Подкидыш для Лютого (СИ)
— Кстати, не согласитесь ли Вы и после судебного решения остаться у меня в качестве няни для Анечки?
— Но Настя ничего такого не говорила, — девушка еще больше растерялась, даже испугалась.
— Ну да. Я подумал об этом только сейчас. Но у вас будет время определиться. А пока займемся Вашим гардеробом и организационными вопросами.
— Можно мне сначала с Настей поговорить?
— Конечно. Отдохните с дороги, пообщайтесь с сестрой. Я не спешу. А в ЗАГС мы сегодня еще успеем, там я обо всем договорился заранее. Остается только уточнить время росписи.
Когда Раиса вышла из кабинета, Каверин подвинул шефу листок с черновой записью договора. Антон решительно отодвинул листок, но Кирилл не сдавался:
— Антон, ты не смотри, что она смирная овечка. Провинциалки очень быстро привыкают к столичной жизни. И может случиться, что потом не избавишься от ее притязаний. Я тут кое-что набросал. Надо дать ей подписать, пока она робкая и нерешительная.
— Перестань. Все будет хорошо.
— Ну нет, дорогой. Я сам откорректирую договор и дам ей на подпись.
— Как хочешь. Для меня важно, чтобы она не передумала и правильно вела себя в ЗАГСе, а потом в суде. Все остальное ерунда. Ты понимаешь, у меня появилась надежда, что Аннушка станет моей дочкой! — Антон на радостях обнял друга за плечи.
— Ну ты, того, не слишком радуйся. Как бы потом не пожалел, что взвалил на себя такую обузу. Ребенок — это не только уси-пуси и агушечки.
— А ты не нагнетай, дружище! И вообще, оставь меня в покое. Мне надо созвониться с ЗАГСом, уточнить время. Ты и Настя наши свидетели. Так что будьте готовы в любое время предстать в качестве людей, подтверждающих подлинность нашего брачного союза!
Уже через три часа Антон стал счастливым обладателем свидетельства о браке. По предварительной договоренности их расписали в срочном порядке под предлогом того, что документ требуется предъявить в суде.
Со стороны никто бы не заподозрил, что молодые люди знают друг друга всего несколько часов. Невеста, как и полагается, была смущена и растеряна. Жених сиял от счастья. Одним словом, все, как полагается — с фотографиями и маршем Мендельсона.
Невеста в свадебном платье. Жених — в строгом костюме. И самые настоящие обручальные кольца.
А как же без всего этого?!
Глава 10
— Ну что ж, теперь в ресторан! — Каверин подхватил под руки Настю и Раису и увлек их к машине.
Антон следовал за ними со счастливой улыбкой. Им овладело состояние, схожее с тем, какое он испытывал в детстве. Лютаев с трудом сдерживал себя, чтобы не побежать вприпрыжку с радостным «Ура-а-а».
Вместо этого он только резко поднял вверх крепко сжатый кулак и, широко улыбаясь, воскликнул: «Yes-s-s!» Получилось тоже по-детски. Но и это уже был прогресс, ведь он практически не умел выражать свои положительные эмоции. Застрял где-то на уровне трагически-горестно-грустных состояний, вызванных печальными событиями детства и юности.
Раиса вместе с сестрой и Кавериным с удивлением смотрели на Лютого, который в этот момент уж совсем никак не соответствовал присвоенному ему с детдомовских времен никнейму.
А он, все еще не успев стереть счастливую улыбку с лица, уже обычным тоном произнес:
— Нет, друзья. Сейчас по домам. Праздновать будем после суда… и, когда Аннушка будет у меня дома. Если будет что… — при этом он мечтательно закрыл глаза.
— Лютый, не будь букой. Надо же отпраздновать удачное бракосочетание!
— Я сказал, нет. Пока праздновать нечего. Это все лишь очередной пройденный этап. А отмечать успех до полной победы — плохая примета.
— Здрас-с-сь-те, приехали. Уже и до примет докатились. — Кирилл был явно недоволен решением друга. — Такой день, а ты…
— Потерпи. Все будет.
Девушки все это время перешептывались в салоне джипа. Раиса испытывала почти естественное волнение невесты в день свадьбы. Настя на правах сестры уговаривала ее успокоиться.
— Раис, ты поосторожнее. Смотри, не влюбляйся. Лютаев человек строгий, требовательный, и всякие ляси-масяси ему ни к чему. Он сделал этот шаг только с определенной целью. А то, что ты поживешь в его доме, вовсе не значит, что ваши отношения могут перерасти в нечто более романтическое.
— Да отстань! Дай насладиться моментом, сестренка. Это же так здорово: я, Москва, шикарный мужчина, мой муж! Не будь занудой. Все путем. Я просто балдею от одной мысли, что это происходит со мной. На-я-ву-у! Ущипни меня, чтоб я поняла, что это не сон!
— Рая, — строго остановила излияния сестры Настя, — прекрати. Ты — не жена, а средство к достижению цели. Поняла?
— Да поняла я. Все поняла. — Райка отвернулась к окну. — Ну что они там застряли? Жмот твой шеф, праздник зажал. Смотри, как упирается.
— Судя по гонорару, который тебе причитается, он далеко не жмот. А сколько всего тебе накупил. Да ты бы за год не заработала таких денег… Тем более, что вообще нигде ни дня не работала. Так что помолчи.
— Ну ладно. Вот только мы так и не решили, соглашаться ли мне нянчить его подкидыша.
— Тихо, ты! Не вздумай так называть девочку. Антон кроме как Аннушкой или Анечкой ее не зовет. Обидится. А насчет няни, я бы на твоем месте согласилась. Работа не сложная, при полном пансионе. Деньги сэкономишь на проживании и питании. Еще и заработаешь немало. Не понравится, всегда сможешь отказаться.
— Ну да.
— А еще я дам тебе совет: чувствуя себя у Антона, как дома, не забывай, что ты в гостях и ненадолго. При этом длительность гостевого пребывания прямо пропорциональна твоему поведению.
— Ну ты и зануда! Хватит меня поучать, все я понимаю.
— Вот и хорошо, сестренка. Надеюсь, будешь умницей.
Этот разговор никак не отразился на радостном настроении Раисы. Она уже витала в мечтах, где видела себя не фиктивной, а что ни на есть самой настоящей женой Лютого. Но больше ее интересовал не сам Антон, а его собственный дом в столице и, что было очевидным, — его далеко не скромный финансовый статус…
Убедив друга в отсутствии повода для праздника, Антон сел за руль.
— Значит так: Кирилла и Настю я подброшу на работу. А Вас, Раиса, ко мне домой. Будете вживаться в образ молодой жены. В любой момент может нагрянуть опека. Тогда — только держись. Справитесь?
— А то! Я, между прочим, в школьном драмкружке занималась. И роли мне давали всегда главные.
Толчок в бок, который тут же последовал от Насти, слегка усмирил ее пыл, и она, вспыхнув, замолчала, отметив про себя: «И что я такого сказала? Вечно она меня контролирует!»
Кирилл с Антоном добродушно рассмеялись. Но если Лютаев не придал значения словам Раисы, то Каверин взял их на заметку. Он с удовлетворением подумал о том, насколько был прав, заставив эту милую девушку подписать контракт. И тут же пожалел, что не успел заверить его нотариально.
«Ничего, я это обязательно исправлю…» — подумал Кирилл, не считая нужным посвящать друга в такие, казалось бы, мелкие, но важные пустяки.
Дома их встретила Мария Ивановна. Ее строго поджатые губы и тяжелый взгляд красноречиво выражали недовольство.
— Это моя жена, Раиса. Прошу любить и жаловать. А это наша помощница — Мария Ивановна. — с наигранным восторгом представил Антон супругу. — Мы сегодня зарегистрировали наш брак официально. Поэтому Раечка будет жить у нас. Марьвановна, покажите ей, пожалуйста, гостевую комнату и ознакомьте с домом, если Вас не затруднит.
Женщины оценивающе рассматривали друг друга, пытаясь по первому впечатлению оценить предполагаемые риски вынужденного взаимодействия.
— Ну что, Раиса, осматривайтесь, обустраивайтесь. А я — на работу.
Антон с облегчением покинул обеих женщин. Вся эта комедия давалась ему с трудом. Успокаивал только тот факт, что без этого никак нельзя добиться удочерения. Он даже постарался убедить себя, что немного странное поведение его «супруги» можно объяснить стремительностью происходящих событий. «Устала девушка с дороги, а тут тебе магазины, роспись, новые люди, новое место… Любая другая не знала бы, как себя вести», — оправдывал Антон Раю.