Принцесса и маг зимы, или Переписать судьбу (СИ)

— Вас интересует, что будет с подпространством? Здесь существуют две версии. Первая: оно тоже исчезнет вместе со Скейдой. Вторая: уцелеет, но окажется неизвестно где, привязав к себе душу и тело Скейды. Пока кто-то не найдёт и не освободит её. А поскольку она никому не нужна, кроме Феки, а тот вряд ли сунется в наш мир, то ведьма будет обречена.
Да, такая участь хуже любой тюрьмы и даже смерти, но, поразмыслив, я решил, что Скейда это заслужила. Лишь бы найти артефакт.
— А почему, — выйдя из-за очередных деревьев, мы остановились, и я поразился, сколь тонкая грань отделяла помертвевший Забытый Лес от мира, в котором бурлила жизнь, — почему вы так уверены, что снейфнег — это пространственный артефакт?
Хэг посмотрел на меня, склонив голову набок; знакомая самодовольная улыбка появилась на его лице.
— Мне двести девяносто пять лет, Ярвенн. Больше ста из них я провёл в библиотеках, и примерно столько же изучал различные артефакты. Вы сомневаетесь в моих сведениях?
— Нет, конечно, не сомневаюсь, — я усмехнулся в ответ, протягивая ему руку. — Спасибо за… сведения. И за предупреждение. До встречи.
Его рукопожатие было, как всегда, твёрдым. А затем Хэг отошёл в сторону, принял драконью форму и улетел под восторженные крики ребятишек из Эйпри, игравших не так далеко, чтобы не увидеть это зрелище. Всё же крылатые ящеры умели производить впечатление на людей.
А мне вспомнилась наша первая встреча…
— Добрый день. У меня тут кое-что есть, случайно не ваше? — прозвучал за спиной безукоризненно вежливый голос. Странно было слышать такое обращение. Вместо: «Эй, ты, погань, что на дороге забыл?», как и полагалось говорить с грязным, оборванным бродягой.
Я обернулся и увидел человека, не уступавшего мне в росте. Вернее, судя по вычурной одежде, дракона. Серебристо-белые — или седые? — волосы, синие глаза и благостное выражение лица. Словно добрый дух явился. А после знакомства с проклятым феем такие типы вызывали у меня только подозрение.
Дракон держал в руке алмазный перстень. Тот самый, который у меня сорвали с пальца в драке с городской стражей.
— Да уж, день добрее некуда, — мой голос прозвучал хрипло. Я откашлялся, произнёс твёрже: — Вы не ошиблись, это моё. Отдайте, — и, вытянув руку, пошевелил пальцами. А затем, видя, что артефакт мне возвращать не торопятся, шагнул вперёд, угрожающе сузив глаза и держа кулаки наготове.
Это нисколько не впечатлило дракона. Он был намного старше, да и тоньше меня в кости, но явно считал, что магия убережёт его от всяких отчаявшихся преступников.
— Я так и думал. Знаете, чтобы забрать перстень у начальника стражи, мне пришлось потрудиться. Сначала копаться в его мозгах, потом вычистить память… Поэтому я не могу просто так отдать вам артефакт, — и дракон продолжал таким тоном, словно мы с ним встретились на званом вечере:
— В сказаниях и легендах сделками и договорами часто балуется нечистая сила. Тёмная. И так уж вышло, что в моей крови тоже немало тьмы. Почему бы не поддержать традицию? Давайте пойдём вон туда, — он сделал приглашающий жест в сторону мрачного, недружелюбного леса, — и славно побеседуем.
Пару мгновений я смотрел на благородного дракона и думал, не сломать ли ему мощным ударом кулака благородный нос. Выхватить перстень, а там уже заморозить ошеломлённого противника на месте. Вряд ли он когда-нибудь в жизни получал по физиономии от человека. А значит, мой выпад мог стать для него неожиданностью…
Дракон улыбнулся, и я вдруг понял, что он читает мои мысли.
— Мне кажется, всё же лучше поговорить, — вкрадчиво прозвучал его голос. — Мы с вами, Ярвенн — да, я знаю ваше имя, — можем быть полезными друг другу. У нас общий враг, а это всегда сближает. Кто знает, вдруг у нас вдобавок появится общая цель?
Я ещё немного поразмыслил. А затем посмотрел в его безмятежные глаза и медленно кивнул:
— Будь по-вашему. Но только в голову мне больше не лезьте, ладно? Если я соглашусь на сделку, это станет моим первым условием.
  
— Как угодно, — не стал возражать дракон.
Сделка пришлась мне по душе, и договор скрепили кровью. «Нечистая» тьма показала себя намного честнее так называемого света…
Вынырнув из воспоминаний, я шагнул прочь из Забытого Леса. Сразу окунулся в звуки, запахи, ощущение лёгкого ветерка на щеках. Проводил взглядом белую точку на горизонте. И как быть с прошлым, если в настоящем всё сложилось не так, как я думал?
Очевидным было лишь одно — беда приближается. Я это знал и чувствовал, как маг. И как единственный, кто успел кинуться следом за принцессой Риатэль в часы-портал.
  
ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ГЛАВА I
 
— Ах, как вам идёт этот бирюзовый цвет, Ваше Высочество! А жемчуга, лучшие жемчуга Феллесского моря? Они сделают перламутровый оттенок ваших рук и плеч ещё нежнее! А может быть, для встречи с родителями Белейшего фея лучше выбрать алмазные серьги? У вас такие красивые ушки, принцесса, и алмазы это только подчеркнут! Сиэнгви и его родители будут сражены вашей красотой!
— Пожалуйста, никаких алмазов, — устало попросила я. Суетившиеся вокруг феечки-служанки на время притихли, но затем снова принялись щебетать, подбирая наряды и украшения. Я напоминала себе куклу, которую множество маленьких, сверкающих крылышками хозяек наряжает на праздник. И, несмотря на яркий солнечный день, возбуждение и суматоху, царившие вокруг меня, не испытывала ничего, кроме смятения. А то, что мысли служанок то и дело колокольчиками звенели у меня в ушах, тем более не помогало делу.
Сегодня я должна была встретиться с отцом и матерью Сиэна в Малой Аквамариновой Зале, а через несколько дней вытерпеть брачный обряд в Большой. Однако на смену былому счастью пришла гнетущая тоска.
На сей раз повторялись те же события, что и в прошлом. Никаких отклонений. Ничего лишнего. Может, именно поэтому я чувствовала себя, как во сне или в лихорадочном бреду. Сейчас мне подберут вон то платье насыщенного сапфирового цвета, я вдену в уши серьги, застегну на руках красивейшие браслеты и, приняв фейскую форму, полечу на праздничный обед с Сиэном и его родителями. Я словно наблюдала за собой со стороны.
— Ваше Высочество! Ваше Высочество! — Ко мне пробилась фея с небрежным пучком чёрных волос на голове. Это была Ксанна — молчаливая, сдержанная, умеющая хранить тайны. И она держала в руках письмо втрое больше её самой. Письмо, скреплённое… ледяной печатью. «Ярвенн!»
— Его прислали в академию для вас, — объяснила Ксанна, передавая мне бумагу. Я слышала, как остальные служанки удивлённо шепчутся под звон своих неумолчных крыльев, но мне уже стало всё равно. Дрожащими руками я развернула письмо и прочитала:
«Принцесса!
Узнал, что ты готовишься к свадьбе, и хотел бы тебя поздравить, но не могу. Надеюсь, что ты поймёшь. Забудь, что я называл тебя глупой девчонкой: это всё от злости. На самом деле, я ценю твой ум. Ты ведь не сразу бросилась искать меня, поняв, что портал всё же выбросил тебя в прошлое…»
Я до боли прикусила губу. Значит, всё время это был Ярвенн! Я угадала правильно! И теперь он признавался, что помнил!
«Ты составила план и следовала ему. Честно признаться, сначала я был невысокого мнения о тебе. Но когда ты кинулась освобождать меня в лесу… пошла со мной и Рэйбом ради спасения Ави… зажгла огоньки, чтобы согреть детей, хотя это выдало твою магию… Что уж говорить — когда я узнал тебя поближе, то понял, что ты не предательница и не тень крылатого негодяя, а просто сильно запуталась. И сейчас хочешь всё распутать. А я хочу помочь тебе…»
Я должна была отбросить это письмо прочь, словно ядовитую змею. Ведь Ярвенн помнил, а значит, всё, что он делал до сих пор, могло оказаться игрой. Хорошо продуманным планом. И он по-прежнему ненавидел Сиэна.
Но я продолжала читать.