Навеки твой
– Вы так добры к вашей сестре, мистер Уэст! – затараторила мисс Платт. – Уверена, вы преувеличиваете, мисс Уэст. Ну что вы можете знать о приготовлении пищи?
– Знаю достаточно, чтобы приготовить обед, – ответила Венеция.
В общий зал проник слабый запах чего-то подгоревшего и дым.
Миссис Тредуэлл с озабоченным выражением лица обратилась к Венеции:
– Если вы не против, мисс… Вы могли бы помочь с едой?
– Разумеется. – Венеция поднялась из-за стола.
Мисс Платт удивленно заморгала.
– Мисс Уэст! Не может быть, чтобы вы говорили серьезно! Помочь на кухне?
– А что в том худого? – строго спросила миссис Блум, метнув в мисс Платт осуждающий взгляд. – Наша обязанность помогать, если в этом есть необходимость!
– Обязанность слуг, быть может? – недовольно фыркнув, пробурчал Рейвенскрофт.
Мисс Платт выставила вперед подбородок.
– Да! Именно так я считаю. Обязанность слуг.
Миссис Блум шумно втянула носом воздух и направилась к Венеции, но луг раздался голос миссис Тредуэлл:
– Миссис Блум, мне нелегко просить вас, но, может быть, вы помогли бы накрыть на стол, пока мисс Уэст помогает мистеру Тредуэллу на кухне?
– Само собой, – ответила миссис Блум. – Я не против того, чтобы поработать на кухне.
Она сверкнула глазами на мисс Платт, которая не двинулась с места, и последовала за миссис Тредуэлл к буфету, стоявшему у одной из стен общего зала. Дверца буфета была открыта одним решительным движением, и на полках обнаружилось великое множество столовой и чайной посуды. Миссис Тредуэлл дала миссис Блум некоторые инструкции, а та принялась снимать с полок тарелки и блюда и переносить их на стол.
Мисс Платт игривым тоном обратилась к Рейвенскрофту:
– Насчет того, что я знаю свое место, вам не придется беспокоиться. Я останусь здесь, возле вас.
Рейвенскрофт поспешил встать:
– Венеция, я, пожалуй, присоединюсь к тебе.
– Спасибо за доброе намерение, – поблагодарила она. – Но я уверена, что от тебя будет больше пользы здесь, если ты согласишься помочь миссис Блум.
– Но я…
– Мистер Уэст, – обратилась к нему миссис Блум. – Вот, возьмите-ка столовые приборы.
Она протянула ему ножи и вилки. Сообразив, что ему пришли на выручку, Рейвенскрофт принялся помогать миссис Блум.
– Я тоже помогу вам! – спохватилась мисс Платт.
Рейвенскрофт поморщился.
– Миссис Тредуэлл, какие запасы в вашем распоряжении? – спросила Венеция.
– Господи, да всего полно! Есть хорошая связка куропаток, есть оленина, а в курятнике за амбаром – куры.
– Куры? Живые? – задыхаясь от волнения, спросил Рейвенскрофт.
– Разумеется, живые. И очень жирные. Из них получится на редкость сочное жаркое!
Рейвенскрофт содрогнулся.
– Я не стану есть мясо только что убитых живых существ. Это… это…
– Это слишком тяжело для вашего чувствительного желудка? – предположил Грегор.
Сквайр подавил готовый вырваться у него смех.
– Это варварство! – проговорил наконец Рейвенскрофт.
Миссис Тредуэлл была явно сбита с толку.
– Вчера вам, помнится, пришелся по вкусу мой пирог со свининой? – обратилась она к Рейвенскрофту.
– Со свежим мясом? – ужаснулся тот.
– Конечно! Мы зарезали поросенка утром, перед тем как готовить. – Она вдруг оживилась: – О, я вспомнила, у нас еще осталась свинина, есть и потроха, которые можно…
– Миссис Тредуэлл, – поспешила прервать ее излияния Венеция, заметив, что Рейвенскрофт побледнел. – Давайте посмотрим, что приготовил мистер Тредуэлл.
Она взяла пожилую женщину под руку и увела на кухню.
Там они закашлялись от дыма и чада.
– Боже мой, да откройте же дверь во двор! – воскликнула Венеция.
Мистер Тредуэлл, облаченный в грязный фартук, поспешил исполнить ее требование. Венеция подошла к вертелу, на котором тушки куропаток превращались в горелые сухари. На плите издавала странные бурлящие звуки большая кастрюля. Венеция приподняла крышку, и из кастрюли повалил дым. Прихватив ручку рваным полотенцем, Венеция сняла кастрюлю с огня и поставила на стол. Сбросила крышку при помощи кочерги. Сквозь густую черную массу пробивались пузыри.
– Моя овсянка! – вскричал мистер Тредуэлл, заглянув в кастрюлю. – Как вы считаете, мы можем спасти хотя бы часть?
Венеция подумала, что хорошо бы спасти кастрюлю.
– Надо все начать сначала, – сказала она.
– Но джентльмены голодны!
– Ничего, не умрут. – Венеция сняла с крючка на стене фартук и надела. – Мистер Тредуэлл, мне пора приниматься за дело.
– Вы умеете готовить?
– Бог мой, разумеется, – улыбнулась Венеция, закатав рукава. – Приготовила однажды куропатку, принц отведал и поклялся, что в жизни не ел ничего вкуснее.
– Принц? – ошеломленная, переспросила миссис Тредуэлл.
Мистер Тредуэлл с явным облегчением снял фартук.
– Ну что ж, отлично, мисс Уэст. Действуйте, прошу вас.
– Благодарю за доверие. А пока я, как вы это назвали, действую, не могли бы вы открыть бутылочку портвейна и сообщить джентльменам, что обед будет готов не раньше, чем через полчаса?
– Прекрасная мысль, – сказала миссис Тредуэлл. – Не приготовить ли мне чаю для леди?
– Это было бы очень славно, – отозвалась Венеция, окинув внимательным взглядом большую и хорошо оборудованную кухню. Одну ее часть занимала плита, рядом с плитой аккуратной поленницей были уложены дрова. В центре стоял длинный стол, поверхность его была отмечена многочисленными зарубками, свидетельствовавшими, что ее использовали в качестве доски для нарезки мяса и овощей. Возле стойки для кастрюль располагался набор различных специй.
– Красивая кухня, – сказала Венеция.
Миссис Тредуэлл тоже огляделась по сторонам, словно впервые увидела собственную кухню.
– Да, это верно, – подтвердила она.
Мистер Тредуэлл одарил Венецию гордой улыбкой:
– Я не жалел расходов на оборудование кухни для миссис Тредуэлл, хотя она в нее ни ногой.
– Чего ради мне это делать? Я не дурочка! Ты бы тогда заставил меня готовить все блюда! – Миссис Тредуэлл подмигнула Венеции. – Может, я и не самая умная женщина на свете, но уж ловушку распознаю с первого взгляда, вот оно как.
– Ловушку? – запротестовал мистер Тредуэлл. – Я-то думал, ты хочешь помогать мне вести дела в моей гостинице!
– Я так и делаю, но только не из кухни, – заявила миссис Тредуэлл, подбоченившись. – Помогаю, чем могу, обслуживаю гостей, да и многое другое делаю.
– Это больше похоже на то, что ты хотела добиться своего, – сказал мистер Тредуэлл со смешинкой во взгляде.
– Каждый из нас получил свое, – улыбнулась миссис Тредуэлл.
Рассмеявшись, оба разошлись каждый по своим делам, оставив Венецию в одиночестве.
Венеция налила воды из бака в жестяной котелок и повесила его над огнем, потом обнаружила некоторый запас картошки, четыре наполовину высохших морковки, тощий ломтик бекона, немного соленого сала, десяток луковиц и несколько мешочков пшеницы в зернах. Дальнейшие раскопки выявили пакетик сушеной черники, сахар и дрожжи.
Она решила приготовить мясное рагу, а также испечь на сковородке лепешки.
– И еще леденцы, если сумею развести огонь пожарче, – раздумчиво проговорила она вслух. – Это будет приятным дополнением.
– Конечно, будет, – послышался у нее за спиной глубокий голос.
Венеция обернулась. В дверях стоял Грегор.
Глава 15
В жизни каждого человека наступает такое время, когда он должен решить, хочет ли он быть справедливым или хочет быть счастливым.
Венеция отвернулась, горячие иголочки кололи ей напрягшиеся груди. Как раз перед появлением Грегора она наполнила миску водой и поставила на стол, собираясь мыть овощи.
– Я думала, ты пьешь портвейн вместе с другими мужчинами.