Тест на человечность (СИ)
- Я же говорил, не отстанет. Хана им! - огромная струя пламени взметнулась из-за деревьев. - Совсем у них всё хреново. Бункер рванули. Сомневаюсь, что это поможет. Хоть кристалл ей просадят.
Более получаса ехали молча. Наконец решаюсь задать волновавший меня вопрос:
- Что она имела в виду про жену? - и без того хмурое лицо Рустама стало словно безжизненное. Он то открывал рот, то закрывал. Долго не мог начать говорить.
- Моя жена была игроком. Или как её называли люди, к которым попала - спасительница. И она потратила все жизни.
- Соболезную, - машинально отвечаю. - Как ты узнал, что она игрок? Она сама об этом рассказала?
- Нет. Заметил происходящие с ней странности. Начала постоянно пропадать. В глазах появилась жестокость и затаённый страх. А один раз на моих глаза исчезла. Легла на кровать и словно рассыпалась.
После его слов, стало любопытно самому на такое взглянуть. Возникла идея в следующий раз поставить телефон на запись.
- И что было дальше?
- Я ждал более пяти дней. На звонки её мамы, отвечал, что она занята, либо отъехала. В итоге просто выключил телефон. Все эти дни не выходил на работу. На четвёртый день приехал её отец и задал вопрос, что с его дочерью. Пришлось соврать, будто мы поругались, и она сейчас живёт в гостинице. Он мне не поверил. Так как знал, что жили мы не богато. Я извозом занимался. Отец мой дворником работал. Я же смог в извозчики податься. Денег было мало, но на жизнь хватало. А отец её в столице лавку держал. Часто нам деньгами помогал. Как я с ним ругался по этому поводу. Говорил, что в Санкт-Петербурге, извозчики не бедствуют. Богатых купцов и дворян много. А машина у меня новая была. Новый Русо-Балт смог купить. Обеспеченные клиенты охотно ко мне садились.
По мере рассказа, видел, как на его лице появляется улыбка. Вероятно, воспоминания были для него очень приятными. Не стал отвлекать и торопить, дабы перевести разговор на нужную мне тему. История из другого мира затягивала. История простого таксиста из Петербурга. Столицы Российской Империи двадцать первого века.
- Он остался ночевать у нас. На пятый день, под вечер, она появилась. Мы с ним стояли в спальне и в очередной раз ругались. Он угрожал полицией и связями среди жандармов. Её появление вызвало шок. Словно из мельчайших деталей, она собралась на кровати. В той же одежде, в которой легла. А я ведь её убрал в шкаф. Мы бросились к ней. Всё её тело было в странных красных пятнах, - упоминание о красных пятнах, напомнило то, что видел в зеркале, в тех местах, куда кусали мутанты. - Отец хватался за сердце и причитал. Ему стало плохо. Гузель так и не приходила в себя. Лишь через пять минут сделала глубокий вдох и открыла глаза.
Замечаю, как из его глаза скатилась одинокая слеза. Он вновь мысленно пережил то событие. Сигнал сзади прервал его воспоминания. Мне сейчас очень захотелось выйти и высказать много всего не хорошего этой охотнице. У меня есть уникальная возможность узнать хоть что-то о таких, как я. Причём от человека максимально посвящённого в тему. На языке крутилось множество вопросов. Один из них, как он оказался в этом мире?
- Чего этой вертихвостке ещё надо? На всякий случай будь наготове, - остановившись на обочине, вышли из машин.
- Мальчики, думаю, уже достаточно отъехали, но мы так и не определились, куда направляемся.
- Поезжай куда хочешь. Мы тебя за собой не тащим.
- Рустам, не надо грубостей. Мы же с тобой старые знакомые.
- С такими, как ты, дела предпочитаю не иметь. Прикрываетесь правильными словами, но скажи мне, Диана, что будет, если кто-то разместит заказ. Отдаст в качестве награды одну жизнь. Вы будете разбираться в том, что совершила ваша будущая жертва? И самое главное, почему? - пристально смотря ей в глаза, спросил Рустам. Заметно, что данный вопрос его действительно волнует.
Она нахмурилась. Прикусила нижнюю губу, затем ответила:
- Я всегда выясняю причину. И многие могут подтвердить, если человек не виновен или у него были веские причины, то я его не трону, - с вызовом ответила она. - За остальных, ответственности не несу. Но правила ордена обязуют тщательно разбираться. А за нарушение, у нас серьёзно карают.
- Зачем ты едешь за нами? Ты знаешь моё имя. Не ошибусь, если предположу, что в блокноте записаны приметы. Кто их тебе дал? - не дав Рустаму продолжить спор, спрашиваю.
- Лёш, а ты в курсе, что твои друзья прилетели в Новый Амстердам?
- Предполагаю.
- А в курсе, что никто никогда не даст статус жителей поселения, спасённым такими, как ты? - с ехидной улыбочкой спросила она, изредка поглядывая на Рустама. Вероятно, заметив моё растерянное выражение лица, её улыбка стала ещё шире. - Что такое? Рустам, ты ему не рассказал? Ай-яй-яй. Как не хорошо.
- Вот стерва. Ладно, пока ты не начал задавать мне тупые вопросы, рассказываю. Те, кого спас игрок, становятся привязанными к нему. Привязка нужна, для сохранения воспоминаний и в случае смерти, перерождения в ближайшей локации. Ни одно поселение не примет к себе таких. Так как в случае их гибели, не известно, куда отправлять людей для помощи и спасения. Также у них возникнут проблемы с работой. С голода не умрут, но паёк будет минимальной.
- Не понимаю. Как связана привязка ко мне и возможность работы на поселение?
- Привязка к главному кристаллу поселения, даётся с неким набором клятв. Их придумывают основатели. Эти клятвы - гарантия верности новых жителей. Вот и подумай, куда могут устроиться спасённые тобой люди. На производства не возьмут. У каждого поселения много своих секретов. В администрацию, тем более. Про выезды в новые локации, думаю, ты сам понимаешь. Даже в столовую не пустят работать. Вдруг чего подмешают.
- Такая вот интересная ситуация. И по этой причине я снова хочу спросить. Куда едем, мальчики?
Услышанное резко меняет планы. Я планировал узнать у Рустама максимум информации, затем раздобыть машину и оружие, чтобы рвануть в Китеж. Вот только зачем? Только ради спасённых людей? Я ведь даже практически ничего о поселении не знаю. Какая-то девушка проорала о Китеже перед очередной смертью, и я решил, что мне туда надо. Ну не дурак?
- Рустам, ты куда планировал сейчас ехать?
- Хотел заехать в пару стабов. Ты же сам знаешь нашу ситуацию. В поселения пока нельзя.
- Логично. А те стабы не жалко?
- Там защита по солиднее будет. И ещё, если будет фора во времени, они смогут запросить помощь. Нам даже хорошо заплатят за одиночную Хозяйку.
- За какую Хозяйку? Вы что, ведёте её за собой на хвосте? - ошарашено спросила девушка.
- И как долго ехать? – игнорируя её, задаю следующий вопрос.
- Тут рядом. Всего часов пять.
- Хватит меня игнорировать! Вы собрались в станицу?
- Вот приставучая баба. Есть предложение получше?
- Есть. У меня обговорено место встречи с представителем Нового Амстердама. Мы можем сначала пересечься с ним. Их возможности намного больше, чем у стаберов из станицы.
- И как далеко до этого места ехать? - решаю уточнить.
- Ближе, чем до казачков. Надо чуть в сторону отъехать. Примерно часа три езды.
- Что скажешь? - обращаюсь к хмурому напарнику.
- Не доверяю я ей. Но в её словах есть логика. У амстердамцев сил по боле будет.
Пару минут посовещавшись, решаем принять её предложение. Девушка теперь едет впереди, показывая дорогу. Смотря за округой, заметил, как изменился пейзаж за окном. До этого хоть и смотрел по сторонам, но больше интересовало то, что рядом. С левой стороны возвышаются огромные горы. Верхушки, которых уходят за облака. Справа густой непроглядный лес стелящийся на огромное расстояние. Изредка мы пересекали мосты. Проезжая очередной, залюбовался красивой бурной речкой. Кое-где из неё торчали крупные валуны. Обернувшись, вижу, что мы уже заехали на приличную высоту. От всей этой картины захватывало дух. Окажись в такой местности в своём мире, я с огромным удовольствием прошёлся бы этому лесу и посидел возле рески.