Мурашка (СИ)

 Он посмотрел на меня несколько мгновений и вышел из комнаты. Наверно сосед в чем-то прав, но... Я ужасно хочу домой. Мне не по себе, я до сих пор не верю, что все это происходит со мной.
 Одному оставаться совсем не хотелось, поэтому я пошел следом за соседом... Надо бы спросить у него как же его все-таки зовут, иначе... Как это я забыл его имя?
  
 Парень нашелся в соседней комнате. Тут совсем не было мебели, но на полу лежали кучи каких-то вещей, одежды, одеял.
 – Что это такое?
 – Ненужный для них хлам и то, что еще не разворовали. Это место прикрыли года два назад, если я ничего не путаю, арестовали всех, кто тут находился...
 – По какой статье?
 – Ты глупый, Мурашка? – он вновь по-доброму улыбнулся, – За то, чем они тут занимались...
 – Ясно... – я заметил, как парень выискивает себе хоть что-то подходящее. Я же приметил для себя плед, который оказался хоть и розовым, но я думаю, что очень теплым. Глупо, наверно, полагать, что теперь мне ничего не грозит, и я сейчас просто лягу спать...
 Этот кадр, с веревками вместо волос, нашел для себя какие-то обтягивающие лосины и майку, что еле-еле дотягивала до пупка. Я ухахатывался над его таким прикидом, но, правда, недолго, затем парень нашел костюм ковбоя. Тот тоже был достаточно забавным. Я же просто снял промокшую одежду и завернулся в плед, сидел и наблюдал за весельем парня, имя которого я так и не переспросил.
 – Так, ковбоем быть не прикольно – задница мерзнет! – он снова разделся, при этом ярче яркого улыбаясь. На самом деле он очень милый, особенно когда молчит. Улыбается все время, веселится. Мне даже казалось, что он местами сам с собой разговаривает. Я сидел на куче каких-то тряпок и чувствовал себя легче...
 – Ладно, хватит клоуничать, да, Мурашка? – он кинул в меня шляпой, что еще несколько секунд назад была у него на голове. Мой сексуальный ковбой, так и хотелось его так назвать!
 – Слушай, повтори свое имя...
 – Забыл? О чем же ты думал, когда я его тебе называл? Уж не о моей ли заднице?!
 – Заткнись, зануда! – посмеиваюсь я, – Врежу ведь!
 – Идем в место, где нам будет удобнее драться!
 – Так, как тебя зовут, зануда? Я буду называть тебя занудой, пока не назовешь настоящее...
 Он отводит взгляд, глядя теперь куда-то в пол. О чем-то думает? О чем он может думать?
 – Зануда? – поднимаюсь с кучи тряпок, поправляю плед и подхожу к нему. – Ответишь на вопрос?
 – Мурашка, зачем тебе имя неудачника? – он серьезен.
 – Просто скажи имя, зануда! – я стараюсь улыбаться, хотя по его состоянию понимаю, что это сейчас не к месту.
 – Том. Меня зовут Том. Доволен?
 Я зачем-то провожу пальцами по его щеке, что со мной? И почему тело почти не слушается, что может быть хуже, правда? Сколько раз за день, я задавал себе этот вопрос, и каждый раз мне казалось, что хуже уже и быть не может...
 Он уворачивается от моего прикосновения, но быстро хватает мою ладонь. На лице Тома читается некоторое удивление или что-то вроде волнения...
 – Идем уже отсюда, я нашел все необходимое мне... – он кивнул на груду одежды, что держал в своих руках.
 Сырое белье мы развесили там же, а сами ушли смотреть остальные комнаты.
 – Так что именно тебе предложили сделать? – возвращаюсь к интересующему меня вопросу.
 – Ну, а как ты думаешь? – немного смущено улыбается, мы заворачиваем в очередную комнату, – У меня тогда ни хера в штанах, ни мозгов, ни страха... Как думаешь?
 – Ты был чьей-то подстилкой? Несовершеннолетний?
 – Ну, не сразу... – мы оказались в темной комнате, в центре которой стоял странный стол, с какими-то ручками на нем, – Первый раз я просто отсосал...
 – Что это? – провожу ладонью по гладкому покрытию стола. Тут было мало света, окна были закрашены черным.
 – Сюда ложится один партнер, – Том тоже ведет пальцами по столу, – его руки и ноги привязывают для того, чтобы второй партнер мог делать с ним все, что душе угодно. Хотя в случае порнушных романов – все, что в сценарии прописано.
 – А почему ты сюда вернулся? – задал я вопрос, когда мы выходили из этой странной комнаты.
 – Ну, так получилось... – пожимает плечами.
 – Том, а потом, что ты тут делал?
 – Ты же уже ответил на этот вопрос, Мурашка! Подстилкой был...
 Он замолчал, и я тоже не спрашивал больше ничего. Почему-то мне теперь кажется, что у него была сложная судьба. Хотя с чего я это взял? Тому наверно нравится то, как он живет... Он же сам сказал, что он очень удачливый...
 Мы обошли еще три комнаты с разнообразным инвентарем для съемок. В одной из них был уже спущенный матрас, Том обмолвился, что его наполняли водой. На самом деле тут было мало вещей. В любой комнате, в которую бы мы ни заходили было видно, что основную часть аппаратуры и вещей забрали, оставили только хлам...
 Когда мы вернулись в комнату с диваном, то Том тут же, как настоящий джентльмен, улегся на диван. Я же остался мяться у стола.
 – Мурашка, иди ко мне?
 – Сдурел? Я рядом с порноактером спать не буду, понял? – я сказал это в шутку, ну, Том не совсем так это воспринял. Потому что ответил следующим образом:
 – Да, какой я актер, Мурашка? – он сел, – Я был тут раз десять, может двенадцать...
 – А потом что?
 – Да, садись ты, неприкаянный! – я делаю несколько коротких шагов и присаживаюсь рядом с парнем, лучше заматываюсь в розовый плед, и только потом Том продолжает, – Потом я попытался поступить, но меня не взяли. Знаешь, я по жизни нескончаемый неудачник, – усмехается, – Ни на работу устроиться нормально не мог, с семьей не ладил, а по итогу они вообще перестали со мной общаться. Я постоянно во что-то вляпываюсь... Но в день рождения я самый счастливый и удачливый человек! – при этом он широко-широко улыбнулся.
 – И у тебя сегодня день рождения?
 – Да, и я ходил в банк, чтобы мне одобрили кредит. Я был уверен, что мне его одобрят именно в этот день. И мне его одобрили бы, но... – пожимает плечами, – По итогу мы тут...
 Я смотрел на него, и мне хотелось спросить так много... Но почему-то я молчал. Том смотрел перед собой. Прошло несколько минут, прежде чем он заговорил:
 – Я жду своего дня рождения с нетерпением, ибо это мой единственный шанс выжить.
 – А мой день рождения – единственный день в году, когда я могу покалечиться от щепотки соли и прищепки.