Попала, или Жена для тирана - 2 (СИ)

Я вся дрожала, ощущая тяжесть ладони на талии, возбуждающие прикосновения его пальцев. К груди, ключице, ставшей такой чувствительной мочке уха — и все это, не прерывая умопомрачительного поцелуя. С каждой секундой он становился все требовательнее, а прикосновения все более жадными и нетерпеливыми.
Да я и сама тоже хороша. Вместо того чтобы прекратить это безумие, скользила по его груди ладонями. Гладила напряженную спину, твердые плечи, борясь с искушением пробежаться пальцами по кубикам пресса и… продолжить путешествие к неизведанному.
Еще немного, и окончательно потеряюсь в своих чувствах и желании, что вызывал во мне этот мужчина.
Редфрит зря времени не терял: мягко опрокинул меня на кровать, навис надо мной, явно готовый к продолжению «банкета». И я тоже уже была более чем готова (вернее, мое тело), но…
Но между нами по-прежнему стояла Даниэла.
— А как же: «Ни о чем не переживайте, госпожа Вертано, я ни в коем случае не переступлю черту дозволенного»? — поддела тирана.
Редфрит плотоядно улыбнулся и, не собираясь поднимать белый флаг, стал покрывать поцелуями мои плечи, попутно воюя с крючками корсажа.
Сразу видно, опытный военный.
— Совсем забыл, что рядом с тобой я становлюсь совершенно безвольным.
Вот только не надо тут про силу воли.
Закусила губу, пытаясь сдержать стон, когда этот искуситель, добравшись до нижней сорочки и успешно ее приспустив, стал вырисовывать на груди запретные узоры, задевая языком тугие горошины сосков.
Черт.
Еще пара секунд промедления, и у меня возникнут реальные проблемы с ритуалом отречения.
Пришлось снова вспоминать о Фантальм. Образ красавицы-королевы вмиг понизил градус возбуждения, и я чуть ли не со стоном вытолкнула из себя:
— У тебя есть жена.
Редфрит замер на миг, зажмурился, как будто от боли. Словно я ему сердце ножом проткнула, а не напомнила о спящей супруге.
— Она мне не жена, — проронил он глухо. — Она мне чужая.
— По законам этого мира вы женаты.
Несколько секунд ничего не происходило, а потом он тяжело рухнул на спину со мной рядом и сказал:
— Маги продолжают искать способ снять метку, которой она нас связала. Никогда не переставали.
— Но поиски, как я понимаю, успехом пока не увенчались.
— Разберемся со Спящим, потом решим, как быть с ней.
— Но Даниэла…
Редфрит прижал палец к моим губам. Привлек к себе и снова поцеловал. Мимолетный, но не менее сладостный поцелуй, к которому примешивалась и горечь осознания, что нам не жить вместе долго и счастливо.
— Не хочу о ней думать. И говорить о ней не хочу. Только не сегодня.
— Тогда я, наверное, пойду.
Думаете, его величество ослабил хватку? Как порядочный тиран убрал руки? Как бы не так! Наоборот, прижал к себе крепче и прошептал мне на ухо:
— Останься. Прошу. Еще немного, и начну умолять.
— Хотела бы я на это посмотреть, — хихикнула, не сдержавшись, и спросила, отводя с его лица темную прядь: — И чем тогда будем заниматься?
Пауза. И взгляд такой хитрый, такой красноречивый.
— Кроме этого, — добавив в голос строгих ноток, спустила неугомонного с небес на землю.
— Значит, будем лучше узнавать друг друга, — смирившись, ответил неугомонный.
— В смысле просто общаться? — уточнила на всякий случай.
А то мало ли…
— Просто общаться, — заверил Редфрит и, вызвав своего накшерра, велел подать ужин на двоих прямо в спальню.
— Есть тоже будем на кровати? — Приняв сидячее положение, я стала спешно поправлять корсаж и застегивать крючки на груди.
— А почему бы и нет? — с улыбкой отозвался его величество и, хвала Темному и Светлому пантеону, все-таки надел сорочку. — Главное, что рядом будешь ты. А где — не имеет значения.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Я так и не сдержала данное себе обещание — осталась у короля на ночь. Нет, ничего такого… интимного и запретного… между нами не было, зато было много разговоров, шуток и веселых историй из его прошлого. О своем прошлом я старалась умалчивать, а Редфрит, к счастью, не давил и не настаивал. Не лез в душу и больше не пытался добиться от меня признания, что никакая я не Элла Вертано, а редчайшее здесь явление, можно сказать, уникальное — попаданка.
 
Мы просто общались, просто шутили и смеялись, получая удовольствие от каждой минуты, проведенной вместе. По крайней мере, мне с таким Редфритом, не королем и не тираном, было интересно.
Не помню, когда уснула. Зато помню, как устроившись в его руках, долго вслушивалась в его тихий, ласкающий голос, пока не погрузилась в сон, постепенно им убаюканная.
Проснулась поздно и обнаружила, что в спальне я одна. Если не считать подноса на столике возле камина с еще теплой едой и короткой записки от его величества. Мне советовали никуда не спешить и оставаться столько, сколько моей душе будет угодно.
Но я не стала злоупотреблять королевским гостеприимством. Позавтракав, кое-как привела себя в порядок: разгладила складки на юбке, умылась, поправила прическу и пошла к себе. Надеялась, что сумею покинуть покои короля незамеченной, но не тут-то было. Как назло, в галерее, что вела в монаршие апартаменты, столкнулась с вездесущими фрейлинами.
Дружная компания одарила меня откровенно враждебными и презрительными взглядами, как будто безмолвно спрашивала: «И что это нищебродка себе позволяет? Мало ей было посла, решила заграбастать еще и короля!»
— Доброе утро, леди, — натянуто улыбнулась бездельницам.
— Доброе, — буркнула Веллея с таким видом, словно вместо этого хотела сказать: «Чтоб ты за завтраком булочкой подавилась!».
К сожалению для леди, я уже позавтракала, а давиться булочками и в будущем тоже не собиралась. Выставив из головы куриц в павлиньих перьях, в самом что ни на есть приподнятом настроении (и с чего бы это?) вернулась к себе.
Жаль, Велебор слегка понизил его градус, закатив сцену ревности. Ладно, пусть и не ревности, но вел себя так, словно я действительно его невеста или скорее даже его владение.
— Ты где пропадала? Я тебя с утра ищу! — раздраженно прорычал он, не успела я переступить порог комнаты.
— Гуляла, — соврала, не моргнув глазом.
Не собираюсь я ему отчитываться и признаваться.
— А вчера? Я заходил к тебе после десяти, и тебя тоже не было! — продолжал бушевать викинг.
— А зачем тебе было заходить ко мне после десяти? — тоже пошла в наступление.
Ярый замялся. Стрельнул в меня хмурым взглядом, раздраженно поправил легкую, из мягкой кожи куртку, которую предпочитал придворным камзолам, и процедил сквозь зубы:
— Хотел удостовериться, что ты в порядке.
— Я в порядке. Спасибо за заботу.
— Так где ты вчера была?
И снова пытливый, собственнический взгляд. В этом мире что не мужик, так начальник и командир. Все, решено! Выхожу замуж за Лео. Вот с кем буду жить и не тужить. А хотя… у него ведь есть невеста.
Повезло девушке. Вернее, накшерре.
— Вчера я тоже гуляла. Я вообще люблю гулять. По утрам и вечерам, когда не жарко.
— Тебе не стоит оставаться одной, — хмуро бросил Велебор.
— Почему?
Пауза.
— Так надо, — отрезал любитель покомандовать. Видя, что я не удовлетворилась таким ответом, снизошел до объяснений: — Во дворце может быть опасно.
С каких это пор?
— Ты из-за накаи переживаешь? — осенило меня. Внимательнее посмотрев на посла, не сумела сдержать улыбки. Все-таки хороший он, внимательный и заботливый. А то, что странный немного… Ну так идеальных людей (особенно мужчин… особенно в этом мире) в принципе не бывает. — Глупости. Они мои друзья и ни за что не причинят мне вреда. Никому не причинят.
 
— Ты слишком беспечна, Даниэла. — Он впервые за долгое время назвал меня настоящим именем.
Бросил в мою сторону последний взгляд и вышел, так больше ничего и не сказав.
Следующие несколько дней ни Редфрита, ни Арайну я почти не видела. И король, и принцесса то пропадали у магов, то… мотались по тюрьмам в поисках подходящих «сосудов». Об этом их времяпровождении я старалась не думать, равно как и о духе, одна мысль о котором вызывала во мне такой страх, что хотелось подобно Миуру забраться под кровать и больше никогда оттуда не вылезать. Почему-то при виде Ярого именно там перевертыш искал укрытие. Не то боялся князя, как я древнего, не то просто недолюбливал. Не знаю… Велебор сейчас был последним, кто занимал мои мысли.