Дарованная (СИ)
Иргиз не знала как она отреагирует на теневой переход. Все же теневой переход подвластен тем, кто владеет магией смерти. А ее удел — магия жизни. Но все произошло быстро и почти безболезненно, если не считать ощущения, что как будто тысячи мелких муравьем кусают твою кожу.
За доли секунды она оказалась в небольшой круглой башне, которую заливала кровь. В луже крови лежало истерзанное животным тело красивой девушки. Иргиз шумно выдохнула и удерживавший тьму на разбитом окне хасан дернулся и в разошедшийся участок тут же проникла когтистая лапа и в буквальном смысле сорвала лицо стоявшему рядом с хасаном воином. Он взвыл раненым зверем и схватившись за лицо повалился на пол.
— Демоны преисподней! Рашид! — выругался хасан и неожиданно насторожился. — Кого ты привел Руслан? — напряженно спросил он. Его тело окутывала темно-сизая дымка. Она словно живая перетекала и колыхалась, стоило только хасану сделать какое-либо движение и с каждой секундой она становилась все более плотной и осязаемой.
Нашид замер и уставился на меня с непонятной тревогой.
— Иргиз, мой хасан, — не дожидаясь, пока воин придет в себя, представилась аршаи. — Ваша новая… наложница. С заминкой ответила она, не глядя на хасана. Сейчас она готова была быть послушной лишь бы только ее допустили к мужчине на полу, девушке она уже ни чем не смогла бы помочь, а вот его нить жизни хоть и тонка, но вытащить ешо можно, если поторопиться, ещё немного и даже "дыхание жизни"* уже не поможет. Яд этой твари убьет его быстрее чем боль.
— Какого демона ты ее сюда притащил? Убирайтесь! — Рыкнул хасан и его тьма заволновалась, то пропадая, то усиливаясь броней.
— Я не уйду. — Спокойно произнесла Иргиз и отступив на шаг от воина опустилпсь рядом с, бившимся в агонии, мужчиной на колени…
"Дыхание жизни"* — Обряд, которым пользовались аршаи в самых критических случаях, так как он забирал несколько лет жизни, в зависимости от того, насколько глубоко ушла в нижний мир душа. Описание будет далее по тексту.
Глава 8
Возведя над телом воина руки Иргиз налчала на распев читать мантры ширату, получалось очень завораживающе, гортанные и санорные звуки сами по себе грубые, но в исполнении Иргиз они стали тягучими и вязкими, ласкали слух, словно теплое море кожу. Иргиз развела руки в стороны и воина накрыл мерцающий полу-прозрачный лекий туман, окутав его словно верблюжье одеяло, раны затягивались на глазах, кости с противным хрустом и чавканьем вставали на место, но Иргиз понимала — этого ничтожно мало. Иргиз так и осталась на коленях с распростертыми над телом мужчины руками, она медленно наклонилась едва касаясь своими губами губ воина и сделав глубокий вдох стала медленно выдыхать в приотктый рот "дыхание жизни". Она прекрасно отдавала себе отчет в своих действиях, но хасану совершенно не обязательно знать, что сейчас она отняла у себя несколько лет жизни, чтобы вернуть этого беднягу. Поэтому аршаи и вымерли. Это плата духам смерти за отнятую у них законную добычу. Золотистые мерцающие искорки впитывались быстро и у Иргиз стала темнеть в глазах, появились противные мушки, слишклм быстро мелькавшие перед глазами, от чего тошнота резко подкатила к горлу. Слишком сложный ритуал она сейчас проводила, но это стоило того. Воин выгнулся и захрипел, делая жадный первый вдох. Да, он был мертв, но аршаи удалось его вернуть к жизни.
***
Арман был заворожен действом. Его тьма уже почти доела урчхи, позволяя ему ослабить контроль над силой и отвлечься. Арман не верил собственым глазм, он ведь видел, как душа Рашида покидала его тело, тонкая нить жизни почти порвалась, но этой девчонке удалось его вернуть и завязать узел разорванной нити. Как? Как такое возможно? Да, хозяин Ревии так и не понял какую драгоценность он ему отдал. Глупец.
Стоило степнячке подняться на ноги, как она покачнулась, наступила на подол накидки и стала заваливаться. Арман в мгновение ока оказался рядом и подхватил девушку на руки. Легкая какая! С недоумением подумал он. А девушка только глаза закатила. Истощение. Подвел итог хасан. Да, он в магии знал толк.
— Переправь ее в мои покои Рашид. И оставайся рядом. Головой отвечаешь за ее жизнь! — Арман бережно передал степнячку своему нашиду и растворился во тьме, ему еще предстояло выяснить, что вообще происходит в его доме и как он мог не прозевать очередное раскрытие разлома.
А с этой ведьмой он позже поговорит…
Урчхи был не один, но они все были мелкие и нашиды с легкостью с ними справились. Почти без потерь, если не считать Марьям и Рашида, но Рашид выжил, а вот Марьям…
Надо выяснить, что она здесь делала.
Пока пришлые твари оказались лишь разведчиками и у него есть еще примерно около недели на подготовку к решающему бою.
***
Норида была зла, но при этом почти спокойна. Отец ясно дал понять, что выполнит волю хасана и завтра же отдаст ее первому, кто захочет взять ее в жены. Но он просчитался, первым окажется сам хасан. Норида коварно улыбнулась, она очень постаралась, чтобы это произошло. И отец даже не представляет как помог ей в этом однажды. Девушка пристально вгляделась в свое отражение в зеркале и продолжила расчесывать смоляные кудри. Зеркало отвечало привычным, чуточку ленивым взглядом из-под прикрытых век обрамленных длинными ресницами. Она была сейчас диво как хороша. Миниатюрная, стройная, с проникновенным взглядом темно-карих глаз, которые сводили с ума почти всех. Разве она недостойна большего?
Достойна! Она самая достойная из всех этих шлюх, которых шлют ее хасану эти заморские правители, в надежде что одна из них окажется хасинтой. Не бывать этому! Лицо Нориды исказилось гримассой ярости и презрения.
Все же быть дочерью жреца накладывает свой отпечаток и открывает большие возможности.
Норида снова усмехнулась своим мыслям. Да, она заставила кухонную служку пробраться в покои хасана и та помогла ей, принесла кое-что из личных вещей хасана. Кожаный шнурок для волос оказался тем самым недостающим предметом и хорошим проводником, а ритуал привязки она нашла в записях отца еще давно. Как-то в наказание отец отправил ее в храм, а туда в канцелярию привели одну из наложниц хасана, Норида до сих пор не могла вспомнить ее имени, она была южанкой, но как оказалось, постельная девка знала кое-что о запретной магии. Ритуал привязки на крови девушки в дни когда ее связь с луной обрывается. Да-да, нужна была та самая кровь. Говорят она сильнее всего дает нужный эффект. Норида помнила как дрожала под дверью когда из наложницы вытягивали знания. Она все запонила, а потом и записи нашла у отца в бумагах, переписала и спрятала. Она надеялась обойтись своими силами, а тут эта ревийка, будь проклят ее род до последнего колена, под ногами стала путаться! Дрянь степная! Пришлось идти на крайние меры. Если отец узнает- он лично казнит ее. Все же он больше жрец, чем любящий отец.
***
Замок удалось вычистить только к рассвету Арман буквально валился с ног, слишком много энергии было затрачено, но были и свои плюсы во всем этом дерьме первородных, Юсупу удалось вычислить от чего разлом раскрылся раньше и этот момент волновал Армана куда сильнее прочих.
Запрещенный ритуал. Снова! И силтный всплеск магического фона, еа еотторый отозвался разлом и печать дрогнула. Снова этот демонов ритуал! В прошлый раз он чудом избежал встречи с той самой наложницей. А кто в этот раз рискнул своей жизнью? В том, что провела его одна из наложниц они были уверены. Юсуп нашел на женской половине остаточное заклинание, очень знакомое заклинание. Под подозрение пали все. В том числе и ревийка. Точнее она была в числе первых подозреваемых. Слишком своенравна, отчетливо демонстривавшая свою неприязнь к нему. Да, она вытащила Рашида, но, возможно на это и был расчёт. Так сказать, отвлекающий маневр. Она проводит заклинание, твари внезапно нападают почуяв всплеск темной силы, и… все. Туманные острова разорены и степь может прибрать все к рукам. Ох, как не просто все! Арману очень не хотелось верить что степнячка была причастна хоть как-то к этому проишествию. Придется выяснять. А выяснить это можно лишь одним способом. Ритуал расчитан на то, что одного взгляда брошенного на проводившего ритуал будет достаточно, чтобы воспылать страстью несоизмеримой ни с чем. Вот и проверит, на свой страх и риск. Только Арман был далек от понимания правильности этого ритуала. Дело тут было совершенно в другом.