Ханец (СИ)

— Да. Зная значения скорости звука и имея хорошие внутренние часы с развитым умом по эху можно вычислить примерное расстояние. Пирамида, полагаю, — повернулся он налево, — там?
— Там, — кивнула слегка заторможенная Хела. Мотнув головой, она вернула себе прежнюю самоуверенность: — Я разных уникумов повидала, но такого впервые. Ты где-то учился этому?
— Годы медитаций в горах и пещерах, — он уверенной походкой направился в предположительную сторону размещения пирамиды.
Хела пошла следом за ним и поравнялась, после чего нагло вцепилась в его левый локоть.
— Ты куда-то спешишь? — проворковала она. — У нас впереди несколько веков: только ты и я… если нам не скинут ещё одну консерву.
Пирамида появилась перед глазами неожиданно. Вот впереди лишь густая тьма, и в следующий миг предстает каменный ряд, выше ещё один и ещё. Дальше ряды терялись во тьме, но Чжао был уверен, что они так и идут друг за другом, постепенно увеличивая высоту.
— Масштабно. Неужели Сизиф построил эту махину в одиночку и голыми руками?
— Ага. Псих, правда? — посмотрела на него невинными глазами богиня-каннибал. — Он научился ударами ладоней раскалывать камни, причём так, чтобы делать из них ровные блоки. И таскал их в одного.
— Почему ему не помогали другие боги?
— Они считали его затею бессмысленной, поскольку думали, что из камня невозможно построить пирамиду выше четверти километра. А там такие спецы, которые застали шумерские зиккураты и египетские пирамиды, которые строили в их честь.
— Хела, меня разрывает от любопытства. Как ты смогла победить такого человека, который руками камни колол?
— Бога! Он был богом, как и мы с тобой. Хотя… — прищурилась она. — Я богиня смерти, а ты себе какую стезю выбрал?
— Никакую, потому что я не бог, а обычный киборг, — Хенг прикинул, сумел бы он сам разбивать ладонями камни. Выходило, что с использованием внутренней энергии да. — Так как ты его победила?
— Это было просто, — беспечно продолжила Хела, проигнорировав его заявление о знании природы «божественности». — Сизиф свихнулся. Без разума он был не опасней младенца. Ты полезешь вверх?
— Да.
— Я так и знала, — кивнула она своим мыслям. — Все новички так делают. Потом ты упадешь с потолка и снова разобьёшься в лепешку, а мне опять придётся наблюдать, как твоё тело собирается по кусочкам и глотать слюну. Затем ты наверняка полезешь исследовать пещеры. Только не лезь в опасные места с подвижным грунтом, а то я лишусь такой милой консервы!
— Нет.
— Что нет?
— Пещеры меня не интересуют. Я верю тебе и не собираюсь зря тратить времени. Так что полезу наверх. Ты со мной?
Хела размышляла недолго и запрыгнула на первую ступень пирамиды.
— С тобой! Хотя бы не буду страдать при виде бессмысленной траты крови, которой ты зальёшь Тартар.
  
Глава 28
 
Подъём на вершину пирамиды был несложным — идёшь себе по ступенькам, разве что видами насладиться не можешь. Никто не спешил. Хенг даже беседу продолжил:
— Хела, ты давно тут?
— Целую вечность. Тут год идёт за десять и сложно считать смену дня и ночи. Не знаю, сколько я провела тут лет. Может, тысячу или пять, или больше.
— Ужасно. А ты знала Будду?
— Будда? — от удивления она на мгновение застыла, прекратив подъём. — Ах, Будда! Слышала о нём. Он не из наших. Тем более, я жила на другом континенте, когда он был жив. А что тебя в нём заинтересовало?
— От него остались интересные умения, которые передают друг другу жрецы-йоги. Естественно, за многие годы знания исказились, но мне интересно — вы тоже можете использовать внутреннюю энергию?
— Энергии внутри нас хватает, — таинственно улыбнулась она.
— Я не про наниты. Я про сиддхи, которые позволяют лечить, левитировать и усиливать тело.
— Ты… — лицо Хелы нахмурилось, словно она что-то вспоминала. — Оу! Дедуля Брэд умел лечить наложением рук. Он мог с помощью этой силы сделать человека вечно молодым и регулировать возраст старения. Я была маленькой, когда мы перелетели на эту планету. Вот уж кто был настоящим богом!
 
— Кстати, а вы всегда теряли наниты?
— Нет. Как только мы с небес ступили на эту планету, были благодатные годы. Сначала меня воспитывала мать. Потом я присоединилась к отцу, и мы вместе начали учить дикарей правильной жизни. А потом…
— Потом?
— После того, как Атлантида затонула, две двинутые бабки грохнули деда.
— Разве они не твои бабушки?
— Нет! — довольно резко ответила она. — Вернее, одна из них по Ишкуру да, но моя мать не была родственницей дедули Брэда. Этих безумных старух я ненавижу! Это из-за них все боги были прокляты.
— Очень интересно. Можно подробнее?
— Всё началось после убийства дедушки Брэда. Правда, тогда этого никто не заметил. На потерю сил обратили внимание лишь спустя около двухсот лет. Лишь после длительных поисков причины пришли к мнению, что это проклятье выживших жён дедули.
— У него ещё жены были?
— Ага. Всего шесть. Трое из смертных женщин, включая двух безумных старух, которых он сделал богинями. И троих он создал сам.
— Это как?
— Ты думаешь, я знаю инструкции по созданию богов? — усмехнулась она. — Нет, конечно. Короче, все решили, что это жёны Брэда нас прокляли.
— Запустили вирус в наниты или подвесили спутник с искином, который блокирует размножение нанитов?
— Ты слишком умный для новорожденного бога, — на мгновение Хела прищурилась. — Но мне это нравится, — продолжила она подъём.
— Так что вы решили? — пошёл следом Чжао.
— Ничего, — пожала она плечами. — Среди нас не было специалистов по нанитам и инопланетному оборудованию. Одно было ясно — со временем наши силы уменьшатся и мы станем обычными бессмертными, как потомки от смертных. Но мы нашли способ обойти ограничения.
— Игра?
— Она самая. Вначале Ишкур лично убивал смертных мужчин и брал в плен девок. Он наплодил множество потомков и с помощью приспешников и уцелевшего оборудования, с которым кое-как удалось разобраться, провёл с ними множество экспериментов, в результате которых удалось открыть нынешнюю схему активации нанитов. Но всю малину ему сломала златовласка. Она сорвалась и вырезала весь его гарем и детей, а ему поставила ультиматум — никаких баб. Она и раньше была жутко ревнивой, но после этого ей вообще башню снесло.
Добравшись до вершины пирамиды, которая упиралась в стену, Хенг принялся рассматривать уходящую ввысь каменную громаду. Он мог лишь представить себе масштаб работ, проведённых пленниками Тартара. Стена в обозримой видимости была испещрена удобными отверстиями для рук и ног, будто на дорогом скалодроме.
— Хела, я всё хотел спросить, ты знаешь, где расположен Тартар?
— Знаю ли я? Ху-ху-ху-ху-ху! Я была той, кто доставлял сюда врагов Ишкура! Конечно, я знаю! Север Греции.
— Далековато от Англии, — задумчиво потёр подбородок Хенг.
— Чего ты там бормочешь?
— Да вот, думаю над тем, как Зевс меня сюда доставил? Вырубил он меня тазером — это ясно. Хотя тут опять возникает вопрос: как он настолько близко ко мне подобрался, что интуиция до последнего молчала?
— Ты сопляк по сравнению с Ишкуром, — Хела вновь включила спокойную и всезнающую барышню. — И не обижайся — это правда. Отец убивал богов ещё на заре цивилизации. Он в этом деле профессионал, как и я. А насчёт доставки в Тартар тут и думать нечего — всё давно отработано. Ишкур вырубает врага молнией, после чего накачивает амброзией и транспортирует до врат в Тартар.
— Амброзия?
— Ты и этого не знаешь? — Хела протянула руку, сжала пальчиками щёки парня и пожмякала их. — Милаха! И как такой младенец дожил до твоих лет?
Хенг стоически стерпел прикосновения к своему лицу.
— Как-то дожил. Так что за амброзия?
— Наркотик, — закатила глаза брюнетка и причмокнула губами. — Самый сильный наркотик в мире. Единственное вещество, способное воздействовать на сознание бога. Группа богов в попытках кайфануть перепробовала весь алкоголь и всю дурь, но ничто их не брало. И тогда они совместными усилиями синтезировали амброзию. Долгое время на ней сидело большинство богов. Потом многие соскочили, но есть и те, кто не сумел отказаться от этой дури. Ху-ху-ху! Я их прекрасно понимаю. Сейчас сама с радостью выпила бы кубок вина с капелькой амброзии.