Попала, или Жена для тирана - 2 (СИ)
— Тогда тебе нужен наследник.
Галеано покачал головой:
— Скорее Треалесу необходимы реформы. Некоторые законы давно пора упразднить, а что-то доработать. В частности, закон о наследовании престола.
Даниэла хмыкнула, а потом недоверчиво сощурилась:
— И эта блестящая идея посетила тебя только сейчас?
— Признаться, до недавних пор я об этом не задумывался. Я ненавидел тебя за твою сумасбродную выходку, но по большому счету мне было все равно, кто будет раздвигать передо мной ноги: ты или Вилламина. Твой род ничем не уступает королевскому роду Айсории, но ты ко всему прочему еще и талантливая магичка. Родись у нас дочь, она могла бы стать одаренной колдуньей.
— У нас все еще может родиться и дочь, и сыновья.
Немного помолчав, Редфрит поднялся и покачал головой:
— Нет, не родится. Ни дочери, ни сыновей. Лучше я откажусь от возможности иметь детей, чем променяю женщину, которую полюбил, на змею. И не кривись так. Ты змея, и прекрасно это знаешь. Можешь не переживать, убивать тебя не стану. И хирату твою трогать не собираюсь. В конце концов, именно благодаря вам у меня теперь есть она.
Даниэла тоже поднялась и, продолжая всматриваться в лицо короля, выражавшее столь несвойственное ему дружелюбие, сделала к нему шаг.
— Неужели Редфрит Галеано способен испытывать к женщине что-то, кроме вожделения?
Он взял ее за руку, поднес к губам тонкие пальцы, а потом прошептал:
— У тебя есть возможность начать жизнь заново. Но если посмеешь тронуть ее, хоть как-то попытаешься ей навредить, я отправлю тебя туда, откуда уже не возвращаются.
— Например, к Диким, как своего лучшего друга? — не удержалась от очередного протравленного насмешкой упрека колдунья.
Раньше, стоило ей упомянуть о Тео, как Редфрита начинало снедать чувство вины, но и эти ее слова оставили его равнодушным.
— Теобальд Сканно был военным и выполнял свой долг. На его месте мог оказаться любой другой солдат, и ты это знаешь.
— Знаю, но не прощаю, — жестко ответила чародейка. — Да и как тебя простить, если ты решил водить дружбу с нашими заклятыми врагами!
Редфрит усмехнулся:
— Тебе и об этом уже рассказали…
— Как видишь, я зря времени не теряла.
— Тогда должны были доложить и о Спящем.
Даниэла отвела взгляд, сделав вид, что засмотрелась на чирикающую в траве птицу в ярко-синем оперенье.
— Уверена, все это выдумки.
— Ты бы заговорила по-другому, лишь раз его увидев. К тому же маги нашли упоминания об этих сущностях. В последний раз, когда одна из тварей пробудилась, мир чуть не погиб. Засуха, наводнения, землетрясения уничтожали королевство за королевством.
— И как же нашим праотцам удалось угомонить этого мифического разрушителя? — все еще до конца не веря в то, что дух действительно существует, насмешливо поинтересовалась Даниэла.
— Все еще выясняем, — с досадой проговорил Редфрит и вынужденно добавил: — Накаи считают, что усыпить духа возможно, только загнав в клетку человеческого тела.
— Хорошенький предлог, чтобы убивать людей, — усмехнулась молодая женщина.
Ответить Редфрит не успел, их разговор прервало появление накшерра, явно взволнованного, если не сказать снова чем-то напуганного.
— Ваше величество, тут… — слуга замялся. — Она…
— Прекрати мямлить и объясни, что опять случилось? Еще один Спящий пробудился? Прямо день пробуждения демонов, — не удержавшись, покосился на Даниэлу Редфрит.
Королева вспыхнула, но ничего не сказала, лишь требовательно взглянула на раба, и тот, поежившись под ее взглядом, чуть слышно пробормотал:
— Принцесса накаи… Она здесь.
— Ее поймали? — напряженно бросил его величество.
— Сама пришла. Сказала, что желает помочь посланнику Сетхэйна.
— Сумасшедшая, — прошептал Редфрит, снова испытывая досаду вместо радости.
Ей следовало искать спасения в Средиземье, а идиотка явилась на собственную казнь!
— Веди меня к ней.
— Я с тобой! — увязалась Фантальм. Видя, что его величество не в восторге от перспективы продолжать проводить с женой время, кротко проговорила: — Я потеряла два месяца жизни и не намерена торчать в четырех стенах. Обещаю быть послушной девочкой и даже не буду против развода, только не сажай меня в клетку. Прошу.
— Пойдем, — мрачно бросил Галеано, не желая еще больше усложнять отношения с чародейкой.
Пришлось подхватить ее под локоть, потому что сама девчонка едва ноги переставляла. Наверное, быстрее было бы взять ее на руки и понести, но таскать на руках уже почти бывшую жену Редфрит не собирался, справедливо решив, что сама как-нибудь доплетется. А если устанет, что ж, ей никто не запрещает вернуться обратно.
Увы, упрямства Фантальм было не занимать. Она даже умудрялась улыбаться окружающим, изо всех сил пряча за этой улыбкой усталость.
— Понятно, почему тобой так восхищается Ярый. В его представлении ты идеальная женщина.
Улыбка на лице чародейки мгновенно поблекла.
— Надеюсь, он выкарабкается, — произнесла она грустно. — У меня не так много поклонников. Будет жаль, если еще один влюбленный в меня мужчина погибнет по вине Диких.
Наверное, Редфрит обратил бы на ее слова внимание, если бы в тот момент ему на встречу не бросилась Арайна. Стражники не сумели ее удержать, но стоило ей вырваться, как на помощь военным поспешили еще четверо. Схватили, не позволяя приблизиться к королю, и даже кинжал приставили к горлу, чтобы уже точно не дергалась.
— Опустите оружие, — велел солдатам Редфрит, и те вынужденно повиновались. — Зачем ты вернулась?
Накаи бесстрашно вскинула взгляд:
— Чтобы помочь твоему гостю и… узнать, как ты?
— Да вы почти друзья, я посмотрю, — насмешливо заметила Даниэла.
Редфрит бросил по сторонам взгляд. Еще немного, и в зале будет не протолкнуться. Любопытные придворные, солдаты, и даже северяне явились узнать, что он предпримет в отношении Дикой.
— Как видишь, живой. Хотя ты сделала все, чтобы оставить Треалес без правителя.
Ни один мускул не дрогнул на лице накаи.
— Узнав, что стало с иноземцем, я сразу бросилась в Хельвиву. Я хочу исправить ошибку, совершенную моим собратом, хоть ни он, ни я не понимаем, как так вышло. Мы все очень тепло относимся к… госпоже Вертано и никогда бы не причинили ей вреда. Только не ей. Да и ненависть, что вчера меня ослепила, была как будто и не моя. Наведенное, темное чувство.
— Уж слишком часто она вас ослепляет, — снова ядовито вставила Даниэла.
Арайна перевела на нее взгляд и грустно улыбнулась:
— Вижу, что цветок помог тебе вернуться. Можешь не благодарить.
— Даже не собиралась.
— Хватит! — прикрикнул на обеих Галеано.
Проводить крылатую к посланнику он не имел права, не поговорив прежде с северянами. Да и обращаться как с гостьей больше не мог себе позволить — не в том он сейчас положении, чтобы вызывать недовольство своих подданных.
— Заприте ее вместе с другими Дикими. Позже решу, что с ним делать.
— Но… — Арайна было дернулась, но ее тут же обступила стража, а следом за ними бросились и маги. Только и успела выкрикнуть: — Ты бы присмотрелся к своей ведьме, король! Не будь слепцом! — прежде чем ее увели.
Редфрит на миг зажмурился, а потом сказал, обращаясь к колдуньям Ярого:
— Нам нужно поговорить.
Молчаливые, скупые на эмоции, они безропотно последовали за королем. Жаль, что, не успев переступить порог кабинета, эта троица вдруг вспомнила о том, что они не немые. Немало времени ушло у правителя, чтобы убедить их показать Велебора Арайне.
— Эту тварь на куски разорвать надо! — шипела одна.
— Их всех! — поддакивала другая.
— Теперь уже мы будем требовать с ними войны! — бушевала третья.
Редфрит даже не подозревал, насколько эти трое могут быть несдержаны в проявлении эмоций. Убедил, настоял, чтобы принцессу накаи уже сегодня проводили к посланнику, разумеется, под надежным присмотром самих северянок. Согласились, сдались, но времени и сил ушло немало.