Горящие туры в Драконьи горы (СИ)

Уверен, Элиан не станет болтать о том, что увидел здесь, но она-то об этом не знает.
Да и вообще, ситуация некрасивая. Я, конечно, взрослый мужчина, и не обязан отчитываться даже перед братом, но мне не хотелось, чтобы он думал о каре Маше какие-нибудь пошлости.
Я собирался познакомить брата со своей гостьей при других обстоятельствах.
А Лин всё говорил и говорил, не давая вставить мне хоть слово:
  
– Вы не представляете, милая кара, как я рад вас здесь видеть! Пусть до сих и не верю своим глазам. Кажется, за время моего отсутствия брата кто-то похитил и подменил… Тот сир Дариан Айр, которого я знаю с детства, на такое точно не способен. Дар, а как же всё то, что ты мне говорил? – глумливо усмехался младшенький. – Ну, про серьёзные намерения, разборчивость, ответственность… Мол, в свой дом и свою спальню можно привести только женщину, которую готов назвать женой? Или это она и есть? Неужто ты наконец-то её нашёл? Прелестная кара, если вы та самая, необыкновенная, кто смог растопить ледяное сердце моего брата, то я вас готов расцеловать прямо сейчас, даже имени вашего не спросив!
Он, в самом деле, даже сделал шаг по направлению к кровати, отчего Маша испуганно сжалась и попыталась, что-то протестующе запищать, а я дёрнулся всем телом, готовый вскочить и преградить ему путь. Но у Лина хватило ума, не делать откровенных глупостей.
– Кстати, Дар, ты хоть познакомь меня с будущей родственницей, что ли… – продолжил брат.
А я, разозлившись окончательно, наконец-то обрёл голос и рявкнул так, что зазвенели стёкла:
– Лин, ну-ка выйди отсюда немедленно!
– Ой, простите! – испуганно вжал голову в плечи Элиан. Впрочем, я прекрасно видел, что он опять паясничает. – Я как-то не подумал… Конечно, сию минуту! Вам ведь надо одеться… Прошу прощения…
– Да я не… – вспыхнула кара Маша. У неё даже уши стали алыми.
– Вообще-то, мы одеты, – рыкнул я.
И, словно в доказательство своих слов, откинул одеяло и выбрался из постели.
Следом за мной, это проделала и Маша, правда, чуть замешкавшись – видно, поправляла платье после сна.
– О… а это уже какое-то странное извращение… – удивлённо вскинул брови Элиан. – Но… у всех, конечно, свои причуды…
– Да, это вовсе не то, что вы подумали! – разозлившись, выдала кроха Маша и уже привычно притопнула ножкой.
– И очень жаль! – довольно натурально вздохнул Элиан. – Я-то уже надеялся…
– Элиан, выйди, последний раз повторяю! – раздражённо прошипел я. – Подожди меня в гостиной! Каре… Марике нужно… привести себя в порядок… и… переодеться, – я наконец-то придумал разумный предлог, чтобы выставить этого нахала.
– О, да! Это было бы отлично, – оживлённо закивала светлой головой Маша, и её взлохмаченные кудряшки смешно запрыгали.
Я мгновенно оказался рядом с братом, выталкивая его из спальни самым бесцеремонным образом. Мне очень хотелось задержаться хоть на минуту, извиниться перед Машей за это нелепое представление и, в конце концов, просто поздороваться, но увести сейчас Элиана было важнее.
– Ой… а мои вещи? Они же… там… – долетело мне в спину, уже на пороге комнаты.
И я, мысленно поблагодарив судьбу, тотчас подтолкнул брата в сторону гостиной:
– Лин, принеси-ка саквояж кары Марики!
В этот раз младший не стал перечить, а быстренько отправился туда, куда его послали.
– О-о-о, какой… необычный цвет, – долетело до меня издалека.
Пользуясь шансом, я обернулся к моей гостье – она смотрела на меня сердито, исподлобья, поджав свои красивые яркие губы, но это меня не остановило.
– Доброго утра, кара Маша! – сказал я как ни в чём не бывало. – Прошу прощения за выходку этого оболтуса! Вы только не переживайте, брату я всё объясню. Вы пока можете воспользоваться ванной, привести себя в порядок, успокоиться. А за завтраком я вас познакомлю. Хорошо?
– Угу, – хмуро отозвалась эта свирепая кроха.
Кажется, моя попытка извиниться провалилась. Она явно не была настроена прощать меня так легко. И, наверное, имела право обижаться. В конце концов, я ведь её вчера убеждал, что её репутации ничего не грозит…
– Ваши вещи, кара Марика! – галантно улыбнулся Лин, возвращаясь в спальню.
Но я войти не дал, вырвал у него из рук этот ядовито-розовый ужас, в котором хранила вещи моя Нездешняя, и поставил саквояж перед Машей.
– Да… вот… ваши вещи…
На этом мы с братом наконец-то вышли из спальни, я плотно прикрыл дверь и, кажется, только сейчас вздохнул полной грудью.
– Да-а-ар, кто это? – таинственным шёпотом поинтересовался Лин.
Всё это время он продолжал таращиться на меня так, словно я внезапно рогами обзавёлся или ещё чем похуже, глумливо ухмылялся и плутовато щурился, позабыв о всяком уважении к старшему брату.
– Вот даже не начинай, Лин! – зашипел я в ответ. – Ты всё не так понял…
– Дариан, мне не пять лет… – развёл руками младший. – Я обнаружил в твоей постели хорошенькую юную кару… Это можно понять как-то ещё? Скажу больше, если и можно, то я, вообще, отказываюсь тебя понимать. Если ты меня сейчас начнёшь убеждать, что вы просто спали и…
– Именно, – перебил я чересчур разговорившегося брата. – Именно, что просто спали. Ты, конечно, можешь фантазировать и дальше, но… Я просто позволил ей переночевать здесь, потому что кара Марика оказалась в сложной ситуации. В двух словах не расскажешь… Но я не мог выставить девицу среди ночи на улицу и…
– Сир Айр, сир Айр… – скорбно покачал головой мелкий паршивец, – ещё никогда вы меня так не разочаровывали!
Но уже через минуту мой брат снова засиял улыбкой в предвкушении знакомства.
– Та-а-ак, постой! Хочешь сказать, что тебя и эту очаровательную прелесть в твоей спальне ничего не связывает, никаких отношений? Так я могу…
– Даже думать не смей! – ткнул я пальцем в грудь братишки. – Меня с карой Марикой связывают очень крепкие отношения, очень. Но вовсе не то, что ты придумал, а исключительно деловые. Она… мой новый компаньон.
– Да ну? – младший, разумеется, не поверил.
– Представь себе! Она будет моим… личным консультантом по туризму… – выдал я загадочно.
– Чему? – нахмурился Лин, кажется, заподозрив наконец-то, что я говорю правду.
Но ответить ему и разъяснить, что такое этот таинственный и никому пока неизвестный туризм, я не успел.
Из моей спальни раздалось смущённое покашливание и призывный оклик:
– Сир Айр! Можно вас?
***
– Полагаю, это тебя…
Усмешка Элиана была настолько глумливой, что мне сразу стало ясно – ни в какие деловые отношения между мной и карой Марикой он не поверил.
И пока я размышлял, как его переубедить, братец добавил, явно издеваясь:
– Но могу и я сходить… Я же тоже… сир Айр... С удовольствием помогу твоей гостье, раз ты не торопишься.
– Вот только попробуй! – зашипел я, срываясь с места.
И уже на пороге спальни осознал, что только что невольно подтвердил все подозрения Лина. Пусть они и не были справедливы, но выглядело всё именно так, будто я ревную кару Машу. А ведь ревновать делового компаньона это странно и глупо. Ревновать можно только собственную женщину.
Я прекрасно знал, что миниатюрная блондинка в спальне моей женщиной не является, но вёл себя именно так, словно имею на неё права и ни с кем не собираюсь этим сокровищем делиться. Понимаю, как это выглядело в глазах брата.
Признаюсь честно, такие странности в собственном поведении меня озадачивали и сбивали с толку. В конце концов, я давно не пылкий юноша, теряющий голову при виде хорошенькой девицы. Да, по правде сказать, я даже в юности был довольно рассудительным и сдержанным. Я не очень понимал, что со мной сегодня происходит, но решил списать всё на бессонную ночь и внезапное вторжение Элиана.
  
Вот сейчас проснусь окончательно, и меня отпустит…
А пока стоит забыть о собственных странностях и идти спасать мою Нездешнюю.
Что там у неё приключилось?
***