Гнев Империи II (СИ)

— Тогда ты переключилась на меня, — хмыкнул я.
— Да.
— И что ты видишь, глядя на меня? Очередную развилку? Я либо уеду на север с тобой, либо мы расстанемся?
Хильда отрицательно помотала головой.
— Нет. Я вижу то же, что и в день, когда мы встретились впервые. То же, что вижу всегда. Бурю. Алую бурю с красными молниями, что заполняет всё вокруг. И только её. Она не оставляет места ни для чего другого.
— Тогда почему ты предлагаешь мне место мужа? Вдруг я тот ещё мудак?
— Потому что ты победил Эйрика.
— И всё? — удивился я.
— “И всё?”. Ты оскорбить меня этим хочешь? — рассердилась девушка. — К твоему сведению, Эйрик очень силен. Победить его — значит доказать, что ты один из лучших воинов севера. А следовательно ты достоин дочери ярла. Когда отец увидит твою силу, он одобрит наш брак несмотря на отсутствие у тебя дворянства. На севере ты легко можешь в бою завоевать себе титул тана.
Девушка вглядывалась в мое лицо, словно пытаясь отгадать мои мысли, и судя по морщинке у неё между бровей, ей не нравилось то, что она видела.
— Дим… Если ты хочешь, то можешь взять с собой эту девочку, Таню. Она может стать твоей наложницей, я не буду против. Насколько я знаю, у вас, знатных южан, проблемы с сыновьями, поэтому вы берете несколько жен, а северу нужны сыновья. Есть лишь одно условие: твой первенец должен быть от меня. В наших краях муж не может взять наложницу, пока его жена не окажется на сносях.
Я вздохнул, обдумывая её предложение и вспоминая разговор между мной, Рубцовым и Валентиной Сергеевной о “брачных месяцах”, когда дамы прибывают в лицей, чтобы найти себе хорошего мужа. И Хильда, судя по всему, отчасти тут именно поэтому. Даже речь про Таню была скорее вынужденной мерой, лишь бы я согласился.
— Ну, так что скажешь? — спросила она, и в её голосе чувствовалось напряжение.
— Честно или оптимистично?
— Честно, разумеется!
— Я не могу. Твое предложение, оно… классное. Правда. Идея крошить демонов днем, а ночи проводить с тобой и Таней мне нравятся…
— Но?..
— Мой род. Что будет с ним?
— Ты возьмешь мое родовое имя. Дмитрий Лоденборг, звучит красиво. Однажды ты даже сможешь стать ярлом, если докажешь, что сильнее и умнее других претендентов! Я верю, что ты буря, что сметет демонов и заставит север снова стать великим.
— Не выйдет. Для меня мой род значит столько же, сколько жизнь. Если я откажусь от него, то потеряю себя, — мне не нравилось видеть, как Хильда хмурится, но я не мог принять её предложение. — Я верну своему роду доброе имя, княжеский титул, принадлежавший моему отцу, и лишь после этого смогу обрести настоящую свободу. Но не раньше. Хочешь стать моей женой и рожать детей? Я не против, а Даша с радостью примет тебя в невестки. Сестрица и так все уши прожужжала о необходимости искать мне жену. Но не я стану Дмитрием Лоденборг, а ты — Хильдой Старцевой.
Девушка уставилась на меня так, словно я только что отвесил ей пощечину.
— Извини, но ты хотела честности. Иного будущего у нас с тобой нет, Хильда. Либо так, либо… тебе стоит подыскать себе нового фаворита.
— Ты готов потерять меня и лишиться возможности сесть на Скальный Престол, лишь бы сохранить свою фамилию? — кажется, она не верила в услышанное. — Ты можешь получить весь север, Дима, но ты…
Я положил указательный палец ей на губы, мешая закончить.
— Исчезновение моего рода равносильно моей смерти, — повторил я. — Таковы МОИ условия. И либо наши пути пойдут дальше на них, либо мы расстаемся. Извини.
Я почувствовал её возмущение, гнев, обиду. Скорее всего, девушка ощущала, что раскрыла мне сердце и душу, а я туда плюнул. И тем не менее она легко прочитала в моих глазах твердость и решимость.
Хильда подавила вспышку эмоций и неторопливо слезла с моих коленей, затем поправила платье и взглянула на меня сверху вниз. Девушка попыталась скрыть бурю чувств под безэмоциональной маской, но я всё видел по глазам, а мой нос чувствовал её злость.
— Ты уверен?
— Только так, Хильда.
— Ты ставишь меня перед очень серьезным выбором, Дима… Я не вижу исхода ни одного из выборов.
 
— Добро пожаловать в мир всех остальных.
Девушка опустила глаза, пару мгновений смотрела в мостовую, после чего вновь взглянула на меня.
— Мне нужно подумать, — и зашагала прочь.
— Стой! — опомнился я. — Мне нужно тебя проводить!
Обычно её сопровождением занимался Эйрик, но он доверял мне, так что в Ильинск мы ездили вдвоем.
— Нет, — резко ответила она. — Я ценю твою заботу, но мне нужно побыть одной и всё хорошо обдумать. Просто не трогай меня сейчас, ладно?
— Как скажешь, — не стал спорить я. Девушка благодарно кивнула и зашагала прочь, шелестя юбками и цокая каблучками.
— Хлад! — пробурчал я, откидываясь на лавку.
Вот тебе, ГНЕВ, и человеческая жизнь. Всё же было так хорошо, но вначале Фломелия пошатнула баланс, теперь вот Хильда хочет меня захапать и увести на север. И в другой ситуации я бы даже, наверное, не стал отказываться. Судя по тому, что я узнал о Тысяче Фьордов, это край специально для таких как я. Занял бы престол ярла, воевал бы с хагга, пока не разнес бы этих демонов.
Эх… Хорошая могла бы быть жизнь, но контракт есть контракт.
— Любовные неприятности? — послышался вопрос, и рядом со мной чуть ли не из воздуха материализовался Рубцов. Старик улыбнулся мне, продемонстрировав два золотых зуба, и в приветственном жесте приподнял шляпу.
— Это не ваше дело.
— Думаю, когда дело в одной из дочерей ярла Лоденборга, это касается и меня, — не согласился он. — В конце концов, это дело государственной важности. Вдруг разбитое сердце госпожи Хильды приведет к обострению отношений? Северяне — народ вспыльчивый и драчливый, это у них в природе.
Я смерил мужчину хмурым взглядом.
— Что вам нужно, Рубцов? Порой мне начинает казаться, что вы специально меня преследуете.
— Ну что вы. На самом деле я планировал и так с вами встретиться сегодня, и Валентина Сергеевна вечером привезла бы вас в город, но раз уж вы сами сюда приехали пораньше, то я решил встретиться сейчас.
— И подойти решили только сейчас.
— Вы были немного заняты.
— Старый извращенец любит подглядывать за милованием молодых людей? — оскалился я, но не похоже, что моя колкость хоть как-то его задела. Это сильно разочаровывает.
— Я присяду?
Я жестом пригласил его сесть, и старик, кряхтя, опустился на лавку, после чего облегченно выдохнул.
— Могу поздравить вас с успешной работой. Последний завод был уничтожен, у Беспалова уйдут месяцы и миллионы рублей на то, чтобы восстановить производство. Вы нанесли весьма внушительный урон по его карманам.
— Этого мало, — покачал я головой и сцепил пальцы в замок на своих коленях. — Смотреть, как горят его заводы, разумеется, приятно, но это не приближает меня к моменту, когда я смогу восстановить честь своего рода. И как бы мне не нравилось быть ему помехой, я чувствую, словно топчусь на месте. И мне это не нравится.
— Понимаю. Значит, одних заводов мало? — Рубцов задумался.
— Я бы назвал это разминкой перед настоящей дракой. Но эта разминка немного так затянулась.
— Боюсь, что сейчас я мало чем могу вам помочь. После той ночи Беспалов залег на дно, целиком сконцентрировавшись на своем бизнесе и подготовке к войне. Он почти не посещает торжественные приемы, не закатывает балы, как в былые времена, полностью сконцентрировавшись на делах. Мои люди наблюдают за ним, но ничего подозрительного в его действиях нет.
— А моя мама, где она сейчас?
— Всё там же, в Черноморске, поправляет свое здоровье. Я виделся с ней пару недель назад, и она говорит, что очень хотела бы с вами увидится. И думаю… это вполне можно сделать.
— Правда?
Ранее мы решили, что маму нужно спрятать. Боясь, что за нами с Дашей могут проследить, решили не встречаться и никак не контактировать, пока не настанет подходящее время.