Восхождение Примарха 6 (СИ)

Он лишь скользнул по мне взглядом, словно я причинил ему боль вместо того, чтобы вызвать радостные эмоции. А затем упёрся глазами в Арану и набычился.
— Вот так ты решила поступить, да? Крово… — он прервал себя, насупился и глубоко вдохнул. — Что решила меня провести? Подсунуть мне какого-то мальчугана под видом моего сына. Чтобы что? Что ты от меня хочешь, Арана?
В его словах сквозила такая боль, что мне даже стало немного не по себе.
— А с чего ты взял, что это не твой? — поинтересовалась бабуля, и я вдруг понял, что на неё напало игривое настроение или от Магнуса заразилась нескончаемым сарказмом. — Две руки, две ноги, голова… Просто для меня вы все одинаковые, — она пожала плечами. — Так почему не твой-то?
Отец повернулся на меня и уставился, словно изучая. Я понял, что он совершенно не прочитал посыл Араны.
— Но мой мальчик… — начал было Радгар и замолк.
— Что? — бабуля обошла меня и подошла к отцу почти вплотную. — Не похож на твоего? Так правильно! Тело твоего в моём холодильнике до сих пор лежит, ждёт своего холодца. Ты сам его отправил к чёрту на куличики, чтобы он выкручивался там сам. Вот он себе тельце и намутил. Не такое нажористое, конечно, но жилистое. И с паутиной внутри.
— Пап, это я, — мягко улыбнувшись проговорил я, понимая, что отец сейчас растерян, а мысли его мечутся, словно бешеные собаки.
— Я не верю, — ответил он.
Арана ударила себя ладонью по лбу и закатила глаза.
Магнус только собирался предложить способ всё уточнить.
Но я был быстрее.
— Помнишь, как ты учил меня стрелять, пап? Мне было четыре, — перед моими глазами встала та картина, как наяву, — и ты притащил домой облегчённый и усиленный арбалет. Но он для меня всё равно был слишком тяжёл. Тогда у себя в кабинете ты выстроил башню из научных книг таким образом, чтобы арбалет лежал на уровне моих глаз и мне оставалось только прицелиться. А, чтобы легче было стрелять, на стену ты повесил её, — я кивнул на бабулю, — портрет в человеческом обличии. Помнишь?
По его лицу я видел, что он помнил. И не очень хотел, чтобы я припоминал это сейчас в присутствии Араны.
А вот та как раз подняла бровь и посмотрела на меня.
— Продолжай, Никита.
— Ты ещё скажи, как я её называл, — с внезапной злостью выплюнул вдруг Радгар.
— Тут всё предсказуемо, — ответил я, припоминая самые частые. — Кровожадная сука, тварь, восьмилапая звезда, паучий отсос…
— Остановись! Хватит! — замахал на меня руками отец. — Наверняка эти факты донесла её разведка, — он ткнул пальцем в Арану. — Иначе и быть не может!
— Пинкод на твоём телефоне — день рождения моей матери. До сих пор. А на экране разблокировки — её фото до моего рождения.
Никто из нас не заметил, как Рахна вошла в помещение.
— Радик, это правда? — ахнула она, услышав мои слова.
Но отец не ответил. Его взгляд был прикован ко мне и словно умолял меня молчать, но вместе с тем с не меньшей силой желал, чтобы я продолжал.
— Ты единственный знаешь, что несмотря на курсы, я никогда не учился езде верхом, потому что просто панически боялся лошадей, — этот факт должен был его дожать, потому что на такие вещи разведке наплевать.
— То есть пауки со всякими тварями ему норм, а лошадей он боится, — едва слышно, под нос себе пробубнил Магнус. — Ну-ну.
— Когда я разбил себе голову в пять, ты приложил мне марлю со сшивающими бактериями, в пятнадцать ты подарил мне велосипед, забыв, что мне нельзя на улицу. Когда мне было десять, ты напился и рассказал, что готовишь какое-то оружие против аэрахов, — я заметил, как напряглась Арана, — но потом заявил, что уничтожил все разработки, потому что любишь их и ничего не можешь с собой поделать. Продолжать?
— Молчи, молчи, молчи, — шептал всё это время Радгар, ничего не предпринимая, потому что хотел, чтобы я говорил. Слёзы срывались из уголков глаз, стекая по щекам, но он ничего не мог с собою сделать. Он поверил, пали последние преграды на пути нашего общения. Правда, я впервые видел, как отец плачет. — Сынок, ты вернулся! Я так рад!
 
— И я рад, отец, — ответил я, подходя и заключая его в сыновьи объятия. — Но давай мы потом обсудим все превратности судьбы. Сейчас у нас огромные проблемы, которые мы должны решить…
* * *
На Морране я задержался совсем недолго. Мы быстро обрисовали отцу ситуацию, и он пообещал оповестить всех, а также наладить эвакуацию таким образом, чтобы она проходила без паники, чётко и слаженно.
В честь такого его, конечно, выпустили из тюрьмы и вернули все необходимые полномочия.
К концу нашей встречи он окончательно признал меня, расчувствовался и рассказывал, что уж не надеялся на эту встречу, потому что вообще не был уверен, что мой дух перенесётся так как надо. Технологии, мягко говоря, были экспериментальные.
Я же, убедившись, что на планете, подарившей мне жизнь, всё в порядке, перенёсся обратно в мир, ставший мне родным значительно позже. Причём, перенёсся я, благодаря науке Магнуса сразу в подземный город.
Тут передо мной стояло сразу несколько задач, которые было необходимо решить.
И первым на моём пути попался Марио Сан-Донато, выглядевший сильно озадаченным.
— Ты-то мне и нужен, — сказал я, борясь с лёгким головокружением от слишком уж частой смены миров, в которых находился. Причём, переместившись в последний раз, я со всей полнотой ощутил, как эфир бьёт по составляющей аэрахов. Хорошо ещё, что мой внутренний баланс тут же восстановил все необходимые связи магических каналов. — Пойдём в кабинет, пообщаемся, заодно мне обстановку доложишь.
Марио только что в струнку не вытянулся.
— Да, у меня как раз очень нехорошая новость… — начал было он, но я отмахнулся.
— Потом, потом, — сказал я, приобняв его за плечо и направляя к кабинету. — Сейчас все новости примерно такие.
Для рабочего кабинета и разбора всей документации, а также тонкостей устройства подземного города избрали конференц-зал, по счастливой случайности практически не пострадавший при нашей со Стивеном битве. Стол, за которым, как я понимаю, планировалось множество преступлений, сейчас был с верхом завален бумагами, а на экранах ноутбуков мелькали терабайты скачиваемой информации, которую ещё только предстояло проверить.
Сан-Донато взял себе кабинет сразу за креслом, стоявшим во главе этого самого стола.
— Марио, — сказал я, оглядывая кабинет, из которого удалили большинство излишеств. — Скажи мне как эфирник эфирнику, можно у нас на планете создать такое пространство, в котором не было бы эфира?
Мой собеседник тут же крепко задумался, видимо пытаясь осознать, что я ему только что сказал. Задачка и правда была со звёздочкой.
— Чисто теоретически, — сказал он через долгих пять минут, — наверное, это возможно. Однако, для этого нужно предположить, что эфир — это не энергетическое поле, как многие из нас уверены, а нечто вроде газа.
— А разве нельзя поставить какую-нибудь защиту от поля? — удивился я, вспоминая, что там об этом говорится в практической магии. — Например, зеркалами отразить?
— Зеркалами⁈ — едва ли не восторженно переспросил Марио. — Никита, ты — гений! Конечно! Можно поставить зеркала, например, отгородив ими этот самый город, и тогда внутри действия эфира не будет, независимо от того, что он такое вообще. Только… — он внезапно поймал ступор и уставился на меня. — Зачем это надо?
— Видишь ли, — ответил я, катая в ладонях карандаш, — нам понадобилось срочно эвакуировать одну планету. Причём, жителей мы решили перевозить в наш мир. Но у одного из… видов, так сказать, непереносимость эфира, как факт.
— Интересно, — кивнул Марио, но всё ещё был явно озадачен. — Но может быть, их не надо…
— Надо, Марио, надо, — ответил и легонько хлопнул по столу, давая понять, что этот вопрос закрыт. — Теперь выкладывай, что у тебя.
— Площадь бункера или подземного города зачищена на девяносто пять процентов. Остались ещё неизученные области под завалами, но там мы вряд ли найдём что-то интересное. Большинство Батори воспользовались передышкой, когда мы отправились в столицу в виде кулей из паутины, и улизнули на транспорте, находившемся в тот момент на базе.