу помощь. Хотя, по общему признанию, твои выходки иногда было трудно увидеть в прошлом. — Арн колебался. — Надеюсь, теперь, когда ты вернулся, ты перестанешь делать такие вещи.
Я слабо рассмеялся.
— Да, я закончил. У меня нет намерения ввязываться в нечто подобное когда-либо снова.
Арн улыбнулся.
— Превосходно. Вы заняты на вечер?
— Насколько мне известно, нет.
— Тогда мне есть, что тебе показать.
Он поманил меня войти, и я почувствовал странную волну ностальгии по разбросанным в беспорядке книгам и кучкам книг, разбросанных по его гостиной. Несколько минут он рылся за столом, бормоча что-то себе под нос, перекладывая стопки страниц, потом протянул мне толстый сверток.
— Что это? — спросил я, затем перевернул страницы, чтобы прочитать их. — О, твоя новая книга.
— Все готово, по крайней мере, первоначальный набросок. Я надеялся, что ты проверишь это для меня. Я знаю, что это нуждается в серьезной доработке, но вы так проницательны.
Проницательно, да? Меня нечасто обвиняли в проницательности, но по сравнению с детской наивностью Арна, я полагал, что, по контрасту, я мог бы выйти достаточно хорошо.
— На самом деле, мне кажется, это стоит отпраздновать, — сказал Арн. — Мы должны пойти куда-нибудь в хорошее место. Может быть, пригласить Арна и Алису присоединиться к нам. Я бы хотел, чтобы он услышал ваши теории о простолюдинах.
 
— У меня не так много теорий, — сказал я, и мое сердце упало при мысли о встрече с человеком, чью семью я разрушил.
Бумаги выскользнули из моих рук.
Арн нырнул, чтобы собрать их и привести в порядок.
— Аккуратнее — предупредил он, возвращая их мне. — Это месяцы моих усилий, которые вы держите.
— Может быть, в другой день, — сказал я, пытаясь отказаться от стопки.
— Дитрий, ты игнорировал меня несколько месяцев. Я настаиваю, чтобы вы присоединились ко мне. Вы уже признали, что у вас нет никаких предварительных планов.
— Я… — я не мог этого сделать. — Хорошо. Хорошо, я сделаю это.
— Превосходно! И будьте осторожны с ними, они сейчас в порядке, но кто знает. Позвольте мне посмотреть, кто сегодня открыт. Вернусь через минуту.
Он открыл боковую дверь в свой сад, и я увидел его желтое сияние, когда он взлетел, прежде чем дверь успела захлопнуться за ним.
Я воспользовался передышкой, чтобы отложить рукопись и перевести дыхание.
К тому времени, как Арн вернулся со списком ресторанов, я уже был в состоянии хотя бы притворяться нормальным. Полет был слишком коротким. Как он и говорил, Арн «четвертый» и Алиса уже сидели за столом и ждали нас.
Алиса никак не отреагировала, когда мы подошли, играя с нитью силы, зажатой между ее руками. Арн, который выглядел странно маленьким без густой постоянной ауры жидкого света, окружающей его, постучал по ней своей тонкой нитью. Если бы я не знал, что когда-то он был едва ли не самым могущественным человеком в мире, я бы никогда не догадался.
Он казался замкнутым, тихо преследуемым, даже когда якобы полностью сосредоточился на своей дочери, скрывая за фасадом улыбки отсутствие. Мое сердце забилось быстрее, и я хотел повернуться и улететь, но Арн выбрал именно этот момент, чтобы помахать и окликнуть.
Арн «четвертый» поднялся с улыбкой.
— Итак, ты — Господин Дитрий. Арн много рассказывал мне о вас.
— Неужели он? — сказал я едва слышным голосом.
— Я вижу, он заставляет вас читать его рукопись. Не волнуйся, скоро все пройдет.
Они оба рассмеялись, и если голос Арна «четвертого» и звучал глухо, то едва слышно.
Алиса уставилась на меня, ее простая конструкция исчезла, когда ее внимание угасло.
Я попытался улыбнуться и слегка помахал рукой.
Мы подошли к столу, и я сел между ними. Он, казалось, откровенно интересовался мной, но не в духе «ты убил мою жену». Как много рассказал ему собеседник? Возможно ли, что он не знал?
К счастью, Арн «третий» смог поддержать разговор на протяжении всей нашей трапезы, взволнованный завершением своего проекта, и я отступил под предлогом корректировки его страниц, чтобы не смотреть на них.
Со своей стороны, Алиса смотрела на меня, но ничего не говорила, пока я, наконец, не повернулся к ней.
— Вы что то хотели? — спросил я, раздраженный ее вторжением, но тут же раскаявшийся в том, что огрызнулся. — Если у вас есть вопрос, — сказал я более мягко, — Вы можете задать его.
— Что ты делал в моем доме? — спросила она. — Ты украл одну из наших коробок.
Хм… В последний раз, когда она меня видела, я использовал ящик для хранения, чтобы спрятать Рикка и… Кто бы там ни был, из другой команды…
И я понятия не имел, как сказать ребенку, что я был там, чтобы убить половину ее семьи. Мне пришлось тяжело сглотнуть при одной мысли об этом, желчь подступила к горлу, когда я вспомнил, как Екатерина медленно умирала под моей рукой.
— Я… Я был…
— Пытался спасти меня, да? — неожиданно вставил «четвертый».
— Это то, что случилось? — спросил «третий», глядя между нами. — Это ты сделал?
— В лучшем случае косвенно, — выдавил я.