Боль (ЛП)

Заглядывая на свою собственную кухню, Матео замечает, что грязные тарелки, миски, кружки с недопитым кофе исчезли со стола, как будто завтрак был только плодом его воображения. Лоик за столом в столовой делает домашнюю работу в компании своей новой няни Консуэлы. Она моложе предыдущих: миниатюрная и жилистая, с заостренными чертами лица и нервной энергией.
Похоже, Лоику все наскучило и надоело, светлая голова лежит на вытянутой руке, которая теребит кончик карандаша, пока Консуэла на своем ломаном английском пытается объяснить ему содержание вопроса. Он с надеждой оборачивается, когда входная дверь хлопает, и Матео видит в его глазах разочарование.
— Во сколько придет домой маман?
— И тебе привет. Не знаю. Консуэла, здравствуй.
— Матео, я пытаюсь дозвониться тебе. Твоя мама, она просить меня приготовить курица, но сегодня утром, когда я пришла, там только стейк, поэтому я разморозила стейк, но сейчас думаю, может, нужно купить курица? — Она говорит очень громко, а слова с сильным португальским акцентом вылетают со скоростью пули, отчего их трудно понять.
— Нет, не надо, уверен, стейк будет замечательно…
— Но что насчет курица? Мне купить курица?
О, Боже. Всего второй день здесь, а уже устраивает панику.
— Нет, я уверен, что маме подойдет и стейк, — пытается он ее убедить. — Хочешь, чтобы я поставил его готовиться? Ты уже начала делать ужин?
— Нет, нет, я начинаю ужин.
Он медлит, смущенный ее употреблением времен.
— Хочешь, я помогу Лоику, пока ты разбираешься с ужином?
От этого предложения она, похоже, приходит в ужас.
— Нет, нет! Матео, ты делать сейчас домашнюю работу?
— У меня завтра последний экзамен. Мне не нужно делать домашнюю работу.
— Тогда у тебя тренировка? Ты сейчас тренироваться?
— Да. — Ее манера говорить, произнося все как вопрос, уже действует ему на нервы, поэтому он разворачивается к лестнице в подвал. — Я просто хочу сказать: если тебе понадобится моя помощь, просто позови меня.
— Ты сейчас переодеваться для тренировки, да?
— Да, — устало отвечает он, даже не оборачиваясь и уже спускаясь по лестнице.
— Мэтти? — голос Лоика звучит тихо, но жалобно.
Матео спускается еще на несколько ступенек, останавливается и оборачивается к нему. Кажется, Лоик хочет, чтобы он остался, но… Скоро вернутся родители и примутся спорить, чей день отличился большим стрессом; Консуэла будет паниковать, когда мама станет ее расспрашивать о домашней работе Лоика; а отец потребует обсудить тренировку Матео к соревнованиям в эти выходные.
— Ты можешь мне помочь? — Лоик уныло смотрит на него. — Консуэла не понимает английский.
Матео чувствует раздражение.
— Лоик, не будь таким грубым, конечно, Консуэла…
— Я понимаю, понимаю! — визжит она на него. — Лоик, твой брат должен сейчас тренироваться. Я еще раз тебе объясню. Слушай…
— Но во сколько возвращается мамочка? — Пытаясь игнорировать няню, Лоик по-прежнему смотрит на него разочарованно-жалобным взглядом. Матео никогда не знает, чего от него хочет его восьмилетний брат — только лишь то, что он не может этого выполнить.
— Очень скоро. И поэтому тебе нужно доделывать задания. Сегодня вечером мы будем ужинать вместе. — Он одаривает Лоика ободряющей улыбкой.
— Она будет сегодня укладывать меня спать? — на миг Лоика переполняет надежда.
— Да! — с энтузиазмом кивает он.
— И почитает мне сказку?
— Да! Но только если ты сейчас же доделаешь домашнюю работу, ладно?
Секунду в глазах Лоика читается сомнение, словно он пытается оценить: Матео говорит правду или то, что он хочет услышать, лишь бы поскорее уйти.
— Ты идешь в бассейн?
— Нет. В тренажерный зал.
— А ты придешь на кухню, когда закончишь?
— Да, — отвечает Матео, пребывая в уверенности, что к тому моменту его родители уже вернутся домой.
В подвальном этаже их дома находится тренажерный зал, который обустроил отец, когда Матео начал завоевывать медали на национальном уровне. Им пользуется только он — родители предпочитают заниматься спортом в загородном клубе, — так что зал спроектирован в соответствии с его нуждами в прыжках в воду: размер всего подвала с зеркалами от стены до стены, настил из пружинящей подложки, ремни для прыжков на акробатической дорожке, огромный трамплин для отработки различных видов сальто, беговая дорожка, гребной тренажер, а также различное оборудование для растяжки или укрепления мышц. Всем этим он должен пользоваться один час в день, когда у него тренировка по прыжкам или в спортзале, и два часа — если он выздоравливает после травмы, восстанавливается после ошибки. Воскресенье — единственный выходной. Обычно у него хорошо выходит придерживаться расписания, но поскольку родители никогда не спускаются сюда, а у него есть собственный выход в сад, это место стало полезным предлогом для того, чтобы уединиться, а потом сбежать к Лоле.
 
Когда он входит, свет включается автоматически, кондиционер начинает гудеть. Матео подходит к музыкальному проигрывателю и, разбираясь с пультом управления, скидывает ботинки и свою форму, после чего достает из шкафа с тренировочной одеждой, которую хранит здесь, серые штаны для бега и голубую футболку. После обязательного часа растяжки, разновесов и кувырков на полу под речетатив Эминема Матео стягивает кроссовки и носки и забирается на трамплин. Тот имеет олимпийский размер и расположен у главного спортзала в специально обустроенном пространстве, который тянется вдоль дома, так что его потолок высотой почти в четыре этажа. Он начинает подпрыгивать, глядя сквозь стеклянные панели на сгущающиеся сумерки в саду, где огни освещают лужайку, и позволяет силе тяжести делать большую часть работы, встряхивая свои уставшие мышцы и наклоняя голову из стороны в сторону. Он медленно набирает высоту, пока не достает до отметки на противоположной стене, а потом начинает переворот. Сальто вперед в положении группировки, дважды подпрыгнуть и повтор. Он выполняет серию из десяти прыжков, затем переключается на сальто вперед в прямом положении, тело натянуто как доска и перекручивается в воздухе. Снова серия прыжков, а потом сальто в согнутом положении: ноги выпрямлены, носки натянуты, руки удерживают щиколотки, голова почти касается коленей. Как только он слегка теряет позицию в воздухе или приземляется в нескольких сантиметрах от креста в центре трамплина, то снова повторяет всю серию. Только идеальная серия — нет смысла мошенничать: иначе придется расплачиваться, когда надо будет выполнять те же самые винты и обороты, ныряя с десятиметровой вышки, и плохой заход головой в воду с такой высоты намного болезненнее, чем непопадание в крест в центре трамплина. Он повторяет серии в том же порядке, в тех же позициях, но на этот раз делает сальто назад, прежде чем закончить череду комбинаций: двойные обороты и винты. Отталкиваясь все выше и выше, он начинает совершать ошибки: приземляется на ребро стопы, вообще промахивается и падает на плечо, — поэтому останавливается и возвращается к разминочным прыжкам, перенаправляет сознание, успокаивает дыхание… чтобы потом снова вернуться к тренировкам. Он уже пересек двухчасовую отметку и понимает, что ему пора остановиться, а потому переходит к последней цели — пять прыжков назад в два оборота с поворотом на 360 градусов во втором обороте, и на этом хватит. Пять, но подряд. Он может это сделать. Просто нужно верить, что он может…
Выйдя из обжигающего душа в верхней части дома, Матео со все еще мокрыми волосами входит в тишину своей белой комнаты, надевает джинсы и футболку и падает на кровать, глядя на непрозрачное стекло свисающего с потолка светильника. В комнате необычайно ярко; у него в груди зарождается неприятное ощущение от перспективы предстоящего вечера. Ужин с родителями — всегда тяжелое испытание, и ему вдруг хочется спать. Как и в большинство дней он встает в пять утра, ныряет в Аква-Центре с шести до восьми, а потом садится в автобус, следующий прямиком в школу. Последние пару недель выдались тяжелыми: экзамены второго уровня сложности почти каждый день и зубрежка в последние минуты выходных, поэтому теперь он измотан. До официального окончания семестра остается еще две недели, а пока школа — скорее формальность. Для подготовки докладов им дали несколько громких имен из наиболее популярных областей: право, медицина, политика, наука. Проводится множество уроков профориентации, а также другие мероприятия, характерные для конца года. Устраиваемый Хьюго большой турнир по крикету, который Матео по глупости согласился помочь организовать и судить, несмотря на отсутствие у него возможности принять в нем участие из страха получить травму. Мюзикл для первых четырех классов, который мазохистски ставит Лола. День Спорта, который должны организовывать шестиклассники; подписывание ежегодников; аукцион для организации «Спасем детей». И, конечно же, субботний бал выпускников, который он, без сомнения, должен готовить, поскольку Лола состоит в комитете, но который совершенно точно пропустит, так как тот совпадает с Национальным чемпионатом в Брайтоне. Какая скукота.