Печать Сансары (СИ)

Я выпрямился, затем постучал. Возможно, его даже не было дома, но я должен был попытаться.
— Одну минуту, — прозвучал его голос, который заставил меня улыбнуться.
Я скучал по нему.
Потом открыл дверь и неуверенно замер.
— Привет, Арн. Прошло некоторое время. У тебя есть несколько минут? У меня есть кое-что, что я хотел обсудить с тобой.
— Дитрий! Где ты был? Что на тебе надето?
— Ну, вы знаете, что я исследовал Арна для проекта… Ну, я решил, что также хочу исследовать простолюдинов, так что, — я указал на себя, — Я работал под прикрытием.
Я не был уверен, почему это сказал, но я так долго лгал, что добавление еще одного к этой куче, казалось, не имело значения. Я больше не собирался рисковать говорить правду. Мне повезло, что я спасся от «тренера» чуть ли не ценой своей жизни, и у меня не было никакого желания снова проходить через что-то подобное.
К моему удивлению, лицо Арна просияло.
— Замечательно! Я, ну, честно говоря, не решался поднять с вами эту тему, но я долгое время думал, что нам нужно более широко вовлекать простолюдинов в нашу политику. Я работал с Арном Раммой, ну, я имею в виду алхимика, а не Марта. Ну, очевидно, что в данный момент наш прогресс немного застопорился. Но я думаю, что может быть способ решить проблему брака.
Я улыбнулся, удивляясь, почему я так волновался.
Это был Арн, просто погружающийся в любую интересующую для него тему. Он не будет держать зла… Конечно, он не стал бы. Он просто был бы рад снова с кем-то поговорить.
— Хочешь войти? У тебя есть время?
— У меня вообще ничего не запланировано. Я был удивлен, не увидев вас в Зорях. Вы решили прекратить гастроли раньше времени?
«А почему я начал обращаться на вы? Это как-то связанно с моим, кхм, костюмом?»
Он пожал плечами.
— Без тебя все было по-другому, и я хотел проверить Арна.
— Какой Арн? Ты говоришь, что он алхимик… Я прошел через несколько Арнов, но не встречал алхимика. Он тот, кто всегда путешествует?
— Нет. Он, ну, в данный момент нездоров. Я хотел бы представить вас. Честно говоря, он главная движущая сила нашего проекта простолюдинов.
«А он не про четвёртого ли говорит?»
— Нездоровый… Типа, нездоровый?
— Да, — сказал он и замялся, — Я полагаю, ты напоминаешь мне его. Надеюсь, ты не чувствуешь, что я был слишком, ну, напористым. Он пообещал поехать со мной в турне, чтобы пощупать людей, прежде чем мы решим, сколько я выложу публично. в моей следующей книге. Ты знаешь, очень трудно внедрить социальные изменения без противодействия со стороны общества? Но, очевидно, это провалилось, так что… — он пожал плечами. — Возможно, я использовал тебя в качестве замены.
— Это нормально. Мне действительно было весело. Я был бы не против снова поехать с тобой в тур. Если бы ты меня пригласил.
— Мы все должны уйти, как только Арну станет лучше. Я уверен, что он хотел бы услышать ваше мнение о простолюдинах, — он взял лист бумаги, — Что ты думаешь о простолюдинах, для протокола?
— Ну, в основном, нам нужно перестать их увольнять и, возможно, сделать такие вещи, как общественный транспорт, более публичными. Мы можем за несколько часов перевезти десятки людей на расстояние, на которое у них уходит несколько дней или недель. Службы сообщений могут быть расширены за счет включения простолюдинов, а также, что сделало бы территории намного более тесными. Когда есть горы, по которым требуется неделя, чтобы пересечь один город в другой, трудно поддерживать отношения. Но для нас это простой час полета.
Арн выглядел потрясенным.
— Они путешествуют так медленно? Правда?
— Что ты от них ожидаешь? У них нет силы, они не могут летать.
— Но… — он прервался, — Думаю, ты прав. Есть множество способов глубже интегрироваться в их жизнь. Но… С этим тоже есть проблема.
— Что это за проблема?
— Близость. Пока мы остаемся отдельными, мы можем смягчить потерю власти, но пока мы не решим проблему брака, любая интеграция знати с простолюдинами чревата опасностью.
— Что такое проблема брака? Я не слышал об этом.
 
— Ну, ты знаешь, как это бывает. Люди влюбляются друг в друга даже тогда, когда не должны. Это исторически случалось между враждующими домами, и ты можешь быть уверен, что это произойдет между дворянами и простолюдинами, если представится малейшая возможность. Иногда это уже случается, и каждый раз это на одну линию меньше для будущего. Мы можем потерять только столько, прежде чем наша кровь окажется слишком тесно связанной, и все развалится.
— Значит, не будет ли хорошо привлекать простолюдинов?
— Так должно быть. Но это не так. Это проблема брака. Если у двух дворян есть общий ребенок, их сила объединится, чтобы создать камень. Только когда это два дворянина.
— Это звучит как проблема.
— Многое из того, что мы делаем, направлено на то, чтобы наши линии не потерялись, и это нездорово для отношений между дворянами и простолюдинами. Они выполняют свою работу, обеспечивают продовольствием и сырьем, а мы оставляем их в покое.
— Итак, ты говоришь, что «четвертый» — я имею в виду, что твой алхимик Арн работает над решением этой проблемы? Как?
— Понятия не имею, правда. Он алхимик. Я только знаю, что он много путешествовал, разговаривал с экспертами на Рэбэлсе и Зори. Он сказал, что приближается, но потом… Ну, прогресс застопорился.
— Есть ли шанс, что он продолжит?
Арн пожал плечами.
— Я проверял его каждый месяц, и они всегда говорят одно и то же. Он жив, его сила активна, но он не отвечает. Хочешь увидеть сам? Я действительно не помню всех терминов, которые они используют, но, если у тебя есть вопросы, ты должны задать их лично.
— Конечно, это было бы очень полезно, спасибо.
— Ну, ты в этом с нами, я уверен, что он захочет встретиться с тобой, как только ему станет лучше. И если есть шанс, что ты знаешь что-нибудь, что могло бы помочь…
— Маловероятно, но как знать. Я достаточно хорошо знаком с целебными травами.
— Отлично! Тогда я назначу встречу позже на этой неделе. Где ты остановишься? Все еще в доме Сола?
— О, я даже не знаю. Я… Может быть? Не знаю…
— Выгнали за то, что тасуешься со слишком большим количеством простолюдинов? — сочувственно спросил он.
— Да нет… Я не возвращался с тех пор, как мы вместе отправились в тур.
— Правда? Значит, ты все время был в центре города? Это самоотверженно!
Я невесело посмеялся над этим. Да, конечно, самоотверженно…
Меня избил до полусмерти Юра, и приковал к постели на несколько недель.
Но рассказывать об этом — не буду. Я усвоил урок честности. Дворяне этого не оценили.
— Ты можешь остаться здесь, со мной. Мне придется перевезти кое-что, гостевая спальня сейчас немного забита книгами, но я могу освободить место!
— Я не могу просить тебя об этом.
— Хорош, а! Не будь упрямым. Мы снова будем работать вместе, верно? Зачем тратить время на поездки туда и обратно, когда ты можешь остаться прямо здесь?
— Ну, ладно.
Я действительно не хотел спровоцировать конфронтацию с «первым» или Солом.
Привлекать их внимание к себе казалось неразумным. Чем дольше я позволяю им забыть о моем существовании, тем в большей безопасности я буду.
— Спасибо.
— В любое время. Хотя… — он ухмыльнулся, — Хочешь помочь мне передвинуть несколько коробок?
  
Глава 40
 
«Четвертый»
 
«Четвертый» лежал неподвижно, паря примерно в десяти сантиметрах над кроватью в хорошо оборудованной больничной палате.
Несколько трубок соединяли его с небольшими машинами, сложенными вдоль стены у изголовья кровати. Он был худ, ослабленным от долгого бездействия, глаза полуоткрыты, но совершенно неподвижны. Если бы не его ровное дыхание и сила, пульсирующая в нем, я бы подумал, что он мертв.
Его аура прилипла к телу, толстый слой мерцающего золотого света пронизывал радужными отблесками синего, красного и серебряного, которые вспыхивали и исчезали. Силовое ядро рядом с его сердцем каждую секунду пульсировало разными оттенками: желтым, синим, желтым, красным, серебряным, желтым, красным, желтым, желтым, синим, серебряным, желтым… Бесформенным, каждое мерцание угрожало дестабилизировать его ауру. Местами она истончалась, местами вздувалась, колеблясь, как студенистая жидкость, по всему его телу с каждым импульсом его нестабильной силы.