Тихая, как последний вздох

Где-то вверху раздался приглушенный грохот выстрела, душераздирающий вопль и глухая, жалобная барабанная дробь, которая постепенно стихла.
— Налить вам что-нибудь? — спросил Фрэнк, обращаясь к Алексу и Паркеру.
— Я буду пить то же, что пьет восхитительная миссис Уорделл, — тихо сказал Алекс, — разве только чуть побольше. Кажется, это был арманьяк?
— Вы угадали! Она сказала, что каждый вечер выпивает одну рюмку коньяка и затем великолепно спит без всяких снов. Сны, утверждает она, это психический мусор этого мира, а вовсе не образы иного.
Тайлер глянул в сторону сидящей у противоположной стены старушки, которая в этот момент слегка наклонилась к Аманде, объясняя ей что-то. На лице у нее по-прежнему оставалась безмятежная, почти ангельская улыбка.
— А вы? — обратился Тайлер к Паркеру.
— Пожалуй, виски… но не беспокойтесь…
Паркер подошел к столу, взял стакан, открыл крышку емкости со льдом и положил четыре кусочка. Затем налил себе тот же ирландский виски, который пил Харкрофт. Потом покинул мужской круг и направился в сторону стола с едой. Джо поднес к губам свой коньяк и отпил маленький глоток. Он хотел было двинуться вслед за приятелем, но его остановили слова лорда Редленда, произнесенные спокойным деловым тоном.
— Следует признать, что дух леди Евы де Вер весьма толерантно относится к нам сегодня вечером. Ведь ее трагическая смерть послужила нам поводом для игры. А она, как бы ничего против этого и не имеет. Не реагирует, не мстит нам… что, к сожалению, служит убедительным доказательством того, что духов не существует, а рационалисты правы. Должно быть, так оно и есть, но мне чуточку жаль сверхъестественного мира, в котором могло бы происходить столько чудесных вещей.
Мистер Кварендон быстро обернулся, но миссис Уорделл была полностью поглощена разговором с Амандой Джадд. Толстяк-издатель приложил палец к губам, указывая взглядом на старушку.
— Давайте сменим тему, — шепнул он. — Если б она услышала, ваши слова очень огорчили бы ее, милорд.
— Тысяча извинений, — Редленд покраснел. — Я совершенно забыл, кто она.
— А, собственно, кто она? — спросил Кедж вполголоса.
— Она — один из крупнейших знатоков того, что происходит по ту сторону… — не повышая голоса, сказал Кварендон и вдруг выпрямился. — Я должен издать ее следующую книгу! — неожиданно воскликнул он. — Говорят, она очень популярна. Люди ее читают.
Доктор Харкрофт прислушивался к разговору, потягивая свой виски. Мистер Гарольд Эддингтон оторвался от группы мужчин, подошел к окну, отодвинул штору и выглянул во тьму. Затем вернулся.
— Дождь прекратился, — сказал он, обращаясь к мистеру Кварендону, который промолчал в ответ.
Алекс с бокалом в руке подошел к Паркеру, который уселся за одним из маленьких столиков, держа перед собой тарелку с холодным мясом, нарезанным ломтиками и украшенным кровавыми каплями густого соуса.
— Превосходная мысль! — одобрил Джо и осмотрелся, разглядывая блюда с закусками.
— А вот и я!
Он обернулся.
Дороти Ормсби стояла посреди зала, грациозная и юная, а вся ее стройная фигурка излучала гордость. Она высоко подняла голову и подошла к Фрэнку Тайлеру.
— Вы — гений режиссуры! — сказала она. — Жаль, что не могу сейчас ничего больше добавить. Я думаю, мне полагается бокал очень хорошего, ароматного коньяка!
Возникло небольшое замешательство. Алексу, стоявшему поодаль, показалось, что все одновременно бросились исполнять ее желание. Лишь лорд Фредерик Редленд отступил на шаг, а затем направился к Аманде и миссис Уорделл, но остановился, ибо Фрэнк еще раз вынул из вазы свернутую бумажку и прочел:
— Миссис Александра Уорделл, единственная, кто действительно знает, что происходит в этом замке!
Старая леди встала. Аманда взяла ее под руку, а Фрэнк подбежал с конвертом.
— Вы хотите идти одна? — спросила молодая женщина. — Я не принимаю участия в этом конкурсе и охотно пойду с вами.
Миссис Уорделл с улыбкой взглянула на нее.
— Я не боюсь ни призраков, ни живых людей, дитя мое. Я знаю, вы беспокоитесь, смогу ли я там передвигаться одна. Я очень вам благодарна, но, к счастью, мои ноги еще кое-как меня носят и, думаю, они справятся с лестницами этого замка. Раз уж мне надо принять участие в этой игре, то я сделаю это на тех же условиях, что и остальные, — она погладила Аманду по щеке. — Еще раз спасибо, милая, но, пожалуй, пора открыть этот конверт…
 
Ее маленькие ручки с трудом сломали печать. Она с минуту читала, а затем кивнула головой, словно соглашаясь с невысказанными мыслями.
— Старт! — подал команду Фрэнк Тайлер значительно тише, чем тогда, когда выпускал ее предшественников.
Аманда подошла к двери, отворила ее и закрыла, когда старая дама вышла.
— Интересно… — сказал мистер Кварендон. — У меня промелькнуло ощущение, что она все разгадает без малейших усилий… Словно и в самом деле она не от мира сего, и у нее постоянный контакт с тем миром. Почти невозможно где-нибудь увидеть такое невероятно спокойное и безмятежное лицо.
— Кто еще остался? — спросил Кедж и окинул взглядом присутствующих.
— Действительно! Всего один человек! Вы, господин доктор!
Харкрофт кивнул головой.
— Да, я знаю. Может, надо немного сосредоточиться? — он попытался, улыбнуться, но тотчас стал серьезным.
Дороти Ормсби подмигнула Алексу. Он ответил ей, чуть приподняв руку над тарелкой. Дороти без сомнения умела вылавливать маленькие, незаметные внутренние конфликты, вроде этого: врач, как бы затерявшийся среди людей, по-разному связанных с преступлением, который, быть может, в глубине души мечтает оказаться не хуже этих людей и стремится достичь того, чего достигли лишь некоторые из них.
Проходили минуты. Джо быстро перекусил и вместе с Паркером направился к кофейному автомату. Он немного устал. Сегодня пришлось встать гораздо раньше обычного.
Он сел с чашкой кофе под окном, стараясь избавиться от образа, который настойчиво возникал в его мыслях: пурпурно-золотое покрывало, а на нем…
Время шло.
Дверь отворилась как бы нерешительно, поскольку миссис Уорделл по-прежнему держала ручку. Она сделала шаг вперед, огляделась невидящим взглядом, а затем произнесла тихо и отчетливо:
— Господь сжалился над тобой, Ева.
И опустилась на ковер, покрывающий каменный пол.
  
XVIII
 
Глаза ее были широко открыты…
 
К ней бросились все, но доктор Харкрофт успел первым и опустился на колено подле миссис Уорделл, сделав знак рукой, чтобы остальные не приближались. Он приподнял безжизненную руку старой дамы и попытался нащупать пульс, а затем приложил ухо на уровне сердца к ее серому платью. Все затаили дыхание.
— Господи, — шепнула Аманда, — лишь бы с ней ничего не случилось!
— Обморок, — Харкрофт быстро осмотрелся. — Я прошу вас перенести ее на диван, там, в углу, и положить что-нибудь под голову и плечи, чтобы она полусидела. К счастью, мой саквояж здесь. Сделаем ей укол эфедрина и, думаю, все будет в порядке.
Несмотря на спокойный тон, которым он произнес эти слова, Джо отметил в его голосе какую-то нерешительность. Харкрофт быстро направился к двери и закрыл ее за собой. Неподвижно стоявшие люди ожили. Алекс и Паркер подняли легкое, бесчувственное тело и осторожно уложили на диван. Паркер огляделся, потом снял вечерний сюртук, свернул и подложил под плечи и голову миссис Уорделл. Веки ее были опущены, а рот слегка приоткрыт. Джо отметил, что серое, украшенное тонким белым кружевом платье, легко вздымается и опадает. Старая дама дышала ровно.
— Я похвалила вашу великолепную постановку, — тихо сказала Дороти Ормсби, обращаясь к стоявшему рядом Тайлеру, — но, кажется, она оказалась слишком реалистичной! Бедняжка, должно быть перепугалась и…
Она не закончила, потому что вошел Харкрофт, на ходу открыл свой черный саквояж и присел возле миссис Уорделл. Он вынул разовый шприц, наполнил его прозрачной жидкостью и обратился к стоявшей ближе всех Аманде Джадд.