Не бесите Павлика (СИ)
— Там еще полно старого барахла, — бородач кивнул в сторону прикрытой двери, — найди себе какие-нибудь галоши и пойдем.
Через пять минут мы вышли на улицу: сначала хозяин, волоча за собой козу, которая явно не хотела покидать дом и упиралась всеми четырьмя копытами, потом я. Псина, оказалась самой благоразумной из нас и осталась внутри.
Павел затащил рогатую в хлев и тщательно запер дверь.
— Нам в ту сторону, — махнул рукой он, обозначая направление, и мы отправились в путь.
* * *Если честно, я не верила в том, что он действительно собрался мне помочь. Все еще был жив в памяти образ мужика, выскочившего с пилой из кустов. Вдруг он, не уговорив меня остаться в своей хибаре, решил завести глубоко в лес и бросить меня там?
Паранойя набирала обороты. Я шла, не отрывая напряженного взгляда от мужчины, размеренно шагающего впереди, готовая в любой момент бросить прочь. Нервы на пределе, натянуты как струны, а в крови адреналин кипит. Словно пороховая бочка, готовая в любой момент рвануть и разлететься в клочья.
Но к счастью, деревья расступились, выпуская нас на дорогу. Немного поодаль уныло стояла моя машинка.
Вне себя от радости я завопила так громко, что напугала лесника. Он даже подскочил на месте и обернулся на меня испуганно.
Моя машина! Ура!
Бросилась к ней со всех ног, хлябая большеразмерными чёботами. Бородач только взглядом меня проводил, пробурчав что-то похожее на «сумасшедшая».
Плевать!
На бегу достала брелок и пикнула замком, разблокировав двери. Не верилось, что это происходит наяву, все казалось, что сейчас меня грубо встряхнут, похлопают по щекам и заставят проснуться — в плену, в убогой хибаре. Суетливо распахнула дверцу и юркнула в салон.
Меня аж трясло от радости, от нервного возбуждения, а еще от ощущения, что теперь точно все будет хорошо.
Лелея детскую надежду на чудо, попробовала завести двигатель. Конечно же безрезультатно. Машина хрюкнула и заглохла, немного гася мою радость.
Тем временем лесник подошел ближе и постучал по окну, вынуждая меня опустить стекло. Сказать по правде, очень не хотелось этого делать, я, наоборот, еле удержалась, чтобы не нажать кнопку блокировки, создавая иллюзию безопасности. С другой стороны… Он же все-таки помог, вывел меня из глуши, как и обещал. Да и вообще ничего плохого не сделал. Разве что перепугал до смерти, довел до обморока, утащил без спроса в свою глухомань.
Наверно, все-таки можно сделать шаг навстречу, поэтому набралась смелости и нажала кнопку стеклоподъемника. Бородатый нагнулся, оперся локтями на дверцу и глянул на меня, слегка вскинув густые, темные брови.
— Думаешь, ночью медведь приходил и бензина тебе в бак плеснул? — скептично прошелся по моей попытке завести двигатель.
— Я должна была попробовать.
— Ну и как? — в ярких глазах светилось что-то, очень похожее на насмешку.
— Увы и ах, — я попробовала улыбнуться. Надеюсь, со стороны это не выглядело так, будто у меня щеки свело.
— Ты все еще хочешь здесь сидеть? — Павел с сомнением обвел взглядом салон автомобиля.
— Да, конечно! — я тут же согласилась. — скоро кто-нибудь появится, и мое приключение закончится.
Он только поморщился.
— Я бы не рассчитывал на такое везение. Здесь машины раз в неделю бывают.
— Уверена. Мне повезет!
Бородач скептично покачал головой, но убеждать меня в обратном не стал, только произнес ровным тоном:
— Мое предложение все еще в силе. Можешь остаться у меня.
— Спасибо…за помощь. Но дальше я сама, — мне не терпелось избавиться от его общества.
— Как знаешь, — мужик выпрямился и отступил от машины, — ну, я пошел?
Зачем спрашивать? Иди! Чем скорее ты скроешься в своих дебрях, тем быстрее я приду в себя и забуду нашу встречу, как страшный сон!
— Счастливо оставаться, — ответила ему с прохладцей в голосе и снова нажала на кнопку, поднимая стекло.
Бородач еще постоял несколько секунд рядом с машиной, зачем-то обошел ее вокруг, кивнул удовлетворенно, а потом направился в лес и через пару мгновений скрылся между неказистых деревьев.
Ура!
Я не могла поверить своему счастью. Неужели он действительно меня отпустил? Неужели я выбралась из этой передряги живая и невредимая? Ну, почти выбралась.
Перспектива сидеть в салоне и ждать проезжающую машину меня не пугала. Это гораздо лучше, чем находиться поблизости с бородатым маньяком. В общем, жизнь прекрасна. Кто-то точно родился в счастливой рубашке.
Преисполненная самых радужных ожиданий, я уселась поудобнее, достала из бардачка журнал и настроилась на быстрое избавление от проблем.
Через час журнал кончился, и мой энтузиазм пошел на убыль. Я посидела, посмотрела в окно, понаблюдала за таракашкой, ползущей по лобовому стеклу. Потом начистила приборную панель специальными салфетками.
Выходить наружу не было желания, но еще через час спина затекла и попа стала квадратной, поэтому, не хотя, выбралась из салона, и, чтобы хоть как-то скоротать время, начала разбираться в багажнике, при этом тревожно прислушивалась, в надежде услышать вожделенный рокот приближающегося автомобиля.
Тишина.
Вскоре захотелось есть и пить. И писать.
Если с последним проблем не было, то вот с едой и водой возникли определенные трудности. В машине нашла маленькую бутылочку минералки, о которой я напрочь забыла. Из еды — только немного орешков, сиротливо покоящихся на дне блестящего пакетика. Я брала их в дорогу, и почти все умяла, не предполагая, как затянется моя поездка.
М-дя.
Ладно. Будем считать сегодняшний день разгрузочным.
Стараясь не выхлебать все за раз, я изредка прикладывалась к бутылочке, позволяя себе лишь несколько скромных глотков.
Еще через пару часов голод разыгрался так, что в животе начались болезненные спазмы. А что самое ужасное, мне начало казаться, будто из чащи леса за мной кто-то наблюдает. Возможно даже старый знакомый медведь. Поэтому снова забралась в машину, заблокировала двери и тревожно осматривалась по сторонам.
Помощь так и не появилась, хотя уже начинало смеркаться, и внезапно я поняла, что передо мной открываются прекрасные перспективы провести ночь в гордом одиночестве, посреди леса.
* * *На лес и мою маленькую несчастную машину не спеша опускались сумерки.
Тени становились все длиннее и гуще, заросли наполнялись шорохами, мимолетными движениями, дыханием дикой природы.
Я сидела, как совенок — выпучив глаза, вцепившись в руль и изо всех сил стараясь не запаниковать. Хотя очень хотелось.
Еще пореветь хотелось. От обиды, от страха и от несправедливости. За что мне все это? Я просто хотела навестить подругу и отдохнуть! А теперь застряла в лесу, и помру от голода или от зубов кровожадного медведя, ну или в крайнем случае от холода.
Погода портилась на глазах. Вечернее небо быстро затягивало мрачными облаками, поднимался ветер, сердито кидающий пыль и листья в лобовое стекло. Становилось все холоднее, и вскоре прогретая солнцем машина начала остывать, и я вместе с ней.
Короткая юбчонка совершенно не грела, да и от майки толку никакого. Как назло, в машине не оказалось ни кофты, ни пледа. Вообще ничего, что могло бы меня согреть.
Ноги под себя подобрала, руками обхватила плечи и с тяжелым вздохом снова уставилась на хмурый лес за окном.
А где-то далеко тепло, есть свет, еда и удобная постель…
Как ни старалась быть сильной и достойно встретить трудности, но губы все-таки начали дрожать, а глаза подозрительно защипало. Слабачка!
И только я собралась хорошенько прореветься — с завываниями, картинным заламыванием рук, выдиранием волос из бестолковой головы, как из кустов снова появился знакомый дровосек, в этот раз в потрепанной серой куртке и резиновых сапогах.
Стоило мне его увидеть, как слезы мигом пропали, и в груди всколыхнулось что-то очень похожее на восторг. Живой! Человек! Здесь! И плевать, что он лохмат как черт и выглядит словно сбежавший из зоопарка зубр.