Бойфренд для Цесаревны (СИ)

— Фридрих, ты решил полноценный боксёрский раунд провести?
— Да, а что? Ты же на шпагах или саблях биться не будешь?
— На шпагах? На саблях?.. Нет, извини. Ладно, хочешь, проводи боксёрский бой. Паш, принеси мне тоже пару перчаток.
Надев принесённые Павлом перчатки, стукнул кулаками друг о друга.
— Ну что, Фридрих, начинаем?
— Ты не хочешь извиниться за недостойное поведение? — Спросил он. Я даже не нашёлся, что ответить. Смотрел на него.
  
— Нет, Фридрих, не хочу, так как ничего недостойного я не делал. А твоё Высочество не желает отказаться от русской цесаревны, Ольги Николаевны?
Присутствовавшие переглянулись. Я увидел, как Зоя прикрывает Настю, которая тайком снимает всё на свой мобильник. Вот две козы. Я же сказал им перед этим, чтобы ничего не снимали.
— Нет, я не откажусь от своей невесты.
— Жаль, Фридрих. Тогда честь Ольги Николаевны будем отстаивать здесь на ринге, в честном поединке.
— Я согласен. Это мои секунданты. — Фридрих указал на двух своих сопровождающих. Я с умным видом кивнул.
— Хорошо. Павел, Игорь, будете моими секундантами.
На ринг шагнул Владимир.
— Итак, господа, у вас бой. Правила следующие…
— Володь, это лишнее, так как правил нет. Это бой без правил.
— Как так, Андрей? — Удивился старший брат.
— А так. Нет, дело до убийства, конечно доводить нельзя. И калечить друг друга тоже. А вот вырубить противника, то есть отправить в глубокий нокаут, это наша обязанность и цель. Кто отправит противника в нокаут, тот и выиграл. Поэтому, Фридрих, пусть снимет боксёрки. Я же босиком. Хотя если он хочет, то может не снимать. Мне всё равно.
Володя посмотрел на Фридриха. Тот кивнул, таким образом принял мои правила, в которых, по сути, правил не было. Боксёрки он снял.
Мы встали друг против друга. Володя махнул рукой.
— Бой! — Крикнул он и отскочил назад. Фридрих сразу заскакал, приняв боксёрскую стойку. Я тоже, только скакать не стал. Начал двигаться по кругу. Фридрих, сделав обманное движение, провёл атаку. Я успел увернуться и отскочить. А неплохо, так Фридрих движется. Надо быть аккуратным. Саксонец вновь провёл атаку. Я ждал этого. Сместился вправо и нанёс удар ногой ему по прессу. Он выдержал. Тоже отскочил назад. Хорошо держится. Я тут же начал свою атаку. Крутанулся и нанёс удар ему в голову. Но Фридрих успел закрыться. Удар пришёлся ему в плечо. Прыг-скок, вновь прыжок, только на этот раз целью было левое бедро. Попал. Правая его рука пошла вниз, открывая его лицо справа. Хуг слева. Фридрих качнулся. Я не останавливался. Хотел пробить ему в лоб, как сам получил хуг справа. Не слабо так. В какой-то момент даже звездочки словил. Но не упал, моментально оттянулся назад. Фридрих уже не прыгал, стоял на месте. Бедро я ему всё же пробил, как и правую часть лица. Он тоже словил звёздочки в глазах. Некоторое время мы ничего не предпринимали. Потом Фридрих, опять пошёл в атаку. Хорошо так боксировал. Пришлось уворачиваться. Но я сумел его поймать. Пробил ему пресс, сбивая дыхалку. Он замедлился. Я тут же нанёс удар в голову. И с разворота — уширо маваши, второй удар опять в голову. Фридриха повело. Он не упал сразу, но потерял ориентацию во времени и пространстве. И как добивающий, подскочив к нему, подпрыгнул и ударил сверху вниз, третий удар в голову. Всё, Фридрих грохнулся. Я ходил около него. Он пытался подняться, но каждый раз падал. Из его носа текла кровь. Губы тоже были разбиты. Я ждал. Всё же он сумел подняться. Стоял покачиваясь. Я не двигался. По идее, мне сейчас хватило бы одного удара, чтобы вырубить его окончательно. Но я не делал этого.
— Фридрих, я думаю, что на сегодня хватит. Давай прекратим и будем считать, что у нас ничья. Никто никого не отправил в нокаут. — Он молча кивнул. Я подошёл к нему и пожал его руки. — Фридрих, тебе нужно привести себя в порядок.
— У нас ни ничья, Андрей. Я проиграл. Ты просто не стал меня добивать.
— Фридрих, условие было одно, отправить противника в нокаут. Я не в нокауте. Ты тоже.
Старшие Самарины покинули спорт зал. На последок, женщины мне похлопали в ладоши. Заметил, как Зоя смотрела на Фридриха.
— Зоя, помоги принцу умыться и привести себя в порядок. Пожалуйста.
Девушка подошла к Фридриху.
— Пойдёмте, принц, я помогу Вам. — Он посмотрел на неё, улыбнулся.
— Да, я был бы Вам благодарен.
Они ушли в душевую комнату при спортзале. Появился дед. Посмотрел на меня, покачал головой. Игорь, Павел и Володя, заинтересованно смотрели то на деда, то на меня.
— Ну как, доволен?
— Чем, дедушка?
— Тем, что начистил саксонскому принцу физиономию. У тебя, Андрей, никакой дипломатичности. Мог бы не разбивать ему нос. — Дед помолчал, потом усмехнулся. — А молодец, паршивец. Сразу видно, Самарин. Ну и как, ознакомился с одной из внучек Круппа?
Парни при этих словах посмотрели на меня. Все трое стали ехидно усмехаться.
— Ознакомился, дедушка. Можно я пока знакомиться в живую с мадемуазель не буду?
— Это почему? Нет, Андрюша. Познакомится Вам надо. Сыграем свадебку, всё честь по чести. За неё Крупп богатое приданное даёт. А потом в Южную Америку с молодой женой поедешь.
Трое его старших внуков засмеялись. Фрол Никодимыч бросил на них недовольный взгляд. Братья заткнулись. Вот это засада натуральная. Надо побыстрее с Ольгой сваливать отсюда на Дон или на Кубань. Потом на Терек. А дальше, Россия-матушка большая. Только один Урал чего стоит, я уже не говорю о Сибири. А там глядишь и фройлян выдадут замуж и без меня.
Фридриха и его сопровождающих просто так не отпустили. Всех пригласили к обеду. Накрыли в большой гостиной. Зоя суетилась около Фридриха. Он, кстати, тоже во всю с ней общался. Причём, с большим энтузиазмом. Девчонка ему явно понравилась. Это хорошо.
Вообще за обедом все довольно свободно общались. Дед задавал вопросы принцу. Оказывается Фрол Никодимыч был знаком с родителями Фридриха и многими родовитыми семьями Германии. Интересно девки пляшут. Хотя о чём я, если у него дела с господином Круппом, стальным королём Второго рейха. Да, Второй рейх не прекратил своё существование в 1918 году. Обстановка была такая за столом, словно я не отоварил принца Саксонии совсем недавно до кровавых соплей. А он меня. Нормально так посидели. Потом я проводил Фридриха. Со мной вышла на крыльцо так же и Зоя. Когда немчура уехала, спросил её:
— Зой, скажи честно, Фридрих тебе понравился?
— Честно?
— Да.
— Да понравился. Он мне давно уже нравился. Только, Андрей, никому, пожалуйста не говори этого. Хорошо?
— Господи, сестрёнка, я думаю, что это секрет полишинеля. Но обещаю, что никому не скажу о твоём романтИке в отношении Саксонца.
Часиков в пять дня, мне позвонила Ольга.
— Здравствуй, Андрей.
— Здравствуй, Оль. Как ты себя чувствуешь? Не заболела после купания вчерашнего?
— Нет, что ты. — Услышал, как она засмеялась. — Мне очень понравилось всё. И даже, твои бесстыжие глаза, которыми ты на меня смотрел.
— Что так было заметно? Что глаза бесстыжие?
— Очень даже.
— Всё, придётся мне в монастырь идти, плоть свою усмирять.
Опять в трубке её смех.
— Андрей, не надо в монастырь. Прошу тебя.
— Ты так за меня волнуешься, Оля?
— Не за тебя, за монахов. — И смех в трубке.
— Завидую монахам. За них сама цесаревна беспокоится. Оля, у меня к тебе есть предложение. Не знаю согласишься ли ты. А особенно согласится ли шеф Отдельного Корпуса Жандармов и твои родители. Но если согласишься, то обещаю тебе незабываемые впечатления. Ты не пожалеешь.
— Правда? А что за предложение?
  
— Оль, это не телефонный разговор.
— Хорошо. Приезжай сейчас в Кремль.
— В Кремль? А может…
— Андрей. Ты телевизор смотришь? Интернет? Пока хватает. Там опять крутят, как мы с тобой в кафе ходили. Знаешь, дурдом какой-то!
— Оль, это не дурдом. Твои подданные очень хотят о тебе знать, как можно больше. Чем ты интересуешься, что тебе нравится и так далее. Простые обыденные вещи. Это нормально. Гораздо хуже, если твоим подданным ты будешь не интересна.