Королева их сердец (СИ)

Спускаясь по лестницам сначала с третьего на второй этаж, а затем и со второго на первый, я не перестаю прислушиваться. Никаких голосов. Вообще никаких признаков жизни. Разве что с улицы доносится неясный лай собак, которых я вчера видела при въезде на территорию. Неужели я здесь одна?
Проходя через гостиную, я не смотрю на мягкую зону. Не хочется видеть место, где я уронила своё достоинство. Минуя столовую, в центре которой стоит длинный стол на шестнадцать персон, я оказываюсь в небольшом коридорчике, что приводит меня в кухню, такую же большую, как и все увиденные мною комнаты. Павел Генрихович, наверное, сошёл с ума, оказавшись здесь.
Приблизившись к холодильнику, встроенному в стену, я уже собираюсь открыть его. Пить хочется до сухости во рту.
- Вам помочь?
Внезапный вопрос подбрасывает меня вверх. Вцепляюсь в дверцу холодильника и поворачиваю голову на голос.
Возле второго выхода стоит мужчина, который вчера подавал еду и вино. И да, меня больше удивляет не его тёмный цвет кожи, ведь чернокожие не редкость в нашей стране. То, как тихо он сумел подобраться ко мне, потрясает. И ужасает. Он, несомненно, уступает Кулагину и Белову в размерах, но всё ещё довольно массивен, хоть под мешковатой одеждой и не видно.
- Хотите, я приготовлю вам поесть?
Он приготовит? А блюдо или напитки будут с тем же секретным ингредиентом, что и вчерашние? Нет. Я никогда и ничего не приму из рук этих людей. Воду можно и из-под крана попить. А еда?
Распахиваю холодильник и безошибочно угадываю расположение фруктов на полках. Хватаю первое попавшееся яблоко. Какова вероятность, что они ввели в него ту дрянь, которой меня вчера опоили?
- Я могу приготовить вам что-то существеннее яблока? – усмехается мужчина.
- Спасибо, я не очень голодна.
В этот миг мой желудок издаёт предательское урчание, и улыбка мужчины становится шире. Чёртов ублюдок. Нечего было и думать найти в этом доме приличных людей.
- Где моя одежда? – просто так я отсюда не уйду, не стану радовать его своим побегом.
- Ваши мужья приказали отправить их в стирку, - спокойно отвечает мужчина, продолжая стоять на одном месте. – Но мы можем отправить машину за вашими вещами. Скажите, что нужно – и вам всё привезут.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ - Сама съезжу.
Я не собираюсь здесь оставаться и надеяться на этих людей. Нет. Пусть я и подписала тот контракт, я всё ещё свободный человек.
- Сомневаюсь, что у вас получится, - догоняет меня голос возле самого выхода.
- Почему? – резко поворачиваю голову и смеряю собеседника гневным взглядом. – Я что, пленница?
Мужчина ухмыляется.
- Конечно, нет. Вы теперь хозяйка и жена. А хорошие жёны спрашивают разрешения у своих мужей.
  
Глава 2
 
Дом – это место, где тебя ждут и любят.
Хоть Стас с Денисом и родились в бедном районе и их родители не имели возможности обеспечить детей всем необходимым, их дома всегда были полны теплоты. Когда родители умерли, успев, пусть и недолго, пожить безбедно благодаря стараниям детей, возвращаться мужчинам уже было некуда. Их никто не ждал в огромном особняке.
- Привет, Рэм, - Белов по привычке сбрасывает пиджак на кухонный островок, за что тут же получает тычок от друга.
Стас вещает пиджак на спинку высокого стула и оглядывает кухню, ища признаки присутствия здесь Воронцовой.
- Ты видел Мию? – обращается Кулагин к мужчине возле плиты.
Друзья познакомились с Рэмом во время службы в армии. Головастый, немногословный и исполнительный мужчина с немецкой фамилией Вагнер показался перспективным. Тогда Белов с Кулагиным только планировали свои дальнейшие шаги к обогащению, и им требовались люди. Со временем поле деятельности Рэма изменилось – и он стал присматривать за домом, в очередной раз удивляя друзей, только уже своими кулинарными навыками.
- Видел, - кивает Вагнер, помешивая что-то в невысокой кастрюле. – Она прошмыгнула на кухню почти сразу после вашего отъезда.
 
- Наверное, проголодалась, - усмехается Денис, закидывая в рот виноградину. – Я тоже был голоден как волк после нашей сладкой ночи, - он закатывает глаза, придаваясь воспоминаниям.
Кулагин игнорирует друга, глядя только на Рэма.
- Ты помог ей освоиться? Накормил её?
- Она не стала, есть, - сохраняет Вагнер спокойствие. – Только яблоко взяла и сразу же ушла. Правда, перед этим сообщила, что уедет из дома. Но я сказал, что сначала она должна поговорить с вами.
- Она тебя послала?
Если Белов правильно успел разгадать характер Воронцовой, то ей ничего не стоит отправить любого человека в эротическое пешее путешествие. Сделает она это, конечно, совершенно корректно, без брани, но несчастный будет уверен в указанном маршруте.
- Нет. Она ушла, - Рэм снижает огонь и разворачивается к своим работодателям и покровителям.
- И больше ты её не видел? – Стас поджимает губы.
- Если ты переживаешь, что она могла сбежать через окно, то не беспокойся, она всё ещё в комнате.
Кулагин хмурится. Ему не нравится происходящее. И, да, не о побеге девушки он беспокоится. Куда она уйдёт? У неё только один путь, где они всегда смогут её отыскать. Всё то время, пока Воронцова искала возможность выровнять положение своей семьи, двое друзей собирали информацию о девушке. Никакой дополнительной жилплощади у неё нет.
Нет, Стас волнуется из-за сложившейся ситуации и поведения Мии. Им не надо, чтобы она заморила себя голодом.
- Ужин скоро будет готов?
- Пятнадцать минут, - кивает Вагнер, глядя на Кулагина. – На сколько персон накрывать стол?  
Друзья переглядываются между собой.
- Хочешь, я поднимусь и поговорю с ней? – Белов становится серьёзным.
Он не дурак, пусть на фоне друга и выглядит как балабол. Ему понятны и вопросы, и мотивы Кулагина. Сейчас в их лодке уже не два, а три человека. И надо, чтобы каждый из них помогал плыть в верном направлении. Если один пожелает сбить их лодку с курса, то она может перевернуться.
- Нет. Я сам.
Стас двигается быстро, но достаточно тихо, чтобы застать Мию врасплох. Он не собирался этого делать, но годы службы вбили правила и привычки, с которыми сложно расстаться. Например, ходить так незаметно, дабы враг не успел заметить его приближения. Воронцову мужчина за своего врага, конечно, не считает, хотя и друзьями их назвать сложно.
- Мия?
Воронцова приподнимается на постели и смотрит на дверь, из-за которой раздался стук. Она немедленно узнаёт голос Кулагина. Он оказался тем ещё болтуном в постели, так что этот глубокий тембр впился в голову девушки как гвоздь.
- Мия, ты там?
Звучит по-идиотски. Стас знает, что она в спальне. Но он не представляет, как надо вести с ней диалог. О том, что произошло вчера, можно вспоминать по-разному. И, кажется, она выбрала тот вариант, где всё плохо.
- Мы собираемся ужинать.
Кулагин смотрит на ручку двери, ожидая её вращения и появления Мии на пороге. Воронцова разумный человек, она обязана понимать своё положение и ситуацию, в которой оказалась. Последнее, что ей нужно, это вести себя по-детски и отсиживаться в комнате.
- Мия, открой дверь.
Стас добавляет в голос немного грозных ноток. Как бывший капитан армии своей страны и нынешний босс большой структуры, в подчинении которого находится множество людей, он привык говорить подобным тоном. Правда, с женщинами он предпочитает обходиться мягче.
- Если ты не откроешь дверь, я войду сам, - предупреждает Кулагин. – И поверь, лучше тебе не доводить до этого.
 
Воронцова выбирается из постели и приближается к двери. Она слышала множество приказов за свою жизнь. На неё кричали и угрожали. Но только спокойный голос деда с теми самыми властными нотками заставлял её бросаться исполнять любое указание. Что-то подобное она чувствует и сейчас, вслушиваясь в слова мужчины по ту сторону двери.