Навеки твой

– В таком случае кто же платил за наем кареты?
Грегор молча пожал плечами.
Вот и еще одно одолжение с его стороны, черт побери! Ладно, как только они вернутся в Лондон, она возместит ему расходы.
Венеция надела мантилью и застегнула ее до самого верха.
– Удивляюсь, как удалось колесному мастеру заменить колесо нашей кареты за столь короткое время.
– Он просто заменил его колесом с другой кареты. Хорошо, что экипировка у Рейвенскрофта скорее плебейская, так что особых сложностей не возникло. Сквайру не так повезло.
Элизабет с обеспокоенным видом повернулась в их сторону:
– Что случилось?
– Ось починить не удалось. К счастью, миссис Блум предложила вам и вашей горничной ехать вместе с ней и мисс Платт до Лондона. Сквайр будет сопровождать вас верхом.
– Понимаю, – протянула Элизабет, между бровей у нее появилась морщинка.
Горничная смотрела на хозяйку, округлив глаза, дежурная улыбка исчезла с ее губ. На щеках у Элизабет появились красные пятна, потом она кивнула и сказала:
– Значит, я должна ехать вместе с миссис Блум. Надеюсь, что ни я, ни Джейн не заразим ее лихорадкой.
Венеция взглянула на горничную, которая вовсе не казалась больной.
Грегор собирался было заговорить с Венецией, потом глянул на Элизабет, которая накинула на голову капюшон плаща, и, сказав Венеции:
– Увидимся внизу, – подхватил ее чемодан и вышел.
Венеция подождала, пока его шаги не стихли в отдалении, и тоже спустилась с лестницы. Может, было бы лучше, если бы они с Грегором объяснились, даже на повышенных тонах, но высказали бы друг другу все недоумения и прочее. Беда лишь в том, что на этот раз дело вряд ли ограничилось бы обычным препирательством.
Она обнаружила Рейвенскрофта стоявшим у выхода во двор гостиницы; вещи его были при нем. Ее разозлило то, что перед отъездом из Лондона он уговаривал ее не брать с собой для поездки к бабушке слишком много вещей, а сам захватил все, что имел.
Он просиял при виде Венеции и бросился к ней с распростертыми объятиями:
– Ах, вот и ты! Я спросил у Маклейна, когда ты спустишься, но он ничего мне толком не сказал.
Венеция с любопытством взглянула на ожидавший их дорожный экипаж. Да, миссис Блум явно любила ездить с комфортом: карета была большая, в ней вполне могли уместиться еще несколько пассажиров.
Наверху громко хлопнула дверь, затем послышался быстрый топот ног по ступенькам. Венеция и Рейвенскрофт подняли головы и увидели мисс Платт, несущуюся вниз с опасной скоростью. Ее худое лицо пылало возмущением. Она остановилась на нижней ступеньке и сообщила самым драматическим тоном:
– Мисс Уэст, я ушла от миссис Блум! Полагаюсь на ваше милосердие.
– Что? – спросила Венеция и моргнула. Дважды. Миссис Блум спускалась следующей, одетая в черную мантилью; на голове у нее был большой меховой капор, окаймленный фиолетовым бархатом, на шее – длинный шарф цвета лаванды. Губы сердито поджаты, глаза горят гневом. Увидев, мисс Платт у подножия лестницы, она ткнула в нее пальцем в перчатке:
– Так вот вы где, неблагодарная!
Мисс Платт вздернула подбородок, скрестив на груди тощие руки.
– Это я неблагодарная? Я просто отстаиваю свое право на… на… на… – Она посмотрела на Венецию, как бы прося подсказать ей нужное слово.
Но Венеция молчала.
Миссис Блум остановилась на нижней ступеньке. Ее двойной подбородок дрожал.
– Мисс Платт, я умываю руки. Пожалуйста, посторонитесь, вы мешаете мне пройти!
Мисс Платт пренебрежительно хмыкнула.
– Я рада, что расстаюсь с вами! – заявила она. – Вы плохо обращались со мной, не правда ли, мисс Уэст? – обратилась она к Венеции.
Венеция приоткрыла рот, изумленная тем, что ее пытаются втянуть в этот скандальный разговор, но, помолчав, все же ответила:
– Мне нечего сказать по этому поводу. Это вы должны принимать решение, а не…
Мисс Платт подбоченилась:
– Миссис Блум, я вам больше не слуга.
– Я никогда не говорила, что вы у меня служите! – отрезала миссис Блум. – Я платила вам жалованье, чего не следовало делать после того, что я сделала для вас и для вашего никчемного брата.
  
– Бертран вовсе не такой!
– Он негодяй! – жестко произнесла миссис Блум. – Если вы не верите мне, спросите людей, у которых он украл деньги, когда руководил фальшивой инвестиционной компанией.
Мисс Платт побагровела.
– Он просто совершил несколько неудачных сделок…
– Нет! – твердо произнесла миссис Блум. – Он это сделал сознательно.
Рейвенскрофт откашлялся и сказал:
– Я, пожалуй, отнесу свои вещи в карету. – Он подхватил первое, что попало под руку, и поспешил выскочить во двор, даже не взглянув на Венецию.
Миссис Блум пренебрежительно фыркнула.
– Я помогала вашему никчемному братцу из жалости к вам и вашим тяжелым обстоятельствам! Я выручила вас из беды в последний раз, мисс Платт! Отныне можете полагаться только на себя!
– Именно этого я и хочу! У меня есть возможности, их сколько угодно. Мне об этом сказала мисс Уэст.
У Венеции упало сердце. Она и в самом деле так говорила.
Пылающий взор миссис Блум на мгновение остановился на Венеции, после чего пожилая женщина залилась краской.
– Вот и прекрасно! Если мисс Уэст считает, что у вас есть возможности, пусть и опекает вас! Мне больше нет дела ни до вас, ни до вашего брата.
– Хорошо! – сказала мисс Платт, решительно подошла к Венеции и взяла ее за руку: – С этой минуты я компаньонка мисс Уэст! В следующий раз, когда его надо будет вызволить из тюрьмы, я попрошу ее, а не вас помочь ему!
Миссис Блум перекинула шарф через плечо и прошествовала мимо них во двор гостиницы.
– Счастливое избавление! – произнесла мисс Платт, широко улыбаясь. – Мисс Уэст, я полагаю, что теперь поеду вместе с вами.
Она все с той же восторженной улыбкой посмотрела во двор, где Рейвенскрофт давал какие-то указания слуге Тредуэллов.
– Мисс Платт, не знаю, как вам это сказать, но я не нуждаюсь в компаньонке.
Лицо у мисс Платт вытянулось.
– Но ведь вы говорили, что у меня есть возможности, что я не должна мириться с выходками миссис Блум!
– Возможности у вас действительно есть. Но компаньонка мне не нужна.
– О Боже мой! – Тонкие губы мисс Платт начали дрожать. – Что же мне в таком случае делать? Я не могу вернуться к миссис Блум после того, что она мне наговорила.
Старая дева обратила к Венеции умоляющий взгляд.
Венеция почувствовала, что решимость ее поколеблена, и тут же вспомнила слова Грегора о том, что не следует вмешиваться в чужие дела.
– Поезжайте вместе с нами. Я найду для вас место, когда доберемся до Стерлинга.
Мисс Платт благодарно сжала руку Венеции.
– Благодарю вас! Все будет хорошо, надо только подождать!
С этими словами обрадованная мисс Платт чуть ли не бегом побежала вверх по лестнице за своими вещами.
Венеция смотрела ей вслед, чувствуя, как надежды на то, что все уладится, медленно улетучиваются. Господи, что она натворила? Навязала себе мисс Платт, которая будет липнуть к Рейвенскрофту и замучает их всех своей болтовней.
– Вот вы где.
Она обернулась и увидела Грегора. Он стоял рядом с ней и смотрел на баулы и чемоданы, все еще загораживающие выход.
– Господи, Рейвенскрофт! Быть не может, что все это ваше!
Рейвенскрофт, только что вернувшийся со двора, подхватил еще два баула.
– Поскольку я собирался уехать из страны, то взял с собой все вещи. – Он кивком указал на два оставшихся баула: – Если бы вы могли взять вот эти два, я погрузил бы их в одну минуту.
Грегор молча скрестил руки на груди. Рейвенскрофт сказал со вздохом:
– Ладно, это пустяки, не обращайте внимания.
Он вышел и затопал к карете, едва не столкнувшись со сквайром, который вошел в прихожую со словами:
– Вы еще здесь, мисс Уэст, как я рад! Я боялся, что не успею с вами попрощаться.
– Я бы этого не допустила, – беззаботным тоном возразила Венеция, хотя на душе у нее кошки скребли. – Я как раз собиралась сообщить лорду Маклейну, что мисс Платт поедет с нами.