Питомец из пробирки (СИ)

Я судорожно соображала, чем же могу помочь бедному парню. Чувство вины, что он из-за меня попал в эту опасную ситуацию, разрывало душу в клочья. Но и выйти из своего пусть не такого уж и безопасного, но все же укрытия, я не могла. Что я могу противопоставить профессору, с которым определенно происходит что-то странное? Я всего лишь девушка, не обладающая выдающими способностями. Борьбой никогда не занималась, да и бегаю очень плохо… Хотя, с моим телом определенно что-то произошло, иначе как объяснить эту феноменальную скорость в движениях и сверхчувствительность.
Я вновь посветила экраном телефона на волосатое создание, зависшее напротив моего лица буквально в десяти сантиметрах. Ни этот ли загадочный зверь тому причина? В последнее время происходит столько всего странного, что меня, кажется, скоро будет не удивить совершенно ничем.
— Лев Борисович, что это вы делаете? — проблеял студент. В его голосе послышался нескрываемый страх.
— А ты как думаешь, Витенька?
— Не знаю… — заикаясь, ответил Шепелявый.
— Я и сам не знаю, что делаю, — хриплым с рычащими нотками голосом ответил профессор. — Только чувствую, как меня буквально разрывает от жуткого, чудовищного, неконтролируемого голода. И я ничего, слышишь, абсолютно ничего не могу с этим поделать!
После этих слов послышался громкий хруст и истошный крик Шепелявого, от звуков которого инстинкт самосохранения покинул меня, кажется, безвозвратно, потому что я резко дернула ручку двери на себя, вырывая дверь вместе с петлями, и выскочила в коридор. И так и застыла как вкопанная с деревянной дверью в одной руке и светящимся телефоном в другой.
Мой собственный крик застрял в горле, когда я увидела в пяти метрах от себя монстра из пробирки. Того самого безволосого, жуткого, каким был мой Сладкоежка до трансформации в прекрасного сияющего дракона.
Чудовище стояло с широко раззявленной пастью прямо напротив визжащего студента. Острые белоснежные зубы блестели в темноте, не оставляя сомнений в намерении существа сожрать несчастного Шепелявого.
Я почувствовала, как мне на голову приземлилось нечто мягкое и теплое, вздрогнула, но поняв, что это Волосатик покинул своей вольер, успокоилась. Если вообще можно успокоиться в ситуации, в которой я находилась. По крайней мере, я не стала обращать внимание на существо, решившее оседлать меня, ведь были проблемы поважнее. Например, жуткий монстр, который решил полакомиться студентом Витей.
Инстинкт самосохранения ко мне так и не вернулся, поэтому я стремительно (с вновь обретенной скоростью получилось молниеносно) ринулась спасать Шепелявого, перед этим отшвырнув в сторону вырванное с корнем дверное полотно.
  
Глава 28
 
Даже в своих самых смелых фантазиях я не могла представить, что буду сражаться на равных с монстром из пробирки в подвале академии Сверхъестественного. Я конечно о многом мечтала, но уж точно сверхсила не была в числе моих стремлений и тайных надежд. Хотя было во вновь обретенном даре нечто очень хорошее — я не позволила профессору-монстру растерзать несчастного студента.
Первое, что я сделала, кинувшись на чудовище, это отбросила его подальше от перепуганного до смерти Шепелявого. Бедный Витёк верещал, словно молоденький поросенок, которого вот-вот зарежут. И я его прекрасно понимала. Когда я увидела существо из пробирки впервые, вела себя точно также. Это потом, когда Сладкоежка поселился у меня, я была вынуждена привыкнуть к его непривлекательному, ужасающему облику. Сейчас мне было страшно, но не настолько, как раньше. Адреналин бушевал в крови, да и сил было столько, что я понимала — я смогу справиться, смогу защитить и себя, и парня. Я чувствовала себя уверенно, мощно, готовой совершить все что угодно. Например, уничтожить существо, злобно скалящееся и с диким ревом кидающееся на меня.
Останавливало меня от этого лишь одно — осознание, что передо мной не только злобный монстр, но и профессор Туманкин, скрывающийся внутри этого жуткого существа. Возможно, есть способ все исправить, сделать Льва Борисыча прежним, но если сейчас я его убью, этого никогда не случится. И единственное, что мне пришло в голову — это скрутить брыкающееся и злобно рычащее существо в бараний рог и затолкать в пустующий вольер. Тот самый, который я совсем недавно покинула со своим новым другом — Волосатиком.
 
Закрыв засов, я прислонилась спиной к двери, пытаясь удержать рвущееся наружу существо. Оставалось решить, что же делать дальше: позвать сотрудников управления по борьбе со сверхъестественным или же понадеяться на силу ума студентов академии. Я выбрала второе, потому что сомневалась в том, что работники отдела захотят оказать помощь чудовищу, даже зная, что это профессор Туманкин.
— Витя! — крикнула я парню, продолжающему трястись на том же месте, где я его и оставила. Похоже, Шепелявый от пережитого страха лишился возможности передвигаться, в буквальном смысле впав в ступор.
— Аааа… — донесся жалобный писк в ответ.
— Витя, соберись! — рявкнула я. — От тебя сейчас зависит судьба профессора!
— Кого? Профессора? — заикаясь, переспросил парень.
— Да, да, профессора! Твоего наставника — Льва Борисыча!
— Но… Он же сейчас…
— Да, Лев Борисович сейчас в обличье монстра, но это досадное недоразумение, которое произошло во время одного из экспериментов, — принялась объяснять я, пытаясь донести до студента всю важность его роли в деле спасения профессора. — И нам нужно ему помочь. Понимаешь, помочь профессору стать прежним?
— Понимаю, — все ещё заикаясь, ответил Шепелявый. — Что нужно делать?
— Достань в лаборатории что-то, чтобы усыпить профессора или обездвижить на долгое время — желательно до самого утра.
— Понял, — тут же ответил студент и ринулся в направлении выхода (или входа).
Я же осталась стоять, подпирая дверь, за которой все ещё бушевал мой сосед — профессор Лев Борисович Туманкин, превратившийся в злобное существо.
Я ждала, что Витя вернётся и надеялась, что он не выдаст нашу тайну работникам отдела по борьбе со сверхъестественным. Они, должно быть, все ещё находились в здании академии, даже не догадываясь, что прямо под ними происходит нечто невероятное.
— Ма-ри-нааа! — через пару минут после ухода Шепелявого раздался протяжный голос профессора с подвыванием.
Я вздрогнула всем телом от неожиданности.
— Да, это я, Лев Борисович, — робко ответила я.
Волосатик на моем плече беспокойно закопошился и вновь принялся облизывать мои щеки. Я не противилась, ведь давно уже догадалась — невероятная сила, неожиданно пришедшая ко мне, дарована этим необычным существом. И сейчас она мне была нужна как никогда.
— Ма-ри-наааа! Выпусти меня отсюда!
— Ни за что на свете, Лев Борисович! Даже не надейтесь, что я выпущу вас из этого вольера, пока мы не решим, как вернуть вам прежнее, нормальное состояние, — отчеканила я в ответ строгим, не терпящим возражения, тоном.
— Ма-ри-нааа! — вновь попытался профессор, но я резко перебила его.
— Ну, что вы, как маленький, Лев Борисович, посидите немного в этом вольере, а как только мы найдем способ избавить вас от второй — злобной ипостаси, вернетесь в свою лабораторию и будете продолжать мучить своих студентов бесконечными опытами и экспериментами.
"И меня тоже продолжите мучить шумом из лаборатории по ночам", — хотела добавить я, но не стала. Промолчала, потому что ни к чему профессору знать, с каким теплом я отношусь к нему и его работе. И как сильно мне не хватает ночного пробуждения от очередного неудачного эксперимента. Сама того не осознавая, я все это время получала удовольствие от такого соседства, ведь мне всегда было любопытно, что ещё учудит профессор со своей немного чокнутой командой. Должна признать, что академик Туманкин — лучший сосед за всю историю моей жизни. Исключением стал лишь Гришка, к которому я привыкла почти сразу, почувствовав в малознакомом парне родственную душу.