Бойфренд для Цесаревны (СИ)

— Начни с самого начала. — Посоветовал мой личный телохранитель. Вкупе с секретарём Борисом они хорошо с этим справлялись.
— Ну если с самого начала, то сначала ничего не было и во тьме и хаосе летал святой дух. Потом он создал звезды, земную твердь, солнце и луну. После чего сотворил океаны и разных гадов морских, и рыб. Землю заполнил деревьями и населил животными и птицами. И наконец сотворил из глины человека, дав ему имя Адам.
  
Ли кивнул с умным видом.
— Я в курсе этого, Андрей. Так что это можно пропустить.
— Хорошо. Про Еву, Каина, Авеля и прочих тоже пропустим?
— Пропустим.
— Хорошо. Тогда о том, что случилось 15 лет назад. Здесь, в Южной Америке. Тогда погибла, практически, вся семья Самариных. Местных Самариных, не тех, кто в России. — Ли кивнул. Я продолжил. — Так вот, но незадолго до своей гибели Самарины успели вложится в очень крупные активы в Индии и в Южной Африке. А точнее в алмазные копи, изумрудные и рубиновые. Вкладывались не на прямую, иначе Английский синдикат не позволил бы им это сделать. Так как Индия и Южная Африка была их вотчиной. Самарины действовали через подставные компании. В итоге, почти тогда же Оппенгеймеров, которые сохраняли монополию в Синдикате, потеснили и очень сильно потеснили Ротшильды, захватив главенствующую роль. После чего, появился вот такой аналитический доклад в офисе Синдиката в Лондоне. Посмотри. — Я повернул к нему экран монитора. Ли ознакомился. Посмотрел на меня.
— Они поняли, что Самарины отхватили у них крупный куш⁈ — Даже не спрашивая, а утверждая проговорил он. Я кивнул. — И судьба местных Самариных была решена! — Закончил Ли. Я опять кивнул. — Мои действия? — Задал коротко вопрос китаец.
— Вот эти бумаги находятся в Лондоне. И мы навряд ли их получим. Это и ежу понятно. Но обязательно должен быть второй экземпляр документов. Их надо найти. Я разговаривал с Её Величеством, по закрытому каналу связи. Она сказала, что второй экземпляр должен быть здесь, в Буэнос-Айресе. В офисе его нет точно. Я когда стал вступать в наследство, спецы, приехавшие из Москвы, проводить аудит, не нашли никаких бумаг, относящихся к этому делу. Значит так, Ли, тебе задача. Найти всех тех людей, которые работали на компанию к моменту гибели моих родственников. Причём, работали в офисе и которые близко общались с самим Самариными. Установить их место нахождение и организовать наружку.
— Может допросить их?
— Не надо. Я знаю, как ты допрашиваешь. Среди бывших сотрудников могут быть люди, которые совсем не при делах. Поспрашивай среди ныне работающих об этих бывших сотрудниках. А я дам задание нашим финансистам проверить движение денежных средств на тот период, с 17 до 16 лет назад. Аналитика составлена за полгода до гибели семьи. Значит к этому времени всё уже было закончено. Уверен, почему-то, что глава семьи провернул многоходовку. Причём в полной секретности. Об этом знал очень ограниченный круг людей. Сами Самарины из старших, ибо младших в такие дела не посвящают, и кто-то из особо доверенных их лиц.
— А если документы находились при них в момент крушения самолёта?
— Такой вариант нельзя исключать. Но будем надеяться на лучшее. Всё же я уверен почему-то, что документы где-то лежат. Так что, Ли, начинай работать. Посмотри в кадрах, кто работал на тот момент и потом тогда же уволился.
— Понял. — Ли вышел.
Вызвал к себе руководителя финансовой группы. Это была миловидная женщина 45 лет. Тоже большой специалист в финансах. На корпорацию деда работала уже давно, и он ценил её.
— Екатерина Назаровна, проходите, присаживайтесь. — Подождал пока она займёт указанное мной место. — Сейчас срочно выделите несколько человек из своей группы. Необходимо поднять все финансовые документы корпорации «The gold standard Inc» 17-ти и 16-ти летней давности. Просмотреть были ли какие-либо крупные движения денежных средств. Когда я говорю крупные, то речь идет о десятках миллионов имперских рублей золотом. Я имею ввиду ориентируетесь на них, как на эквивалент. Хотя сами денежные средства могли быть в долларах САСШ, либо в английских фунтах, что скорее всего. Могли быть во французских франках или в марках германского Рейхсбанка.
— Семнадцати и шестнадцатилетней давности? — Спросила главный финансист.
— Да, именно этот период. Можно взять и восемнадцатилетней давности. Не ошибётесь.
— То есть искать, переводы крупных сумм денег каким-либо компаниям или частным лицам?
— Да. Частных лиц тоже это касается. Всё это фиксируйте. Посмотрите, что приобреталось взамен или что получала корпорация. Просветите всё это словно под микроскопом. Я уверен, что, что-то должно было остаться.
— Андрей Ярославович, что конкретно мы ищем?
— А вот то и ищем. Тогда ушли большие суммы денег? Мне надо узнать сколько и куда они пошли, точнее кому и на что?
— Хорошо. Не беспокойтесь, Андрей Ярославович. Если там что-то подобное было, мы обязательно найдём.
— Спасибо, Екатерина Назаровна.
Женщина покинула мой кабинет. Я опять сел думать. М-да, родственнички мериканские. Задали вы мне задачку. Чем дальше в лес, тем толще партизаны. Спасибо тебе, дядя Ярослав. Я даже усмехнулся. Его звали так же, как и моего отца, последнего главу южноамериканской ветви Самариных. Я посмотрел на фото, стоявшее на моём рабочем столе. Вот они все Самарины. Дядя Ярослав, его жена Рамона. Их дети — Мерседес и Игорь. Сам дядя Ярослав смотрел на меня с фотографии, грустно улыбаясь, словно жалел меня и тут же извинялся.
К вечеру пошла первая информация. Ко мне зашёл Ли. Принёс лист бумаги с записями.
— Нарыл что? — Спросил его.
— Есть такое. Конечно, за 15 последних лет многие, кто работал тогда и уволился. Всё же корпорация большая. Но вот список лиц, которые для тебя будут наиболее интересны, на мой взгляд — Лист он положил передо мной. Я стал читать. Первая в списке шла некая Мария Консепсьон Рольдан.
— Поясни по этой даме?
— Директор финансового департамента корпорации. Проработала у Самарина почти пятнадцать лет. Уволилась из корпорации спустя неделю, после гибели Самариных. Якобы по состоянию здоровья.
— Адрес?
— Вот адрес. Жила в пригороде Буэнос-Айреса.
— Что значит жила?
— Умерла восемь лет назад. Онкология. — Ответил Ли.
— Понятно. Жаль. Она могла что-то знать. Всё же директор финансового департамента, пятнадцать лет у… Отца проработала. — Да, о том, что я не сын этого Ярослава знали только три человека, по мимо меня самого. Берестин, один его офицер из ОКЖ и сама Ольга. Остальным знать было не зачем, поэтому пришлось играть сына Ярослава Самарина, погибшего в авиакатастрофе.
— Совершенно верно, Андрей. Но у неё остался муж и трое детей. Сын и две дочери. У сына и старшей дочери уже свои дети. Младшая учится в местном университете.
— Тогда пригласи её мужа на беседу. Аккуратно пригласи.
— Хорошо.
— Так следующий… Хулио Гонсалес. — Я вопросительно посмотрел на Ли.
— Начальник департамента кибербезопасности.
— Жив?
— Увы. Убит при недавно попытке мятежа. Уволился из корпорации спустя несколько дней после гибели Самариных. Вот копии дела по Гонсалесу из полиции. Его уже похоронили.
— Жена, дети, родственники?
— Не женат, детей нет. Из родственников только престарелая тётя, 93 лет. Живёт в Рио-де-Жанейро. Бразилия.
— Совсем весело. Но пошли туда кого-нибудь. Пусть аккуратно поговорят со старушкой, если она в адеквате. Приезжал ли её племянник к ней, если да, то когда? Оставлял ли что-нибудь? Пусть поговорят с её детьми, если они есть.
— Понял.
— Дальше… Андриан Салинас.
  
— Личное доверенное лицо старшего Самарина. Подчинялся лично ему и больше никому.
— И что он выполнял для отца?
— Информации нет. Но состоял в штате секретаря-референта. Однако, судя по всему, это было всего лишь прикрытием. А что конкретно он делал, не известно. Я поговорил с одной женщиной. Она давно, лет двадцать, работает в корпорации в секретариате. Она мне и пояснила.