Печать Сансары (СИ)

Пожилой мужчина с Зорей наблюдал за дракой с молчаливым неодобрением.
Мое дыхание сбилось от раздражения. Моя интуиция снова меня подвела. Я не мог сказать, выглядел ли кто-то из них виновным. Честно говоря, из всех присутствующих в комнате Юры казался в этот момент самым расстроенным. Я не мог винить ее за то, что она хотела увести свою семью, или Рэбэлса за то, что он забился в угол. Если бы я не знал, что Юра был просто странно жестоким человеком, я бы, наверное, тоже прятался.
Я снова обратил внимание на драку, которая, на удивление, все еще продолжалась. Я бы никогда не подумал, что у неё хватит сил удерживать Юру несколько минут.
Но, с другой стороны, я никогда не видел ее в одежде, изображающей ранг, поэтому я не знал, где она оценивалась.
Они летали вокруг друг друга, описывая узкие круги, обмениваясь вспышками энергии слишком быстро, чтобы я мог разобрать какую-либо индивидуальную атаку. Они казались удивительно равными, хотя я знал, что Юра, должно быть, сдерживается, чтобы не причинить ей вреда. Он продержался так долго, не нанеся ни одного ранящего удара. Это должно было быть преднамеренным; каждое его движение было направлено на то, чтобы контролировать ее движение и заставить ее уступить, а не на причинение вреда.
Теперь они перешли к более сильным атакам, придавая каждой яркой ясности, которой не хватало при обычном использовании силы, яркой резкости, из-за которой их сила выглядела не как нарисованный свет, а как осколки стекла. Эти более целенаправленные атаки отскакивали от внутренней части барьера быстрым стаккато, когда бойцы уклонялись или наносили удары, слишком мощные, чтобы их можно было рассеять.
Я был рад барьеру. Без него все в комнате, вероятно, уже были бы мертвы.
Затем Юра изогнулся и запульсировал, выбив «силу» из-под нее, в то время как ее внимание было в другом месте. Она упала, а Юра последовал за ней с облаком льда, которое рухнуло вниз, приморозив женщину к полу и прижав ее руки и туловище к земле.
— Сдайся, — прорычал он, и я услышал нетерпение в его голосе.
Он устал сдерживаться.
Просто сделай это, молча призвал я ее. Ты же не хочешь рассердить его…
Красная сила хлынула, и лед рассеялся.
Она оттолкнулась в сторону и через мгновение снова встала на ноги, в ее руке снова образовался клинок. Это может продолжаться бесконечно, если она откажется отступать, а Юра продолжит играть с ней, а все, что мы делаем, это даем убийце Арн больше времени для оценки, больше времени, чтобы оправиться от шока разоблачения, больше времени, чтобы спланировать, как действовать. побег.
Я вскочил на ноги.
— Прекратите!
Они удивленно обернулись.
— Пожалуйста, это бессмысленно, — я указал на остальных, — Мы здесь, чтобы найти убийцу Арна, а не драться друг с другом! Мадам, пожалуйста, я обещаю, что Юра не причинит вреда ни тебе, ни твоей семье, если ты будешь сотрудничать. Просто отойди, спрячься в угол, как ребята из Рэбэлса, если тебе от этого станет легче, и как только мы с этим разберемся, можешь идти.
Но она вонзила остроконечное красное копье в грудь Юры.
Юра задохнулся и споткнулся. Отвлекшись на мою мольбу, он ослабил бдительность.
— Нет, — прорычала она.
В ее руке появилось еще одно копье красной силы, и она направила его на горло Юры.
— Сдайся! Выпусти мою семью!
«Второй» зааплодировал.
— Нет! — взревел Юра.
Дуэльное ограждение замерцало, когда все его тело излучало синюю энергию, разрывая красное копье сквозь него, разбивая копье в ее руке на фрагменты, которые растворялись в ничто. Прежде чем она успела среагировать, его сила обрушилась на нее, как разъяренная река, яростно швырнув ее на землю.
Она не двигалась. Ее половина дуэльного барьера начала рассеиваться, красная энергия растаяла, а затем последовала синяя энергия Юра.
Дуэль закончилась.
— Нет!
Желтое пламя вспыхнуло внезапным блеском. Я моргнул и отвел взгляд, ослепляющий свет и внезапный жар обрушились на меня с невыносимой силой. Я попятился, насколько мог, но огня все равно было слишком много.
 
— Мама, нет!
«Пяты», смутно подумал я. Бедный ребенок. Уже балансируя на грани отсутствия отца, как он теперь справится?
Я прищурился и различил стену бело-желтого огня, разделяющую комнату пополам, отделяющую Юру от нее.
«Пятый» опустился на колени рядом с матерью.
— Кто-нибудь, спасите ее, пожалуйста!
Я не мог точно сказать, что произошло, но, когда мои глаза привыкли к яркости, мне показалось, что она все еще дышит. Это было хорошо. Мне бы очень не хотелось представить беднягу Арна, потерявшего обоих родителей.
— Позвольте мне, — сказал человек, которого я принял за Элик, шагнув вперед. Он положил руки на грудь и лоб женщины, затем из его рук засиял серебряный свет, прежде чем медленно распространиться по ее телу.
«Пятый» стоял, сжав кулаки по бокам, желтое пламя скользило по его рукам и вверх по рукам и светилось в его глазах.
— Я принимаю твой вызов, Господин Юрий Зори…
Стена огня рассеялась, когда Юра проткнул ее. Я не был уверен, будет ли он шокирован или зол, но он только покачал головой.
— Это не было предназначено для тебя, мальчик, — сказал он спокойным голосом.
— Ваш вызов был в сторону Арна! И ты отказался отпустить нас. Это означает… — он сглотнул и отвел взгляд, затем сжал кулаки и снова посмотрел на него. — Ты уже причинил боль моей маме. Я остановлю тебя, прежде чем ты причинишь кому-нибудь вред!
Затем женщина слабо застонал, и внимание Арна упало, его огни исчезли в одно мгновение, когда он снова опустился на колени рядом с матерью.
— Мама?
Она покачала головой. Я видел, как шевельнулись ее губы, и Арн напрягся.
— Нет, — сказал он слабым голосом.
Она схватила его за рукав и продолжила говорить слишком тихо, чтобы я мог разобрать.
Юра стоял неподвижно, ожидая, пока Арн отречется, и не шелохнулся. Немного поздновато для разумного поведения, но лучше поздно, чем никогда, подумал я.
— Неважно, я не хочу драться, — пробормотал Арн, и выпрямился, опустив глаза. — Я посижу с Алисой.
Юра отпустил его, и я облегченно выдохнул. Это могло закончиться очень плохо.
— Я же говорила тебе, что это будет веселее, чем стандартная вечеринка, — шепотом сказала Вика «шестому».
Я до сих пор не мог понять, был ли он убийцей или просто ужасным человеком, но в любом случае мне хотелось ударить его. Наверное, к лучшему, что у меня не было ни сил, ни темперамента, чтобы довести до конца такие праздные мысли.
— Твоя дуэль закончилась, — сказал Юра, когда женщину подняли, — Иди, посиди со своими детьми, пока это не закончится.
«Пятый» держал сестру за руку, и они пятились от него к краю внешнего барьера, все еще окружавшего здание.
— Наше дело не будет завершено, пока моя семья не будет в безопасности, — прошипела она, — Ты лучше всех должен это понять.
— Я понимаю. Но я не могу рисковать и открывать выход, пока это не будет улажено.
— Если ответ — это то, что ты ищешь, то я могу помочь. Но только после того, как ты пообещаешь отпустить моих детей с миром.
Юра покачал головой.
— Что ты можешь знать?
— Я точно знаю, кто убил Астаза Зори и почему. Если это действительно то, из-за чего весь этот фарс, тогда просто пообещай свою защиту моей семье, и я расскажу тебе все, что ты хочешь знать.
Что?
Как?
Если мы с Юрой не смогли решить эту проблему за месяцы независимого расследования, а затем еще несколько месяцев дополнительных расследований после объединения усилий, откуда она могла что-то знать? Она была домохозяйкой, которая поддерживала разваливающуюся семью и бегала по всему миру в поисках лекарства от болезни своего мужа.
Хотя… Домохозяйки кое-что слышали. Слухи могли распространяться так же быстро по нижним каналам, как и по высоким. Сплетни слуг могли быть столь же проницательными, как и споры знати.
Но все равно. Как?