Тихая, как последний вздох

Джо глянул на часы.
— Бог мой! Без пяти час. Чуть не забыл. Я же обещал, что разбужу Паркера точно в час. Я попаду этим путем в мою комнату? — он указал на дверь, через которую вошел Кедж.
— Во все комнаты. За исключением башни. Замок попросту квадратный. За дверью начинается коридор, который окружает нижний дворик. Все комнаты выходят в этот коридор. В одном месте есть лестница из прихожей, откуда нас привели, а кроме нее еще эта комната. Я только одного не понимаю: как подняться на башню?
— Сюда, — уточнил Джо, указывая на дверь в углу комнаты, а сам направился к двери, ведущей в коридор.
Коридор уходил в обе стороны. Алекс пошел направо, миновал дверь с надписью «Сэр Гарольд Эддингтон», затем другую, обозначенную «Мелвин Кварендон» и третью — «Грэйс Мэплтон». Коридор сворачивал под прямым углом. Следующие комнаты: «Джо Алекс», «Бенджамин Паркер».
Джо остановился и поднял руку, чтобы постучать. До часа оставалось еще полминуты. Он глянул вглубь коридора: еще одна дверь и край лестничной площадки, где ступеньки уходили вниз. Кто-то там появился и направился в его сторону.
— Я вижу, мы — соседи, — сказала Дороти Ормсби, взявшись за дверную ручку своей комнаты. Она нажала на ручку. Дверь не открылась.
— Не можете ли вы мне помочь? Что-то заело.
Джо быстро подошел и толкнул дверь.
— А вы не заперли ее на ключ?
— О, Боже! — она сунула руку в карман юбки и вытащила оттуда обыкновенный современный ключ. Затем вставила его в замок и повернула.
— Извините! — рассмеялась она. — Как правило, я не бываю такой рассеянной. Это больше не повторится. Спасибо!
Она толкнула дверь и вошла, закрыв ее за собой. Джо двинулся в сторону комнаты Паркера. Он снова поднял руку, чтобы постучать, но некоторое время держал ее в воздухе. Уже вторично его сегодня посетило то же чувство. «Как правило, я не бываю такой рассеянной…» «Это больше не повторится…» Обычные, банальные слова. Он громко постучал.
— Я уже не сплю, — отозвался Паркер, открывая дверь. — Ты опоздал на минуту!
Джо вошел и закрыл дверь.
— Тебе приходилось, — спокойно спросил он, — услышать пару обычных, будничных фраз, сказанных в обычных обстоятельствах… и…
— Да, — сказал Паркер. — Я больше верю в это, чем в отпечатки пальцев и всю современную технику расследования. Фальшивая нота… Одна единственная… При том, что весь оркестр играет безошибочно. И если бы не эта единственная нота… А почему ты меня спрашиваешь, Джо? Ты ведь, как и я знаешь, что за этим кроется страх… почти всегда страх.
  
XII
 
«Кто же из нас без греха?!.»
 
Джо Алекс стоял, опираясь спиной о прикрепленный к поручням спасательный круг, и неторопливо набивал табаком трубку. Прямо перед ним на палубе у кормы расположились в соседних шезлонгах миссис Александра Уорделл и Дороти Ормсби, погруженные в беседу. Миссис Уорделл, сложив руки на коленях, говорила, не жестикулируя и даже не двигая головой, полуобращенной к собеседнице. Дороти слушала молча, время от времени энергично поддакивая. Они были единственными женщинами на судне. Невдалеке, на поблескивающей скамье, закрепленной у рубки, одиноко сидел Джордан Кедж, глядя на море и прихлебывая маленькими глотками виски из небольшого стакана. Чуть дальше находилась остекленная кабина яхты, куда как раз спустился лорд Редленд, а следом — сэр Гарольд Эддингтон. Сквозь оконное стекло Джо увидел, что они остановились напротив стойки бара, за которой стоял молодой бармен в белой униформе с золотыми пуговицами.
Еще дальше находилась рулевая рубка. Из нее вышел мистер Кварендон и направился к стоявшим у борта.
— Давление падает, как камень, — весело сообщил он, обращаясь к Паркеру, который стоял рядом с Алексом, сонно разглядывая туманную линию холмов на юге. — Шторм беснуется над Атлантикой и движется в нашу сторону, а через пару часов, возможно, будет уже здесь, — добавил он еще безмятежней. — Думаю, нам следует что-нибудь выпить.
— И я так считаю, — с серьезным видом кивнул головой Паркер.
 
Джо без лишних слов двинулся за ними в сторону открытой двери кабины.
— Вы к нам присоединитесь? — спросил Кварендон, останавливаясь перед Кеджем.
— Через минуту, если позволите, — Кедж поднял стакан. — У меня тут есть еще пара капель, но я охотно пополню запас.
Кварендон кивнул головой и взглянул на женщин.
— Спускайтесь, господа. Я сейчас присоединюсь к вам. Только спрошу дам, не нужно ли им чего-нибудь.
Он двинулся в сторону шезлонгов, а Джо и Паркер спустились в кабину. Молодой бармен выпрямился, а затем наклонился к ним.
— Чем могу служить?
Паркер глянул на рюмку, которую держал в руке сэр Гарольд Эддингтон.
— Если можно, коньяк и крепкий кофе.
— Сию минуту, сэр.
Бармен нажал рычаг сверкающего экспресса, подвинул чашку под краник и повернулся к полке.
— Может быть, арманьяк?
— Великолепно, — кивнул Паркер.
— Говорят, давление падает, — улыбнулся Алекс лорду Редленду. — С Атлантики надвигается шторм. Если это правда, наш вечер в замке получит соответствующее оформление. А если еще добавить грохот прибоя… — он взглянул на бармена: — Мне тоже арманьяк.
— Да, сэр. — Бармен долю секунды поколебался: — Если позволите вмешаться, думаю, сегодня будет большой прилив.
— Что это значит? — спросил сэр Гарольд Эддингтон с неожиданным интересом. Джо невольно посмотрел на него.
— Большие приливы всегда бывают два раза в месяц, в полнолуние и новолуние. А сегодня ночью как раз полнолуние. Если можно добавить, шторм над Атлантикой еще больше усилит этот прилив, а это значит, что замок действительно будет отрезан. Старики в деревне говорят, что когда большой прилив совпадает со штормом, волны, бьющие о скалы, достают очень высоко, и тогда пена со стороны открытого моря бьет даже в окна замка. Но я этого не видел.
— А могут ли такие бури длиться дня два? — снова спросил сэр Гарольд. Он внимательно смотрел на бармена.
— У нас есть такая поговорка, сэр, что хорошая погода проходит быстро, а плохая — никогда. Но, пожалуй, это неверно, потому что у нас, в Девоне, целые недели бывают солнечными.
— Завтра тоже будет солнце! — заявил мистер Кварендон, спускаясь к ним с палубы. — Наши дамы сидят в шезлонгах у кормы и просят грейпфрутовый сок, один со льдом и капелькой джина, а другой безо льда и без джина.
— Хорошо, сэр.
Бармен вынул из-под прилавка серебряный поднос и поставил на него два стакана. Джо легонько толкнул локтем Паркера, указав глазами на длинный столик под окном. Они подошли. Алекс соорудил в своей тарелке пирамиду из розовых креветок и добавил две большие ложки икры.
— А знаешь ли ты, Бен, — сказал он вполголоса, — что я родился с душой продажной танцовщицы? Я не смог бы устоять ни перед одним поклонником, который приглашал бы меня на ужины, где посреди стола стояла бы большая хрустальная чаша с икрой, заметная издалека.
— У мужчины, который любит икру, есть более простой способ ее добычи, — проворчал Паркер. — Достаточно зарабатывать соответствующее количество денег, чтобы затем покупать себе сколько угодно икры, запираться в кабинете и съедать.
Джо покачал головой:
— Это было бы очень дурным тоном, — сказал он с печалью. — Этого, к сожалению, просто не делают. Даже не знаю, почему.
— О каких это преступлениях или грехах вы беседуете приглушенными голосами? — спросил их издали мистер Кварендон.
— О грехе обжорства, — ответил Паркер.
Кварендон вознес руки к небу.
— Кто же из нас без греха?! Это напомнило мне, что доктор Харкрофт по-прежнему сидит в рулевой рубке и допрашивает нашего мужественного капитана о тайнах управления яхтой в открытом море. А я мечтаю съесть добрую порцию икры, но будь он здесь, я бы не отважился, — Кварендон быстро подошел к столу. — В замке ужин тоже будет холодным, ведь мы отправляем прислугу пораньше. Поэтому стоит здесь немного подкрепиться.
И он положил себе на тарелку огромную порцию икры, а затем тщательно выдавил на нее половину лимона, стараясь не пропустить ни одной икринки.