Бойфренд для Цесаревны (СИ)

— А с кем конкретно сцепились?
— С представителями двух влиятельных кланов САСШ. Пока в Латинской Америке всем управлялись местные Самарины, американцы мирились с этим. Тем более, у тех Самариных были хорошие связи с политической и деловой элитой САСШ. В общем-то они сами входили в эту элиту. А потом эта авиакатастрофа. Может это и была случайная случайность, а может и спланированная. До сих пор нет однозначного результата, который давал окончательный ответ на этот вопрос. Хотя официально признанно, что это был несчастный случай.
  
Я засмеялся.
— Ага, можно верить? Особенно если там замешаны англосаксы?
— Вот и я о том же. Ты знаешь, что такое доктрина Монро?
— Знаю. Доктрина была выдвинута при пятом президенте САСШ Джеймсе Монро в первой половине 19 века. Суть в том, что вся Латинская Америка была объявлена зоной исключительно интересов САСШ, её задним двором и европейцам там делать нечего.
— В принципе всё верно. Так вот, когда пресеклась южноамериканская ветвь Самариных, их активы попытались прибрать к рукам два влиятельнейших клана САСШ. Так, как посчитали, что это теперь принадлежит им. Но тут в дело вмешались европейские Самарины, то есть вы. Юридически именно они имели право на наследство, как единственные родственники. Это даже в самих САСШ признали, правда скрипя зубами. Вас Самариных сначала попытались выжить оттуда административными методами. Но я же сказал, что на вас где залезешь, там и слезешь. 10 лет назад это противостояние перешло в горячую фазу. Первым погиб старший сын Фрола Никодимыча с женой и маленьким сыном, когда отправился возглавить все активы Самариных.
— Это много?
— А тебе что, дед не говорил?
— Конкретного разговора не было. Но он мне тут сказал, что пора мне принимать южноамериканское наследство.
— Много, Андрей, очень много. Это алмазы в Бразилии и Венесуэле. Берил, аметист, топаз. Большое месторождение изумрудов в Колумбии. Это только верхушка айсберга, Андрей. Добыча наобия и тантала, которые используются для получения высокопрочных сплавов и металлорежущих инструментов. Огромное месторождение молибдена в Чили. Второе место в мире по добычи этого металла в Боливии. Что такое молибден не надо объяснять?
— Нет.
— Добыча серебра, золота и платины. Медные рудники. Добыча вольфрама. Добыча олова тоже в Боливии, так называемый «Оловянный пояс Боливии». И самое главное — нефтедобыча и частичная переработка в Венесуэле и Перу. Вот теперь представь какой это куш?
— Ничего себе! Вот это засада!
— Вот-вот. 10 лет назад противостояние Самариных с двумя кланами из САСШ перешло в горячую фазу, после того, как там погибла семья старшего сына Фрола Никодимыча. Начались самые настоящие боестолкновения. Ты знаешь, что такое ЧВК?
— Знаю, не идиот. Это частные военные компании.
— Совершенно верно. У корпорации «Русские оружейные заводы» одна из самых жёстких и профессиональных ЧВК. Вооружённые до зубов. Не только стрелковым оружием и легкой броневиками. Нет. Там и танки есть и артиллерия и авиация. Боевые вертолёты. И даже пара боевых кораблей. Своего рода частная армия. Она так и называется «Роза». Туда идут не только профессиональные военные из русской императорской армии, но и иностранцы. Корпорация их вооружает, одевает, обувает, кормит, поит, хорошо платит. Очень хорошо. Плюс социальные гарантии и корпорация своих людей не сдаёт, кто бы он не был. Все, кто попадает в «Розу», при подписании контракта, дают ещё и присягу на верность корпорации. И горе тому, кто потеряет доверие.
— Я это понял, предателей карают.
— Трусов выбрасывают с позором, без выходного пособия. И вносят в чёрные списки. Попав в эти списки, ты никуда на приличное место, даже за границей не устроишься. А предателей да, карают. Карают жёстко. Но это ладно. Кроме боестолкновений между вооружёнными головорезами, янки тоже имеют свои ЧВК, начался самый натуральный отстрел членов семей этих двух американских кланов. И без разницы, кто попадал под удар, взрослые или дети. Вы, Самарины, в этом плане, как я уже сказал, человеколюбием не страдаете, тем боле убийство детей начали не вы, когда погиб маленький внук Фрола Никодимыча. Кроме этого, в результате каких-то мутных финансовых операций произошло банкротство нескольких финансовых компаний, принадлежащих этим двум американским семьям. Общих ущерб на тот момент составил порядка 900 миллиардов североамериканских долларов. На фондовом рынке началась паника. Одним словом, дело дошло до того, что пришлось вмешиваться государственным структурам. Как со стороны правительства САСШ, так и со стороны России. Боевые действия прекратились. Убийства и покушения на членов, как американских кланов, так и на членов твоего клана тоже прекратились. Банкротства тоже прекратились. Но на долго ли?
— Ага, поэтому дедушка решил меня отправить в страну, где много диких обезьян. Весело!
— Посмотри на это с другой стороны, Андрей. Так тебе дают возможность проявить себя. Показать кто ты и чего стоишь⁈
— Классный экзамен! А для Вас то какая радость, да, Алексей Николаевич⁈ Исчезнет раздражающий фактор в моём лице и опять наступит тишь да благодать. И Цесаревна, глядишь, успокоится и допустит до себя саксонца.
— Это было бы не плохо.
— Вот и я о том. А если меня там ещё и ненароком грохнут, ну так случайно, по ошибке, всем будет хорошо. Кроме меня, конечно.
— Зря ты так, Андрей. Запомни, Самарины никогда своих родичей никому не отдают.
— Но я не настоящий Самарин, я из другой реальности.
— Почему же? Генетически ты Самарин. Причём, очень близкий родич, как внук для Фрола Никодимыча. Поверь, а он воспринимает, как и все вы Самарины, очень близко родную кровь. Поэтому не всё так плохо, Андрей. Да и мы тебя не оставим без внимания. Или ты думал о тебе забудет Отдельный Корпус Жандармов? О таком ценном кадре? Ошибаешься.
— Правда? Ну спасибо, Алексей Николаевич. У меня прямо от сердца отлегло. Настроение поднялось на небывалую высоту. Приеду домой, буду прыгать от счастья до потолка.
— Не ёрничай.
— Я всё понял, Алексей Николаевич. Знаете, я всей душой с Отдельным Корпусом Жандармов. Хотя скажу сразу, секретов семьи сдавать не буду. Тем более, я их и не знаю. Но дам Вам дельную мысль. Поставьте маяк мне на байк.
— Зачем?
— Будете знать, где я катаю Цесаревну.
— Ты что опять собираешься её возить?
— Конечно. А что в этом плохого?
— Послушай меня, Андрей. Как я понял, вы на озере купались?
— Купались, ели блины с красной икрой, землянику.
— У Ольги не было купальника!
— И что? Не бойтесь, она купалась не голая. В своём нижнем белье. — Сказав это я тут же заткнулся, глядя в бешеные глаза шефа Отдельного Корпуса Жандармов. — Да всё нормально было, Алексей Николаевич. Ничего такого не было.
Он некоторое время молчал, глядя на меня. Потом сказал:
— Пойми, с ней так нельзя. С какой другой можно, но не с ней.
— А что не так? Я же говорю, ничего не было. Или то, что она Цесаревна? Алексей Николаевич, она в первую очередь девушка. От всей этой… От всего этого официоза, она устаёт. Ей нужна разрядка. Хоть иногда. Просто в какие-то моменты побыть просто девушкой, обыкновенной простой девчонкой. Она отдыхает тогда. Поверьте, это идёт только на пользу и ей, и всем остальным. Я заметил, что народ очень любит её. А раз так, значит она должна быть ближе к народу.
— Как это понимать?
— Да вот так просто выезжать к народу. Просто посидеть в кафе, погулять среди других людей в парке или покупаться на пляже. Негатива тут нет, зато сколько позитива. Я вообще хочу предложить ей тур.
  
— Какой тур?
— По России. Без кучи придворных, без фанфар и прочей лабуды. А, например, сядем с ней на байк и проедемся по Дону или по Кубани, как простые байкеры. Там же казачество. А что такое казачество? Это один из самых преданных и верных престолу столпов, на который опирается корона. Там она будет в безопасности. Казаки за неё кому угодно глотку перегрызут.