Бесстрашный (СИ)
На «раскраску» двухсот с лишним щитов ушло минут сорок. Работал как на конвейере. Брал из стопки изделие, быстренько наносил на него три иероглифа, тихо прочитывал их, ждал, когда запись вспыхнет невидимым пламенем, и переходил к следующему щиту.
Два образца мы решили испытать на износ и пробитие. Закрепили на паре жердей и принялись обстреливать их с разных дистанций: первый — болтами и стрелами, второй — заклинаниями. Ткань на первом порвалась только на сорок девятом выстреле. На втором — после двадцати четырёх атакующих заклинаний.
— Ну вот, а ты говорил, — подытожила Рейна.
Результат был и впрямь неплохой. Столь малыми усилиями получить настоящую, а не бутафорскую магическую броню, стоило действительно дорого.
Наличие у пехоты щитов позволило попробовать в деле несколько новых приёмов.
Один из них в моём прежнем мире назывался «римская черепаха». Это когда движущиеся колонной воины прикрывали себя щитами со всех сторон, в том числе, сверху. Главное отличие здешнего «панциря» от применяемого древнеримскими легионами состояло в весе щитов. Если у легионеров скутумы, насколько я помнил, весили килограммов по десять, вес наших не превышал трёх кило. Разница довольно существенная, особенно если надо держать такой над головой и вышагивать с ним, держа строй, по часу и больше…
Ещё одной интересной новостью Рей поделилась со мной поздним вечером, когда мы возвращались в город после учений.
— У тебя связь-камень нормально работает? Шорохи при разговоре, шумы не слышны? — спросила она.
— Нет, не слышны. А что?
— Да мы тут одну интересную штуку выяснили… — подруга хитро прищурилась и, выдержав положенную таким случаям паузу, негромко продолжила. — Короче, мы теперь можем прослушивать все разговоры Конклава.
— Все⁈ — изумился я.
— Все, что они ведут по связь-камню, — уточнила «богиня». — Думаю, им никому просто в голову не пришло, что их могут подслушивать. Связь-камни — артефакты особенные. У них очень много возможностей, но надо уметь ими пользоваться…
Она начала в подробностях объяснять, как им удалось подключиться к сети высших магов Империи, а я опять почесал в затылке.
Видимо, о таких вещах, как сквозное шифрование и протокол передачи данных тут и слыхом не слыхивали. Серьёзное упущение. Но нам оно было сейчас только на руку.
Как оказалось, участником «онлайн-конференции» высших магов мог стать любой, кто имел достаточно силы, чтобы залить в свой связь-камень необходимое количество маг-энергии. У моих друзей и соратников собственных сил для такого воздействия не хватало. Но если воспользоваться заёмной, от нашего камня Баат… Словом, единственным недостатком нашей тайной «прослушки» являлось то, что её можно было производить только на главной площади Пустограда, около алтаря.
Насчёт того, как преодолеть этот недостаток, кое-какие мысли у меня уже появились, но их проверку я решил пока отложить. Из-за чего? Да из-за того, что впереди у нас была целая ночь, и тратить её на эксперименты с камнями стало бы с нашей стороны просто глупостью…
Сразу нырять в кровать Рейна мне не позволила. Сказала, сначала надо помыться.
Логично, как ни крути. После целого дня полевых учений омовение в горячей воде — штука полезная. А уж если совершать это омовение вместе, то не только полезная, но и чрезвычайно приятная.
Купель располагалась в примыкающей к моей комнате умывальной. Как оказалось, вода в ней была уже разогрета. Видимо, Рейна заранее распорядилась, чтобы её подготовили к приезду хозяина.
Разоблачившись догола, я забрался в купель и блаженно зажмурился. Тепло и нега — неплохой расслабон после тяжёлого дня и нескольких суток дороги. Перебить этот кайф может только наличие рядом женщины. Как только подумал об этом, желание тут же осуществилось.
Как Рей вошла в умывальную, я не видел (проделать это с закрытыми глазами достаточно сложно), но слышал во всех подробностях. Это было даже интереснее, чем смотреть-наблюдать. Я словно вживую представлял себе, как она своей лёгкой походкой подходит к заполненной водой чаше, медленно избавляется от одежды, распускает свои роскошные волосы, изящно изгибается над купелью, соскальзывает в неё у меня за спиной, прижимается грудью… Последнее я уже не слышал, а чувствовал. И, самое главное, ничего не имел против…
На следующее утро, судя по пробивающимся сквозь занавески лучам местного солнца, я проснулся довольно поздно. Рей, как обычно, уже ушла, и кровать находилась в моём полном распоряжении. Разлёживаться я, впрочем, не стал. Быстро умылся, оделся и спустился вниз, в общий зал.
Там, буквально притоптывая от нетерпения, меня уже дожидался Балий, глава пустоградского магсовета…
— Доброе утро, мессир! — бросился он ко мне. — Всё сделал, как вы приказывали.
— Приказывал? — посмотрел я на него с удивлением.
— Ну как же! — всплеснул руками волшебник. — Всё, как вы говорили. Ингредиенты нашли, точно по списку. Аптекари изготовили смесь, красильщики залили все ёмкости. С особенным тщанием, как вы и предупреждали. Изделия запечатали и отгрузили в хранилище магсовета. Все двести штук. Полсотни особых, сто пятьдесят стандартных…
Я слушал, что он говорит, и мысленно костерил себя за забывчивость. Сам ведь дал Балию указания перед отъездом, и на тебе! Вылетело из памяти напрочь. А он — молоток! Болт на эту фигню не забил — выполнил, что обещал…
— В хранилище, говоришь? Охрану поставили?
— Так точно, мессир. И огнеупорные заклинания.
— Отлично! Погнали смотреть…
Глава 14
— Итак, господа, у меня есть для вас две новости… — начал разговор Ризен, фактический председатель Конклава.
— Хорошая и плохая? — позволил себе бородато пошутить «независимый» Крамос.
— Нет. Плохая и очень плохая, — не принял шутку первый верховный. — Начну, пожалуй, с плохой: наш повелитель недоволен складывающейся ситуацией. К мятежникам присоединились несколько тысяч наёмников и пиратов. Плюс к ним вовсю прибивается ополчение из соседних с Сежешем и Пустоградом провинций. Всего получается около пятнадцати тысяч солдат. И пускай даже настоящих профессионалов в их войске не более половины, а настоящих магов практически нет, всё равно получается довольно внушительно. И наш перевес в численности и качестве уже не выглядит безоговорочным.
— Нас в три раза больше. Разве этого мало? — удивился Меноний.
— Как показали события на Сала́те, да. Мало, — отрезал Ризен. — Сенешаль Нарий, имея под рукой полтысячи воинов, так и не смог ликвидировать одного-единственного, практически загнанного в ловушку иммунного.
— Ему помогли, — пробурчал сенешаль. — Тем более это была не боевая операция, а, скорей, поисковая.
— И, тем не менее, вы её провалили, — жёстко заметил верховный.
Нарий открыл было рот, чтобы ответить, но в итоге решил промолчать. Вину за собой он действительно чувствовал. Недооценка противника сыграла против него полной мерой.
— А в чём же тогда очень плохая новость? — подала голос Дарша, маг пятого уровня, не имеющая пока ранга магистра, введённая в Конклав вместо опальной Астии.
Глава Конклава невесело усмехнулся:
— Очень плохая состоит в том, что нашему императору всё равно, кто одержит победу, мятежники или мы…
— И что здесь плохого? — не поняла магичка.
— Если императору всё равно, значит, он уверен в конечной победе, но нас, если мы оступимся, в Конклаве не будет, — мрачно пояснил Крамос. — У меня, вообще, складывается впечатление, что повелитель решил собрать новый Конклав. Полностью новый. Ты понимаешь? Пол-нос-тью, — произнёс он раздельно.
Дарша секунды четыре молчала, переваривая информацию, затем неожиданно выпалила:
— Астия — сволочь!
Ответом ей были несколько тихих смешков.