Волки (СИ)

Когда стало очевидно, что передовой отряд даков разгромлен, Адриан со своей охраной подъехал ближе и оценил урон. Бетуниану здорово досталось, сам он был ранен, как и большинство его людей. От Веспасиановой алы уцелела едва половина.
Адриан с досадой сплюнул и приказал:
— Публий, оставь себе замену. Раненых надо везти в лагерь и сам туда отправляйся. А твой заместитель пусть осмотрит те кусты у реки. Можно ли там проехать.
  
— Я останусь, — упрямо заявил Бетуниан, — просто царапина, сейчас перевяжут. А кусты мы осматривали ещё позавчера. Там коннице не проехать и легионерам в строю не пройти, слишком густые заросли. И там овраги, берег крутой.
— Варинию не переправиться?
— Тот берег неудобен для конницы. В бочину варваров не ударить. А чтобы не под стрелами переправиться, это неизвестно сколько надо проехать. И кто знает, может они там поджидают.
— Варвары подготовились, — отметил Марк Вариний.
— Да уж, не дураки там.
«А я дурак», — подумал Адриан, — «мог бы с ходу взять Поролисс и всех там разом прихлопнуть».
— Марк, надо попробовать, — приказал он Варинию, — по левую руку коннице всё равно нечего делать.
— Исполню, — кивнул Вариний.
— Погоди. Поедем, осмотримся.
Легат и префект в сопровождении сингуляриев завернули за лесной уступ и, оказавшись в коридоре между лесом и рекой, почти сразу увидели вдалеке темнеющий строй варваров. Трепетали на ветру длинные разноцветные хвосты волкоглавых драконов. До них оставалось менее мили и римлянам предстояло преодолеть пусть и небольшой, но всё же уклон вверх. А легионы уже достаточно много протопали.
Что сложнее? Просто стоять на холоде в ожидании или ползти по снегу вверх с тяжёлым щитом и парой пилумов?
Впрочем, «мулы Мария» как раз к такому приучались годами службы. Им не впервой. Вся эта кампания сплошь состояла из штурмов возвышенностей.
— «Бараны» в первую линию, — приказал Адриан, когда колонна пехоты достигла начала коридора, — «быки» замыкают. Ветурион, отправь одну когорту прочесать лес, туда бежали недобитки.
— Будет исполнено!
Двум легионам в широкий фронт тут не развернуться. Вперёд выступил Первый. Пятый следом.
Легионеры построились.
— Во имя Юпитера Виктора! — крикнул Адриан, — дадим им просраться!
Взревели буцины, тубы и корны. Их песню вдалеке поддержали рога варваров.
— Легионы — вперёд!
* * *
— Экие красавцы! — отметил Дардиолай.
Он сидел на насесте из сколоченных треногой жердин высотой в три человеческих роста.
— Ну что? — крикнул снизу Диурпаней.
— Идут! Пиепор оторвался. Текёт сюда!
— Ну, хвала богам!
Дардиолай слез вниз.
— Ну, что? Вот и пришёл час, когда всё просто. Или мы их, или они нас.
— Ступай, Збел, — положил ему руку на плечо Диурпаней, — помоги тебе Рогатый.
— Помоги нам всем Герос!
Стоявшие рядом «Сыны Героса» взревели, потрясая серпами.
Пока, хвала богам, всё шло, как по маслу. Римлян удалось затащить в узкую лисью нору, где их толстая жопа застрянет и её кое-кто немножечко цапнет.
Почему немножечко? Мало не покажется!
Теперь снова ждать, пока дотопают «красношеие».
Легионы шли размеренно, неспешно. Дардиолай видел трепетавшие на ветру сигнумы, обострившимся зрением мог разглядеть золотых овнов на красных квадратных полотнищах. В самом центре сверкал Орёл. Вот кому надо пообрывать крылья.
Всё ближе…
— Не нравится мне всё это… — пробормотал Адриан, оглядываясь по сторонам.
Где-то позади и справа трещали кустами всадники Вариния. Надежды на их помощь немного. Под лёд бы не провалились, кто знает, какой он тут.
Слева темнел частокол вековых елей. Подмога варварам. Ещё одно их войско.
Странная была засада. Почему сцепились с передовым отрядом? Ведь по уму должны были пропустить и ударить в бок или в спину.
Как при Кремоне? Не удержались? Дисциплина и выдержка у варваров, конечно, варварская, то есть никакая.
А ну, как там кто-то ещё есть?
Адриан уже отправил одного контубернала узнать, как там дела у Тиберия Ветуриона. Примипил ответил, что варвары бежали вглубь леса, да и вообще их там вроде не больше полусотни. Вариний успел проредить.
Такие вести несколько успокаивали, но лишь немного. Тревога не покидала.
До варваров оставалось менее полутысячи шагов.
Четыре сотни.
Триста.
Лес безмолвно взирал на мерную поступь легионов.
— Приказ Ветуриону! — решился Адриан, — когорты «быков» с седьмой по десятую развернуть против леса уступом, чтобы прикрыть нам спину! И так стоять!
Контубернал умчался в тыл.
«Посмотрим, чего вы там удумали, ублюдки».
Двести шагов.
Сто.
— Готовься! — полетел по рядам клич центурионов.
Легионеры взяли на изготовку первый пилум, что полегче.
Варвары заволновались. Их строй качнулся.
Адриан выдвинулся ещё ближе, ехал шагом рядом с Орлом. Легат видел, что первую линию варваров составляет всякая бездоспешная голытьба.
«Не совсем ты дурень, Диурпаней».
Три десятка шагов.
Варвары взревели и бросились вперёд.
— Бей!
И лавина пилумов смертоносным ливнем обрушилась на даков. Без промедления вторая, третья. Длинные жала застревали в хилых плетёных щитах варваров.
— Бей!
— На-ка тебе! — крякнул от натуги Гней Прастина, отправив варварам подарочек — второй пилум, утяжелённый.
Рука привычно метнулась к мечу на правом боку.
По строю легионеров, доселе наступавших молча, волной покатился нечленораздельный рёв, пересиливая крики варваров, стоны умирающих.
Множество их уже корчилось на красном снегу, не добежав до стены из прямоугольных щитов.
«Прости, Герос», — подумал Дардиолай.
Его отборные бойцы шли не в первом ряду. Не во втором и даже не в третьем. Сначала нужно прорваться вплотную, заключить «красношеих» в тесные объятья. Боги не дадут это сделать без жертвы и её жизнями своими принесли плохо вооружённые коматы.
Но никто не струсил, не отступил. Даки приняли свой последний бой, они пришли сюда умирать и все это знали.
Седобородый землепашец, переживший и детей, и внуков, сжимая пилум, пробивший ему потроха, скалился и на негнущихся ногах упрямо ещё три шага сделал, прежде чем упал на колени. Он никого не убил, никому не смог отомстить. Ему, мирному труженику, осталось лишь умереть, и умирал он, как любой из «носящих шапки», с детства живших войной — с улыбкой. Жуткой улыбкой на перекошенном лице.
— Залмоксис!
Старик завалился набок.
— Тару тунд! Кум перу!
— О, дисе, Герос!
Сквозь смертный ливень коматы, вооруженные огромными серпами прорвались к щитам и пошла жатва.
  
Леторий в первом ряду принимал удары на щит, стараясь встретить умбоном, при этом не открываясь, бил в ответ, выбрасывал вперёд правую руку, закованную в манику от кисти до плеча, и отталкивал очередного хрипящего оскаленного варвара. Справа и слева легионеры скупыми отточенными движениями встречали натиск даков. Кто-то из коматов, рухнув на колени, попытался достать римлянина снизу, но эту предсмертную попытку пресёк Прастина.
«Бараны» остановились совсем ненадолго, выдерживая первую волну даков. Она разбилась о скалу. Легионеры снова двинулись вперёд коротким приставным шагом.