Капитан Первого Легиона (СИ)
— Добрый день, Андрей Владимирович! Да, конечно, записывайте.
Сказав это, он направился на указанное место небольшими шагами. Стараясь добавить неуверенности походке. Алгоритм поведения они обсудили с Микой в мельчайших деталях. Тут главное не переиграть.
— Предлагаю сначала поговорить о сегодняшнем происшествии, — полковник отодвинул в сторону, лежащую перед ним папку и, дождавшись согласного кивка, попросил: — Расскажи, как это случилось? Меня интересуют подробности.
— Это же ваш человек, да?
— Так и есть, — Семенченко кивнул, в глазах его что-то мелькнуло. — Зовут Сергей. А почему ты интересуешься?
— Передайте этому Сергею спасибо, — Алекс пожал плечами. — Он сегодня меня спас. Не представляю, что ему это стоило, но…
— Молчи! — оборвала его Мика. — Жди, когда он что-то ответит.
Ждать пришлось недолго. Полковник приподнял брови и, чуть склонив голову, уточнил:
— И как же он тебя спас?
— Сергей зашел в палату и направил на меня пистолет — пояснил Алекс, глядя в глаза собеседника. — Потом он увел оружие в сторону и четыре раза выстрелил. Я бросился вперед и влево, но вряд ли смог бы уклониться от четырех пуль. Там камера. Вы, наверное, уже видели запись…
Все-таки хорошо, что техника тут такая убогая. Они с Микой обсудили и этот момент. Камера в палате была направлена на кровать и окно, которое не пострадало. То есть количество пуль посчитать не получится. Происходящее тоже в объектив не попало. Только он сам за мгновения перед рывком. Быстро повернуться камера не могла, и звук она не записывала. Да даже если бы и записывала, никаких проблем не возникло бы. Стекло разбила только четвертая пуля. Первые три могли ведь его продырявить.
— Да видел, — полковник кивнул и нахмурился. — Но камера была направлена в противоположную от двери сторону. И я не понимаю, как он тебя спас? Передумал убивать? Ты это называешь «спасением»?
— Нет, — Алекс покачал головой. — Глаза парня были целиком черного цвета. Не знаю, что это было, но он пытался сопротивляться.
— Черного? — полковник еще больше нахмурился и подался вперед. — Это как?
— Целиком, — не отводя взгляда, спокойно произнес Алекс. — Без радужки и зрачков. В него словно кто-то вселился. Потом он выстрелил и потерял сознание. Я подбежал, проверил глаза, но они уже были нормальными. Надеюсь, Сергей выжил и с ним все в порядке.
Семенченко еще секунд пять буравил его своим взглядом, затем откинулся в кресле и устало посмотрел в потолок. Просидев так пару секунд и, очевидно, перебрав в уме несколько выражений, которые так нравились Мике, полковник пару раз глубоко вздохнул, снова посмотрел на Алекса и поинтересовался:
— А почему ты не рассказал об этом Сергею Павловичу?
— Наверное, потому что не хотел оказаться в психушке? — Алекс усмехнулся. — Кто бы меня тогда выпустил? К тому же в нашу первую встречу вы сказали, что верите во всё, вот я и подумал…
— Это хорошо, что ты так подумал, — полковник вздохнул и, отведя взгляд, пояснил: — Сергей пришел в себя. Сейчас под наблюдением. Основные показатели в норме, но проблема в том, что он не помнит, как стрелял.
— Главное выжил…
— Да… Будем наблюдать за его состоянием, — Семенченко покивал и перевел взгляд на Алекса. — А ты, как я понимаю, из-за этого решил сбежать из госпиталя?
— Если бы, — Алекс изобразил грустную улыбку и посмотрел в глаза собеседнику. — Мне снова приснился сон… Если это, конечно, можно назвать так…
— Твою ж мать, — полковник криво усмехнулся, покачал головой и, сложив перед собой руки, произнес: — Ну рассказывай, что там тебе в этот раз…
— Это был тот же сон, — Алекс вздохнул и опустил взгляд. — Только в этот раз мне удалось разобрать послание. Не спрашивайте как, я не знаю.
— И что же было в том послании?
— Это пожиратели органики, — не поднимая взгляда, пояснил капитан. — Высокоразвитая форма жизни, единственная цель которой — выживание. Они перемещаются по галактике в поиске источников пищи. Находят планеты с экосистемами, пожирают органику и летят дальше. Их разведчики будут здесь через полгода. Тот, кто отправил это послание, считает, что у нас есть большие шансы отбиться. Это он, или оно… не знаю, кто мне подсказывает. В общем, это он приказал мне покинуть госпиталь и вернуться домой. Вы можете считать меня сумасшедшим… Я бы и сам не отказался, чтобы все это было только сном, но…
После того как Алекс замолчал, полковник смотрел на него какое-то время, затем усмехнулся и покачал головой.
— Ведь ты же не шутишь? — каким-то странным голосом произнес он. — Знаешь же, где находишься…
— Знаю, — Алекс кивнул. — Нет, не шучу…
— О-хе-реть… — Семенченко тяжело вздохнул, с силой провел ладонью по лбу и, отведя взгляд, снова усмехнулся. — Жил же нормально. Дочку младшую воспитывал, на рыбалку ездил, спал с женой… Ты хоть понимаешь, о каком ужасе говоришь? Что⁈ Что мне теперь делать⁈
— Думаю, вы это знаете лучше меня, — Алекс пожал плечами.
— Да, знаю, — после недолгой паузы уже нормальным голосом произнёс полковник. — И пока мы не начали разбираться с этим дерьмом, скажи: что ты сам-то собираешься делать?
— Оно сказало: «уходи туда, где спокойно», и я неделю или десять дней посижу дома, — ответил Алекс, готовый к такому вопросу. — Пообщаюсь с друзьями и родными. Попробую восстановить память?
— А что не так с памятью?
— Не знаю, — Алекс пожал плечами. — Помню все с того момента, как это началось. Мысли тоже помню. Маму, сестру, дом, друзей, вас… Помню, что не мог нормально ходить. Сейчас колено уже не болит. Память тоже, думаю, восстановится.
— Ясно, — Семенченко кивнул, — тогда…
— Ещё, — Алекс сделал останавливающий жест и быстро проговорил: — Ещё я хотел бы съездить в то место, где все это началось. Возможно, что-то узнаю или почувствую.
— Ты же дружишь с Тиграняном? — Семенченко вопросительно приподнял бровь.
— Да, — Алекс кивнул. — Мы с ним со школы…
— Вот с ним и поедешь. Он через восемь дней вернётся из командировки. А до этого дома будешь сидеть, и выходить не дальше продуктового магазина, — полковник пододвинул к себе папку, расстегнул ее и, подняв взгляд уточнил: — Ты это… Рисовать умеешь?
— Не помню, — Алекс покачал головой.
— Ладно, с этим разберёмся, — Семенченко сложил ладони на папке и со вздохом добавил: — Домой ты попадёшь нескоро. Нам сейчас предстоит много работы.
— А поесть будет можно?
— Хоть обожрись, — полковник кивнул, усмехнулся и снял трубку со стоящего на столе телефона.
Остаток дня, вечер, часть ночи, утро и последующий день Алекс отвечал на вопросы военных, врачей и ученых. Сдавал кровь, рисовал девров, посещал разные кабинеты и один раз съездил с полковником в Кремль. Его пытались ловить на противоречиях, показывали странные записи, пару раз вводили в состояние транса. Последнее особенно понравилось Мике. Его боевая подруга наслаждалась каждым моментом, подсказывала, придумывала собеседникам обидные имена, материлась и постоянно требовала пирожных.
Домой его отвезли поздним вечером следующего дня, снабдив специальным передатчиком, и выдав с десяток инструкций. Всю дорогу Алекс любовался ночными видами Москвы и думал, что у этого мира действительно есть шанс выстоять. Его слова никто не оставил без внимания — всё сказанное было воспринято всерьёз, взято в разработку и теперь контролируется правительством.
У него самого появилось время на подготовку. Да за ним, конечно, будут следить, но тут уж ничего не поделать. Во всей этой ситуации, капитана больше всего напрягала предстоящая встреча с родными.
Мама и сестра… У него появилась семья, и к этому теперь нужно будет привыкнуть.
Глава 7
Какой мужчина не мечтал оказаться на необитаемом острове с ослепительной кинозвездой? Чтобы вокруг ни души. Море, пальмы, прибой и вся сопутствующая романтика. Шезлонги, бунгало, коктейли… Времени никто не отмерил, подруга прекрасна, и она никуда от тебя не сбежит…